Неудачница в Академии Бессердечных 3

3.

Выйдя в коридор, я думала об условии Каймера, от которого моё лицо всё пылало. Это, пожалуй, самая яркая и острая наша встреча. И незабываемая, о которой я теперь буду думать всю неделю.

И только вернувшись на кафедру, я вспомнила, что хотела поговорить о Маркусе и Глориас.

Ладно, поговорю потом, как только отойду от нахлынувших эмоций.

За этими размышлениями я не заметила, как Виндвер вышел из кабинета, держа в руке футляр для артефактов.

— Спешите на пару, мисс Блэй? — улыбнулся мне мужчина, начав этот разговор, видимо, лишь потому, что мы столкнулись и сделать вид, что не знаем друг друга, некрасиво. — Вы как всегда пунктуальны, — поддел он тем, чем я последнее время грешу.

— Да, профессор Виндвер, — ответила я, стараясь скрыть смущение за улыбкой. — Думаю, в этот раз не опоздаю, если не продолжу разговор.

Он слегка улыбнулся, его внимательный взгляд, словно пытался прочитать мои мысли, скользнул по моему лицу, рассматривая карту родинок на щеке, подбородке, шее возле ключицы и там, где застёгнута пуговица блузки на воротнике.

Которую мне тут же захотелось проверить. Все ли я их вообще застегнула или пропустила несколько впопыхах?

— Иногда эмоции могут сбивать с толку, — сказал наконец он после паузы, быстро поднимая взгляд. — Вижу, что у тебя всё в порядке.

Его слова подтверждают, что я подумала верно: наши отношения с Каймером Рамбрейдом у всех на виду, никак не скрыть укрепляющуюся с каждым днём связь. Я почувствовала, как щеки опять начинают гореть.

— Да, конечно, спасибо за заботу, — пробормотала я, ощущая себя немного неловко, как ученик, которого поймали на мысли о чем-то совершенно неподходящем.

— Хорошо. Если возникнут вопросы, не стесняйся заходить ко мне в кабинет, — сказал он.

— Хор-рошо, — растерянно роняю я.

— Увидимся на занятиях, — сказал Виндвер и, сунув под мышку коробку, направился дальше по коридору, в противоположную сторону от той, куда спешила я.

Постояв еще немного, глядя ему вслед, пыталась собрать мысли в порядок. Разговор с Эриком был чем-то более значительным, чем казалось на первый взгляд. Откуда это чувство, будто его слова и интерес таили нечто большее, чем просто тактичное внимание?

Кажется, я себе придумываю, всё из-за девочек и их замечания по поводу того, как смотрит в мою сторону портальщик.

Я продолжила путь. Предстоит сосредоточиться на другом, поэтому прямиком пошла в аудиторию, стараясь привести мысли в порядок и выбросить из головы всё лишнее. Хотя бы на время.

Весь остаток дня я витала в облаках, будто за спиной появились крылья. Хорошо, что занятия не сложные. Хотя лучше бы были таковыми, так я могла бы быстрее сосредоточиться на учебе.

А после занятий и принятия душа появилась Джессел, она взяла меня за руку и молча потащила в комнату, где горели магические светильники и пряно пахло корицей; меня ждала.

— Вот, — вытащила она из кармана пиджака свернутый в четыре раза лист бумаги.

Каймер был прав, Койл сама решилась всё рассказать.

Я сглатываю, отводя взгляд от горящих тревогой глаз подруги, не зная, чего ожидать.

— Джессел, извини, что так получилось, я правда очень за тебя переживаю и не хочу, чтобы с тобой случились неприятности, и…

— Читай, Роилин, — дрогнули крылья носа девушки.

Разворачиваю лист, чувствуя, как сдавливает в груди, а к горлу подкатывает ком смутного дурного предчувствия, опускаю взгляд.

Строки занимали почти весь лист. И, тем не менее, почерк был очень разборчивым, каждая буковка, как бисер, нанизанный на нитку, создавала красивый правильный наклон, но я почувствовала, что написал письмо мужчина. А первая строка ввергла в страх:

“Джессел, помоги!..”