Неудача + некромантия = любовь

Ты в моих волосах, перестань пищать!

Мур, вернувшись с утреннего обхода владений, уселся на кассовый аппарат, наблюдая, как я наскоро инструктирую Рэйвена, рассказывая ему про зелье от простуды, из-за которого может вырасти третье ухо; про благовония для медитации, которые, как по мне, пахнут сожжёнными волосами, но клиенты уверяют, что чувствуют «амбровые нотки»; и, конечно же, про справочники, о которых, если спросят, то лучше посоветовать полистать самому клиенту.

К сожалению, мне так и не удалось найти свою чудодейственную мазь для заживления среди всего хлама, так что Муру было поручено заняться повторным обходом, только теперь моих владений, чтобы помочь нашему зомби.

Пока Рэйвен с интересом и ужасом одновременно разглядывал банку с чем-то шевелящимся (я даже сама не знаю, что уже туда запхала), я отвернулась, чтобы разобраться с кассой, как вдруг краем глаза заметила приближающуюся ненавистную мне троицу! Что-то они зачастили. Обычно, они тусят только со своими и практически не приходят ко мне, только если им надо что-то из тех ингредиентов, которые требуют замарать руки.

С опозданием сообразив, что я по-прежнему нахожусь в облике Лилиан, я принялась нашёптывать заклинание и очень быстро снова стала Богитой. Ведьмой в своём простом платьице, с растрёпанными волосами и без малейшего намёка на вампирскую элегантность.

В этот самый момент Рэйвен, перекладывавший банку с сушёными жабами, обернулся и увидел меня. Его глаза расширились, и он попятился назад, упираясь спиной в полку и чуть не уронил банку. Его дрожащий палец ткнул в меня:

— Что ты сделала с Лилиан?! — завизжал он с неподдельным ужасом.

— Тихо-тихо-тихо! — зашипела я, подбегая к нему и закрывая его рот своей ладоней. — Это я! Лилиан! Просто другой облик!

Мур наблюдал за развернувшейся картинкой с интересом, постукивая хвостом по полке из стороны в сторону.

Времени на объяснения не было. На порог ввалились Изабель, Ванесса и Клэр. Недолго думая, я изо всех сил дёрнула Рэйвена за рукав, притянула к себе и обняла, прижавшись щекой к его груди. Он застыл в ступоре.

— Давай без истерик, дорогой, — громко и неестественно сладко сказала я. Умоляюще глядя в его глаза, я надеялась, что он сообразит подыграть мне.

Изабель подняла бровь.

— Докатилась уже до уровня ссоры с покупателем? — ехидно спросила она.

— Я... мы... это мой парень! — Уверена, я волновалась так сильно, что, приложи я чуть больше сил, то с лёгкостью бы оторвала его кисть. — Рэйвен. Он... болел. А теперь выздоровел и решил помочь мне в магазине!

Три пары глаз уставились на Рэйвена. Он был бледен (всё лучше, чем синюшный), чуть помят, но старался улыбаться во все зубы. Ванесса с нескрываемым интересом оглядела его с ног до головы.

— Мило, — процедила Изабель. Стерва разочаровалась от того, что ей не за что зацепиться.

Мой взгляд переместился на Клэр, стоящую чуть позади. Маленький белый цветочек, который красовался в её золотистых волосах, за считанные секунды поник, почернел и осыпался лепестками ей на плечо. Она быстро смахнула их, и тут же испуганно посмотрела на меня. Её брови сдвинулись к переносице, она зыркнула на Рэйвена, а затем её маленький ротик приоткрылся от изумления.

Её подруги ничего не заметили, продолжая скептически разглядывать моего парня.

— Раз уж мы здесь, — сказала Ванесса, — покажи нам свои новинки к Хэллоуину. Если, конечно, они не взрываются.

Но Клэр шагнула вперёд и настойчиво взяла Изабель за локоть:

— Иза, Ванесса, давайте уйдём.

— Что? Почему? — нахмурилась Изабель. — Мы только вошли!

— Я плохо себя чувствую, — промямлила Крэл. Она бледнела на глазах, не отводя от меня своего пронзительного взгляда. — Голова кружится, мне нужен воздух. Пожалуйста, пойдёмте!

Она так настойчиво тащила их к выходу, что те, ворча и бросая на магазинчик недоумённые взгляды, вынуждены были отступить.

— Ладно, ладно, не дёргай! Что на тебя нашло? — бормотала Изабель, позволяя вытолкнуть себя за дверь.

Мур наблюдал за ними в окно.

— И что это сейчас было? — поинтересовался Рэйвен.

— Не знаю, — прошептала я, отпуская его руку и глядя на тёмные лепестки на полу.

— Объясняйся! — потребовал он. — Сейчас же. Что за цирк со сменой облика?

Я упала на пол, подбирая лепестки. Грустно, что цветок Клэр завял. Страшно, что я увидела такое впервые.

— Я периодически работаю в облике Лилиан, чтобы люди видели, что она существует, и я могла спокойно жить её жизнью, когда наступает такая необходимость. Это освобождает меня от обязанности придумывать для неё легенду, так проще. Память у меня, знаешь ли, не самая лучшая.

— Расскажи ему, Богита! — провозгласил Мур. — Расскажи, как ты продаёшь кусочки себя!

Я закрыла глаза, игнорируя подкатывающую тошноту от стресса и от той правды, которую сейчас придётся вывернуть наизнанку.

— Богита? — переспросил Рэйвен. — Такое твоё настоящее имя?

— Да.

— И… — он запнулся, прикусив губу. — Что значит «продаёшь кусочки себя»?

— Те, кто убили моих родителей, не тронули меня не из-за простой жалости и схожести с человеческим ребёнком, — начала я, глядя в пол. Лепестки в моих руках помогали успокоиться. Так я хоть что-то теребила вместо своих бедных волос. — Когда мама приказала мне жить, она использовала свой дар, чтобы наглухо заблокировать мою вампирскую сущность. Так я казалась безопасной для Охотников, обычным испуганным ребёнком.

— Твоя мама была вампиршей?

— А папа колдуном, — дополнил Мур. — Богита у нас гибрид, потому у неё всё наперекосяк. Её колдовская сущность не очень гармонично уживается с вампирской.