(не)тайная жизнь Эммери Рютте

Глава 1. Часть первая. Новорожденный вампир

В горячечном воображении Эммери странные образы, будто в калейдоскопе, сменяли друг друга: вот она тенью крадется за кем-то в переходах темной пещеры, возможно, той самой в Локарно, которую в свое время обыскала с маниакальной дотошностью, и верный Прайс приятно оттягивает ей руку, а вот она на дороге, измученная, больная, тугие струи дождя наотмашь лупят ее по лицу. Она ловит их распахнутым ртом, пытаясь напиться, но язык по-прежнему сух и липнет к гортани...

Все тело горит как в огне.

Дышать нечем...

И тут серый день сменяется солнечным светом. Из распахнутого окна своей комнаты она видит в саду гуляющего мужчину... Он ведет за руку маленького ребенка, кажется, девочку с белыми волосами, и девочка та улыбается.

Сердце Эммери совершает кульбит: ей болезненно хочется оказаться там с ними, и она бежит сломя голову прочь, перепрыгивает через две ступеньки за раз, но, когда оказывается в саду, порыв ветра едва не сбивает ее... Уже не летний солнечный день, а самая настоящая осень крадется палой листвой по мокрым дорожкам.

– Анри! Дея! – выкрикивает она. Бежит до тех пор, пока силы не оставляют ее, и она не валится с ног, закрыв руками лицо, по которому текут слезы...

– Анри...

– Ну что ты, глупышка? – раздается заботливый голос, и чья-то рука опускается на ее подрагивающее плечо.

– Анри?!

Она в надежде распахивает глаза, но перед ней другое лицо... другие глаза... И Эммери, вскочив на ноги, снова бежит, неизвестно куда, лишь бы подальше от этого человека. Он зовет ее, кличет: «Лакрица! Лакрица!», но она лишь быстрее бежит от него...

Руки взмокли...

Колет в боку...

И вдруг перед ней выскакивает оно, существо с большими клыками...

Оскальзываясь на палой листве, Эммери падает, в ужасе прикрывая лицо, когда существо с горящими алым глазами подминает ее под себя...

… В тот момент она открывает глаза. Ни существа с ощеренными клыками, ни осенней пасмурной непогоды – ничего этого нет и в помине. Она в своей комнате, освещенной лучами яркого солнца, а рядом мама, которая с заботой и беспокойством глядит на нее.

– Ты очнулась, – обрадовалась она, касаясь ее горячего лба. – Слава Богу! Я так волновалась, родная.

Мама красивая, как и прежде, но уже больше не та семнадцатилетняя девочка, какой оставалась долгие годы после своего обращения: теперь она старше и мягче лицом. А еще она сильно беременна, третий раз за последние годы...

– Что со мной? – Эммери попыталась припомнить, что предшествовало ее горячечным снам.

– Ты не помнишь? – всполошилась миледи.

Эммери напрягла память: не так давно она возвратилась домой с континента, ее не было долгих три года, и родители, что понятно, окружили ее вниманием и заботой. Надеялись, верно, удержать таким образом дочь, но будто сильнее затягивали силок...

А потом пришла весточка из Труро...

О том, что в округе пропадают люди, жители корнуолльской деревушки Сен-Айвс, жаловались уже не единожды. Из Труро даже присылали инспектора, толстяка с внушительным брюшком, тот провел у них день или два, а потом воротился назад, заявив, что люди те, верно, либо случайно падали в море, либо просто-напросто, заблудившись в лесу, становились жертвами дикого зверя. А ведь диких зверей в Корнуолле уже лет двести как не водилось...

В общем, толку от инспектора оказалось немного, а вернее – вообще никакого, так как сразу на следующий день после его отъезда на берегу нашли труп. Им оказалась учительница из соседней деревни, совсем молоденькая девчушка, недавно приехавшая из города... Ее, действительно, бы могли счесть утопленницей – мало ли что за страсти обуревали ее юную душу! – но два странных прокуса на шее озадачили коронера и он, проведя тщательное исследование, выяснил: тело полностью обескровлено. Именно это и стало причиной ее преждевременной смерти...

Море не имело к ее гибели отношения, и коронер написал об этом в отчете, который отправил в особый полицейский отдел, разбирающийся с такими делами. Между собой его сотрудников называли «охотниками за головами», хотя немногие знали доподлинно, чем конкретно эти охотники занимались... И тайно посмеивались, вслух, впрочем, свой скепсис не решаясь высказывать: как-никак сама королева учредила и спонсировала данный проект.

Тот отчет коронера Эммери и прочитала два дня назад...

Она и отцу его показала, но он, озабоченный состоянием ее матери, велел отправить в Сент-Айвс кого-то другого.

– Пусть в Корнуолл едут Диксон с Макдадли. А ты потом мне доложишь, как они справились!

Эммери выслушала его с кислым лицом. Она надеялась, что они отправятся на охоту на монстра вдвоем... Немного чистого воздуха и приморских просторов ей бы не помешало. После возвращения с континента она ощущала себя заживо замурованной в пределах их загородного поместья и, наверное, гиперопека родителей немало способствовала тому. Они носились с ней, как с маленькой Эллой, будто и ей, как сестре, было три года от роду, а не двадцать, которые Эммери ощущала будто все восемьдесят.

Она так устала в последнее время...

Так смертельно... устала...

И главное, что ни с кем не могла поделиться болью своего сердца...

Даже с матерью.

Та, во-первых, пришла бы в неописуемый ужас от того, что с ней случилось, а, во-вторых, Эммери не терпела чью-либо жалость...

В Корнуолл, вопреки воле отца, она все же поехала. Но одна.

Заикнись она только, что хочет так поступить, он бы сразу ее отчитал, говоря, что охотники на вампиров работают парами, и ее пара – он. И что ей в целом не помешало бы отдохнуть и заняться собой! Например, заказать себе новое платье, прогуляться с друзьями...

А подтекстом: найти себе мужа.

Будто они за все эти годы так и не поняли, кому отдано ее сердце. И этого не исправить!

– Я преследовала вампира, и он напал на меня... – припоминая отозвалась она. – Но как я здесь оказалась?

– Он укусил тебя, ты не помнишь? – ответила мать. Эммери отрицательно дернула головой, коснувшись забинтованной шеи. – Тот бледный мальчик, твой друг, спас тебя и привез сюда прошлым днем...