Неудачница

#7

Интересно, чего Полонский испугался больше: плотоядного взгляда или того, как я сжала кулаки? Скорее всего, последнего.

—Это че?— тыкаю пальцем в сторону сковороды и терпеливо жду ответа.

—Ты никогда не видела омлет?

—Я видела омлет, балбес!

—Тогда почему спрашиваешь?

Мамочка, забери меня к себе. С минуты на минуту должны прийти родители этого великовозрастного при...де... умника, а у нас на столе вместо приличного ужина стоит сковорода с омлетом. С пригоревшим омлетом! Думаете, они поверят в то, что отношения у нас настолько восхитительные, что энергии любви хватает на то, чтобы прокормить одного взрослого и далеко не хрупкого парня и прожорливую меня? Да как бы не так!

—Полонский,— для убедительности взяла со стола вилку и теперь грозно, очень грозно, надвигалась на парня,— я спросила у тебя, умеешь ли ты готовить, так? Так. Ты мне что сказал? Что умеешь! А на деле мы имеем совсем не ужин для родителей, а завтрак бедного студента, который за время, проведенное в общаге, не научился готовить даже яйца! 

Да, я определённо была зла. Очень зла и вообще, спасайтесь бегством, сейчас буду есть темноволосых гадов. Всех и без разбора, я сказала!  Только моим возмущенным видом парень, походу, не проникся и пришлось ткнуть его вилкой в плечо, получить ноль реакции и опять ткнуть. Железный он, что ли? 

Прикрыла глаза, стараясь совладать с собой и не разгромить кухню. Что я там могу приготовить на ужин? Нужно что-то лёгкое и не особо трудное. Могу макароны сварить...

—Так, принцесса, гречка у тебя есть?

***

Родители моего похитителя не пришли ни в шесть, ни в семь, ни даже в девять часов, так что я с чистой совестью закинула в рюкзак сменные вещи, тетради на завтра и собралась к Шиловой. Впереди меня ждал прекрасный вечер и не менее интересная ночь в приятной компании. Полонский вышел в коридор и, сцедив зевок в кулак, ждал, когда я уже обуюсь, чтобы закрыть за мной дверь и уйти спать. Думала, будет кутить до рассвета, а он, оказывается, устал. Пожалеть его, что ли? Да ну, бред какой-то.

—Ну что, покушать я тебе приготовила, спать, уж потрудись, ляг сам, а мамочка пош...— входная дверь открылась так неожиданно, что я шлепнулась на пол и сейчас взирала на родителей брюнета. А вот и мамочка, блин!

—Ева, ты уже уходишь? А где вещи?— зар-раза! Они вообще время видели? Порядочные детки уже спят, а они тут решили всё же почтить нас своим присутствием. Чёрт бы их побрал.

—А Ева у нас только что пришла,— Полонский отлип от стены и за шкирку поднял меня с пола. Покусаю!

—И где же твоя девушка была так долго?— Анна Евгеньевна поморщилась, словно от зубной боли, и закрыла дверь. Это что, тонкий намек на то, что никуда они не пойдут? Надеюсь, младший Полонский сможет удержать меня и не дать убить временную будущую свекровь.

—Мне больше интересно, где были вы, хотя должны были прийти пару часов назад. Время-то уже позднее,— Тимур хмыкнул и притянул меня к своему боку. Мысленно застонала, но обняла брюнета за пояс. Обеими лапками, чтоб наверняка. 

Видимо, отец моей головной боли решил не вмешиваться в нашу милую беседу, давая своей жене высказать всё то, что у нее накопилось. Надо бы сходить если не в церковь, то хотя бы карму почистить. Шарлатаны, конечно, каждый поголовно, но нам, мне и карме, будет спокойнее. Всё же, никто не знает, как энергия этой женщины влияет на людей. Вдруг, зарожусь и буду такой же стервой?

—Ой, чего мы всё о нас да о нас. Мы с Игорем торт купили. Может, чаю?— И, не дожидаясь ответа, Анна Евгеньевна скинула туфельки и поспешила на кухню.
И чего это такое было? 

Тимур пожал руку отцу, а потом мы вместе с брюнетом смотрели, как вслед за женой идёт мужчина с тортом в одной руке и домашними тапочками в другой. Поразительная идиллия. 

—Полонский, мне искренне тебя жаль,— на секунду прижалась щекой к боку парня, вдыхая едва ощутимый аромат кофе и, почему-то, сладкого сандалового дерева. Приятный, но и настолько двоякий, что я тут же отступаю. 

—Почему это?

—Потому что твоя настоящая девушка сбежала бы от тебя после первой встречи с твоей матерью. 

Мы входим на кухню и теперь я широко улыбаюсь, тут же спеша на подмогу Анне Евгеньевне. Мне слишком нравится сервиз(чашки и блюдца из темно-синего стекла) их сына, чтобы дать его разбить. 

—Почему это?

—Потому что твоя настоящая девушка сбежала бы от тебя после первой встречи с твоей матерью. 
Мы входим на кухню и теперь я широко улыбаюсь, тут же спеша на подмогу Анне Евгеньевне. Мне слишком нравится сервиз(чашки и блюдца из темно-синего стекла) их сына, чтобы дать его разбить. 

—Вы тут пока садитесь, а я на минутку отлучусь.

И почему мне кажется, что сейчас маман Полонского решила устроить осмотр "нашего" скромного жилища? Наверняка, заглянет в каждый шкаф, чтобы убедиться, тут я живу или нет. 

Ладно, фиг с ними, я торт хочу. Налила кофе и села за стол, кидая хмурые взгляды в сторону двери. Отцу с сыном явно было о чем поговорить, а нам с тортиком и вдвоём неплохо. Мм, ореховый, мой любимый! В детстве брат всегда выковыривал орехи из шоколада и тортов, а я уминала их за обе щеки. Вкусно же! 
Вскоре в кухню вошла Анна Евгеньевна и, окинув нас любопытным взглядом, остановилась за спиной мужа.
 

—Тимур, Ева, нам уже пора. Ждём вас на дне рождении Натальи Карповны. Игорь, пойдём.

Кажется, я не понимаю ничего. Абсолютно ничего, если дело касается семьи Полонских. Заявиться ночью, даже не сесть за стол и уйти, оставив после себя шлейф дорогих духов и полное непонимание ситуации. 

Вымыла чашки и, расставив их по местам, повернулась к Тимуру.

—Предлагаю разыграть на цу-е-фа кровать.

—Чего? Это моя спальня и моя квартира!