Неудачница: перезагрузка

Глава 4. Любимые грабельки.

- Может, возьмём Соню с собой? – с надеждой предлагаю практически ему в спину.

Тот взгляд, которым меня одаривает Бондарёв, развернувшись на мой голос, красноречив.

- Как насчёт - прихватить с собой всех сотрудников компании? – подняв бровь, холодно предлагает он.

- Но Соне нужно знать, как вести себя на подобных мероприятиях… - тушуюсь я.

- Вот и просвети её, - отрезает Глеб и скрывается за своей дверью.

Жесть…

Закрываю лицо рукой, медленно выдыхаю. Высший свет – это последнее место, в котором я бы хотела оказаться. Тем более - сейчас.

Движение в коридоре заставляет меня посмотреть в сторону двери и замереть.

- Девочка моя, - поджав губы, произносит Лина.

У меня они тоже как-то сами собой поджимаются. И сердце начинает стучать тяжелее тоже - как-то, само собой.

- Лина… - тихо произношу.

Три уверенных шага, и я оказываюсь в руках моей персональной феи.

- Что же ты трубку не брала? – шепчет Лина, прижимая меня к себе.

- Я симку поменяла, - повторяю уже второй раз заготовленную фразу.

- Когда её меняют, звонок не проходит, врунишка, - качает головой фея, гладя меня по спине.

А Бесов не заметил…

- Прости меня, пожалуйста, - негромко произношу, продолжая её обнимать, - у меня просто не было физических и духовных сил отвечать на твои звонки. И вообще – общаться с кем-либо из компании. Мне нужно было отдохнуть от всего…

- Дурёха, я же всё понимаю. Но ты должна была подумать о том, как я о тебе беспокоилась, когда ты не брала трубку! Да и не только я, - она отстраняется от меня и заглядывает в глаза, - Мила, мы все переживали из-за тебя.

- Кто это «все»? – вновь поджимаю губы.

- Все, - припечатывает фея, не разбирая по личностям, - Ты решила вернуться? – быстро переводит тему, оглядывая меня с ног до головы, - Или дорабатываешь срок?

- Откуда ты узнала? – удивляюсь я.

- Ну, вообще-то я и посоветовала Глебу вернуть тебя – ведь после твоего ухода он в очередной раз постарался спихнуть на меня всю оставшуюся работу, а у меня самой – завал! Так что я ему сказала – либо ищи помощницу, либо возвращай Милу до конца срока.

- Так это с твоей подачи мне документы не возвращали? – складываю руки на груди. Хоть и не злюсь. На Лину сложно было злиться.

- Прости, но так тоже не уходят, - ничуть не раскаивается та, - обиды - обидами, но дело - делом. Твою работу никто за тебя не выполнит; у Глеба все сотрудники на своих местах и при своих обязанностях: лишних рук и лишней головы не имеется. Так что своим уходом ты не дурно так подставила нашего шефа… - понизив голос, делится фея, - даже удивляюсь, как он тебя до сих пор не съел.

- Если съест, то самому придётся всю работу делать, - предполагаю я.

- И то верно, - соглашается фея, затем её взгляд меняется, - Когда мы с тобой поговорим?

Молчу, думаю.

Этого предложения я ожидала, но не сказать, что я к нему готова. Если Лина начнёт этот разговор, я вынуждена буду вновь окунуться в неприятные воспоминания, а это чревато новой депрессией. Пока лучше просто… работать.

- На днях. Сегодня Глеб тащит меня на приём к мэру, - обещаю ей, собираясь с духом.

- А, традиционный рождественский приём, - кивая головой, припоминает Лина.

- Вообще-то в России рождество празднуют в январе, - недовольно замечаю, мечтая по-тихому слиться с этого мероприятия.

- Не скажи об этом самому мэру, - хмыкает Лина, затем переводит взгляд на дверь в кабинет, - Бондарёв у себя?

- Да, - киваю.

- Отлично. Зайду к нему прямо сейчас. И… Удачи тебе на вечере… только не напивайся, пожалуйста! – она подмигивает мне и исчезает за дверями кабинета.

Я стою, натянуто улыбаясь, а сама продолжаю придумывать причины для отказа. Ничего не могу с собой поделать, но почему-то остро ощущаю потребность не идти туда. Да ещё и этот намёк феи... Боюсь представить, что меня ожидает на этом приёме, если учесть, что все светские львицы уже в курсе, что Глеб более мною не занят. М-да... Не готова я к столь резкому возвращению к своим обязанностям. Однако… Работа есть работа. Лина была права – я поступила непрофессионально, когда сбежала «за четыре моря, за четыре солнца»… А я бы не хотела, чтобы обо мне сложилось мнение, как о плохом сотруднике. Тем более – у неё: я же её ученица, как никак.

- Сиренушка!

Оборачиваюсь и удивленно смотрю на золотоволосого обладателя самого мягкого на свете взгляда карих глаз.

- Макс…

- Ты вернулась! – восклицает тот, затем подходит ко мне, подхватывает и кружит по приёмной.

Я улыбаюсь, не скрывая эмоций. Удивительным образом этот золотоволосый Бог с четырнадцатого этажа одним своим видом и парой фраз сумел поднять моё настроение.

А, может, всё дело в том, что Макс действительно рад нашей встрече? Присматриваюсь к мужчине… Странное дело - он источает свет и тепло в этом холодном царстве денег.

Как я раньше этого не замечала?

- Ты ведь насовсем? Или только на неделю? Дурёха! Чего убежала-то? Ну, да, он тиран и завоеватель, так тебе же с ним не детей рожать! – весело изливает на меня потоки дружелюбия золотоволосый Бог, а я только и могу, что стоять, да глазами хлопать.

- Ты такой милый, - честно говорю ему, ни на секунду не отрываясь от карих глаз.

Мой серьёз ещё больше забавляет светловолосого начальника.

- А ты – волшебная, - улыбаясь, отвечает он и проводит рукой по локону волос у лица; после чего голос его становится серьёзным, - не исчезай больше так внезапно. Мы все волновались.