Неудачница в Академии Бессердечных 3

2.2

Голос Каймера был твёрдым, признаться, я его ещё таким не знала и даже немного растерялась.

— Ты слышишь, о чём я говорю, Каймер? У Джессел серьёзные проблемы.

— Почему ты должна их решать?

— Она моя подруга, — мне совсем переставал нравиться тон Рамбрейда. — Как ты себя чувствуешь? Ты достаточно отдыхаешь?

Я знаю, что он много отдавал времени и сил на то, чтобы сплести заклинание и сделать артефакт для меня, и успел ли он восстановиться? По дракону вообще невозможно было понять, как он себя чувствует, всегда собранный и сосредоточенный. Но отсутствие спокойствия в его поведении поселило вдруг тревогу.

Каймер вдруг прикасается к моему подбородку, я смотрю как будто под гипнозом, а он тем временем склоняется и целует в губы, чуть задерживаясь, словно пробуя вкус шоколада на моих губах, обжигает взглядом.

— Я слышу тебя, Роилин, — вкрадчиво произнёс он. — Со мной всё в порядке. Расскажешь об этом в обед, а сейчас у меня занятия.

Не могла его задерживать, хотя очень хотелось поговорить, но и у меня по дальнейшему расписанию тренировки. Что ж, подожду до обеда, и обсудим всё в спокойной обстановке.

Тренировки прошли ударно. Джессел, кажется, тоже не знала усталости, но я заметила, как она избегает моего общества и возможного разговора. Поэтому в душ она убежала вперёд меня. А когда я вышла, её уже и след простыл.

Всё это мне дико не нравилось. А ещё Рилл куда-то запропастился, хотелось бы узнать, о чём они с Джессел смогли договориться. Но с другой стороны, может, Каймер прав, я слишком уделяю этому много внимания? Джессел взрослая, чтобы самой решать, с кем ей быть и какой образ жизни вести. Ведь я до этого даже не подозревала, что она могла вести двойную жизнь, и мы вполне ладили.

Хотя я думала, что без доверия не может быть близких отношений. А значит, Джессел с самого начала не считала меня таковой и не была искренней?

Настроение снова испортилось, и я в глубокой задумчивости побрела в кабинет Рамбрейда.

Не успела перешагнуть через порог, как сразу была прижата к захлопнувшейся от напора дракона двери, а мои губы захвачены в плен.

Поцелуй Каймера распалил в считанные секунды, так что заныло внизу живота, когда он прижал меня своим сильным телом к двери, вжимаясь бёдрами в меня, и я остро ощутила его твёрдое горячее напряжение. Голова закружилась, наши дыхания сбились, мой собственный тихий стон прокатился по кабинету. Ладонь Рамбрейда забралась под жакет, и через тонкую блузку я чувствовала его сильные пальцы. Одежда мешала ощутить их ласку.

Кажется, нас обоих заносит, но никто не собирался включать здравый рассудок. Замок за моей спиной щёлкнул. Каймер рывком подхватил меня под бёдра и с лёгкостью, будто я весила не больше подушки, пронёс к столу, посадив на него. Пальцы погладили шею, а твёрдые губы жадно и исступлённо завладели моими. Аромат сандала сладкой патокой спускался по горлу, делая мое тёло мягким и податливым. Чувственные губы Рамбрейда скользнули ниже, его ладонь накрыла холм груди, настойчиво сжала, но этого было мало. Слишком мало. В ответ на эту мысль он расстёгнул пуговицу, потом другую, стянул лиф. Холодный воздух скользнул по оголённой чувствительной коже.

Каймер склонился, и я почти легла на стол, ощутив его горячий рот, вбирающий вершинку. Ощущение было острым, ярким и пронизывающим до низа живота. Я сладко ахнула от фонтана чувств, утонув в вязком блаженстве.

Пронизываю гладкие прохладные чёрные пряди на его затылке пальцами, и…

Бабах!

Что-то с грохотом падает на пол, заставляя Рамбрейда прерваться, а меня вздрогнуть.

Мы оба застыли, смотря вдруг другу в глаза. Рамбрейд тяжело дышал, взгляд дракона заволокло туманом. Но это всё же заставило нас опомниться. Осознание того, что мы могли не остановиться и натворить дел, отрезвляющим душем привело в чувства.

— Боги! — торопливо поправляю нижнее бельё и, облизывая припухшие от страстного сладкого поцелуя губы, краснея, как ягода на солнце, спрыгиваю со стола.

— Что мы делаем? — прошептала я, поправляя задравшуюся юбку, распахнутую блузку.

Каймер не препятствовал, он не меньше меня и сам был в растерянности. Ведь ещё немного, и выход из геотиса был бы закрыт, я осталась бы навсегда под давлением его рода. А он — его заложником.

Кажется, становилось действительно опасно. Я развернулась, чтобы поднять графин с мокрого ковра, но Каймер мягко поймал меня за талию. Машинально ухватилась за свою блузку как за спасительную соломинку, что вызвало тихий смех у дракона.

— Теперь ты всегда будешь так реагировать, ангелочек? — его глаза смеялись, и теперь я узнавала его, Каймер был собой, каким я его всегда знала, расслабленным и свободным. А не тем властным манипулятором.

— Не хотелось бы, — меня всё ещё потряхивало и кружило, а ощущение жаркого прикосновения его губ на теле было ещё ярким, вызывающим внутреннюю дрожь и смущение.

Каймер наклоняется, поднимает графин и ставит на стол.

— Постараюсь теперь тебя выслушать, — поворачивается, берясь за спинку кресла, предлагая мне присесть.

А я с настороженностью на него посмотрела, чем снова рассмешила дракона.