Неудачница: перезагрузка

Глава 10. Когда все ангелы спят.

Макс опрокидывает в себя порцию крепкого алкоголя, Лина медленно садится на диван с сосредоточенным, но одновременно – каким-то потерянным выражением на лице, ведущий где-то на сцене, наконец, берёт в руки микрофон…

- С меня хватит, - негромко произношу я; но знаю – все меня прекрасно слышат.

- Мила? – блондин с лёгким удивлением и словно ожиданием смотрит на меня.

- Это уже перебор. Всё это, - говорю и делаю шаг назад.

Макс приподнимает бутылку, без слов предлагая мне запить моё «горе» хорошим виски, но на алкоголь я больше тоже смотреть не могу. Как и на всех окружающих.

- Мила, не уходи, - как-то глухо произносит Лина, не глядя на меня.

- Зачем ты это сказала? Зачем ты всё это сказала? – с нарастающими не то раздражением, не то злостью, спрашиваю её.

- Потому что это правда, - фея поднимает на меня усталый взгляд; на её лице больше нет веселья, как нет энтузиазма и какой-то лёгкости, что всегда отличали Лину от всех остальных девушек, - Потому что Бесов до сих пор не понял, куда пришёл, и страдают от этого все.

- Зачем ты сказала ему про меня? – задаю чёткий вопрос, чтобы у неё больше не было возможности юлить.

- Потому что и это правда, Мила! - на лице Лины мгновенно появляется уверенность, а в глазах – блеск, - Как долго ты ещё будешь строить из себя божью овечку?! Неужели не понимаешь, что таким, как те двое, которых ты на свою голову выбрала объектами своего внимания и распространения своих флюидов, нравится доказывать друг другу, какие они крутые хрены? И они могут делать это месяцами, если не годами! А страдать будет компания! И все её работники! И те, кто эту компанию создавал!

- Лина, это уже лишнее, - негромко произносит Макс, но я его уже не слышу:

- О! Так ты о Самуиле Викторовиче подумала? А что ж ты не думала о нём, когда помогала Глебу захватывать компанию отца? – вырывается из меня под нажимом странной агрессии, что буквально заполнила меня изнутри.

- Он – акционер! Ничего бы с ним не стало, если бы Глеб спокойно продолжал взятый курс… но тут на его голову появляешься ты и умудряешься столкнуть лбами двух минотавров! – вспыхивает Лина, подскакивая на ноги.

- А я ещё думала, что ты единственная, кто поддерживает меня, - качая головой, с горькой усмешкой произношу, глядя ей в глаза.

- Самое смешное, что я продолжаю поддерживать тебя... Но это не значит, что мне всегда будет нравится линия твоего поведения, милая моя, - выделяя интонацией последнее обращение, протягивает Лина, спокойно отвечая на мой взгляд, - ты не замечаешь, как создаёшь вокруг себя чрезвычайное положение, потому что ты, точно также, как и Лёша – не игрок команды. Ты – случайное лицо, оказавшееся брошенным в чужой мир почти без опоры. И в тот момент, когда ты стала частью системы, эта система оказалась под угрозой.

Сказав всё это, Лина медленно обходит стол, желая покинуть наш уголок, но на пол пути останавливается и разворачивается ко мне.

- Я не знаю, что у вас происходит с Бесовым, ты мне так и не рассказала всех подробностей своего побега, да и потом у нас не было времени поговорить… но то, как он ведёт себя сейчас - говорит о многом.

- И о чём же? – не очень дружелюбно спрашиваю я.

- О том, что своё чувство гордости он ставит выше, чем свои чувства к тебе, - без веселья в глазах усмехается моя пьяная фея, - и прежде чем ненавидеть меня за эту правду, лучше подумай – стоит ли этот человек твоих «метаний»…

И с этими словами она отворачивается и уходит в толпу, мгновенно скрываясь среди гостей клуба, собравшихся перед сценой.

Тишина, которая устанавливается за нашим столиком после её ухода, может смело носить титул «Гробовой».

- Хочешь поговорить? - через несколько секунд, затянувшихся в минуты, произносит Макс, отпивая из своего стакана.

Бездонный он, что ли?

- Хочу уйти, - отвечаю ему, продолжая смотреть куда-то в толпу.

- Нет, не хочешь, - на губах Макса появляется странная улыбка, но он быстро прячет её, склоняя голову во время распределения по стаканам очередной порции виски, затем берёт один из них, медленно отпивает. Второй стакан так и остаётся на столе сиротливо дожидаться хоть кого-нибудь.

- И что это значит? – смотрю на него волком, - Почему это я «не хочу»?

- Потому что ты хочешь не «уйти», а разобраться во всём. Это видно по твоим глазам. Они неспокойные и возбужденные, - произносит Макс, продолжая держать порцию горячительного рядом со своим ртом и при этом глядя на меня, - ты желаешь выяснить, как относятся к тебе окружающие люди. И я поддерживаю тебя в этом желании.

Смотрю на него внимательно. Паззлы медленно сходятся в единую картину.

- Скажи мне, почему ты разрешил Лине привезти меня сюда? Это же не было тобой запланировано! - складываю руки на груди.

- Потому что вам всем давно пора расставить точки над «ё», - со спокойной улыбкой произносит мужчина.

- За кого ты, Макс? – удивленно спрашиваю у него; реально – удивленно; даже как-то… недоверчиво.

- За себя, - глядя мне в глаза, отвечает блондин, - всегда – только за себя.

Мне почему-то становится не по себе.

- Мне нужно уйти, - произношу, сама, не зная – зачем; опускаю взгляд на стол; смотреть на мужчину - неловко.

Что за дела?! Это же Макс! Милый добрый Макс! Откуда эта дурацкая скованность? И почему стоять с ним наедине стало неожиданно неудобно?..

Разворачиваюсь и натыкаюсь на Бесова.

- Лёша? – вырывается из меня.

- Уходишь? – Бесов смотрит на меня, затем бросает быстрый взгляд на блондина.