Нет, ты (не) для меня

Глава 1. Перестрелка в кафе

Когда я мечтала о фрилансе, то представляла себе его именно так: уютное кафе, свежий круассан с хрустящей корочкой и мерный перестук клавиш ноутбука. Идиллия. Гимн свободе вдали от серой офисной жизни. Я была СММ-менеджером. Вела соцсети бизнес-тренеров, маленьких отелей, бутиков модной одежды и одной строящейся лыжной базы. С утра проверяла контент-план. Как раз прикидывала, стоит ли перепоручить написание текста искусственному интеллекту или самой корячиться, как дверь с грохотом распахнулась.

— Сайга, сука! Тебе пиздец, падла! Молись, чтобы сдохнуть быстро.

Я даже не успела толком разглядеть ворвавшуюся банду — они сразу начали палить. Грохот выстрелов ни с чем не спутать. От него душа уходит в пятки, и единственное, чего хочется, забиться в какую-нибудь щель. Я рухнула на пол. Чуть не уткнулась носом в опору стола. Обняла бы его, как спасительную соломинку, но не могла убрать руки, сжимающие голову. От грохота это не спасало. Кажется, сквозь маты и визги пробивались ответные выстрелы. Да, точно, справа от меня сидела компания мужчин. Не помню, что они пили. Вроде бы кофе. Или у бариста под стойкой нашёлся обрез? Кто тут отчаянно изображал Рэмбо?

“Дура ты, Марина. Сейчас и тебя убьют”.

Сердце от страха сжалось ещё сильнее. Не знаю, каким чудом в меня до сих пор не прилетело ни одной пули. Я цела, мамочки. Надолго ли? Куда можно уползти? На полу битое стекло и стреляные гильзы. Или остаться на месте? Господи, за что? Я слишком молода! Жизнь не должна заканчиваться в двадцать семь лет!

Выстрелы прекратились. Тишина ощущалась пустотой, оставшейся после ядерного взрыва. Пахло дымом, оружейным порохом и кровью. Нет, вру. Крови я не чувствовала. Только видела, как она растекалась по золотистым прожилкам мрамора. Чёрный рукав, белая манжета рубашки — официантка. В груди кровавое месиво. Она булькнула, не в силах вдохнуть, и затихла.

— Дерьмо, — кто-то выругался совсем рядом.

Меня заколотило крупной дрожью. Я всё-таки вцепилась в ножку стола и непроизвольно застучала зубами. Послышался хруст. Кто-то шёл ко мне по стеклянному крошеву.

— Де-е-ерьмо, — повторил мужчина на выдохе. Сел возле стола на корточки, загородив свет от окна. Крупный, коротко стриженный, весь в чёрном. — Ты как там? Живая?

У меня язык прилип к нёбу. Вместо ответа получился странный “кхык”, как будто не мёртвая официантка, а я харкала кровью.

— Понятно. — Он встал на ноги и затем резко дёрнул меня за блузку. — Вылезай, мышка-норушка. Надо убраться отсюда, пока менты не приехали. Или тебя пристрелить, как лишнего свидетеля?

Я пробороздила задницей по мрамору, но встать не могла. Тело стало ватным, чужим. В центре зала и между столиков лежали тела. Тёмная одежда, раскинутые руки, изломанные ноги. И тишина. Я одна с оставшимся в живых… Кстати, кто он? Нападавший, оборонявшийся? Господи, какая разница!

— Мышка, так у нас дело не пойдёт, — заговорил он. — Я тебя спасать не нанимался. Или двигаешь со мной к машине, или пуля в голову. Ну же! Начинай соображать!

Я медленно повернула голову. Чёрная куртка скрывала рану, но, судя по тому, как выживший прижимал правую руку к бедру, двигать он ею не мог. Больно было. Меня держал левой. Заглядывал в глаза и ждал ответ.

— В машину.

Самоубийцей я не была. Если мужик, нашпигованный свинцом, говорит что-то сделать — надо делать.

— Тогда вперёд, — он дёрнул меня вверх и поставил на ноги. — Давай сама. Дверь видишь? Через трупы перешагивай. Дать время проблеваться?

Меня тошнило, конечно, но завтрак наружу не просился. Пока не просился. Я списывала свою стойкость на крайнюю степень шока. А мужик оказался въедливым. Бубнил в спину, пока я действительно пробиралась к выходу, тщательно выбирая, куда поставить ногу.

— Ты даже не побледнела, норушка. Удивляешь. Опытные геймеры, почуяв настоящую кровь, всё равно блюют. В мясной лавке работаешь? Нет, круче. В морге?

— Медсестра я, — собственный голос звучал словно из соседней комнаты. — Бывшая. Хирургическое отделение.

— Джекпот! — расхохотался выживший. — Ты-то меня и зашьёшь. Поехали!