Неудачница в Академии Бессердечных

11.3

— Извини, впервые дарю девушке цветы и немного волнуюсь, — с такой смешной серьёзностью сказал он, и я не понимала, куда испарилась эта дерзкая выхолощенность, травинка в зубах и насмешливый взгляд. Удерживаюсь от того, чтобы хихикнуть. Всё-таки он старался, и обещание, которое заставила выполнить Джессел, сдержал.

— Спасибо, но правда не нужно было, — принимаю я в свои заботливые руки пострадавший букет. — Мне тоже впервые дарят цветы, — признаюсь я.

Я не встречалась с парнями до академии, как-то не до этого было, постоянные переезды не давали заводить длительные отношения и дружбу, по этой причине и не было подруг, а сегодня будто рог изобилия — внимание, к которому я совсем не привыкла. Каймер не дарил мне цветы, он дарил что-то другое, что нельзя было потрогать руками, и вкладывал не в мою ладонь, а в самое сердце: слова, взгляды, поцелуи, прикосновения… и никогда не ошибался с выбором такого подарка.

И Браммер расплылся в улыбке, с его плеч будто груз сняли.

— И вот, это тоже тебе, — протягивает он коробку из белого картона, перетянутую синей ленточкой. — Торт с голубикой. Не знал, что ты любишь, поэтому…

— Джессел просто пошутила! — округлила я глаза.

— Пари есть пари, бери.

Сделав глубокий вдох, приняла из его рук коробку, куда теперь деваться. Даниган человек слова.

— Почему голубика? — попыталась я как-то скрасить возникшую тишину и неудобство. Сегодня день сюрпризов, пора уже смириться.

— Не знаю, они как цвет твоих глаз.

Даниган комплименты, похоже, тоже только учился делать.

— Как твоё колено?

— Всё в порядке, — провёл пальцами по волосам, зачёсывая чуб. — На самом деле я действовал вполсилы. Правда, не улыбайся.

— Зачем? Так хотел извиниться? — прищуриваю взгляд, вглядываясь в его лицо.

— Познакомиться поближе.

Улыбка застывает на моих губах. Даниган посерьёзнел, не отводя от меня взгляда. И снова неловкое молчание.

— Я пойду, уже поздно, пора отдыхать.

Браммер кивнул и как-то нервно сглотнул. Я отступаю, чтобы выйти наконец из укромного места.

— Роилин, подожди, — Даниган задерживает меня снова.

Я разворачиваюсь.

— Может… Хочу сказать, точнее… предложить, давай я провожу тебя до казарм.

Я раскрываю губы, чтобы ответить, что не стоит, тут всего-то пятьдесят шагов, но Браммер смотрит таким взглядом, что отказ, наверное, сильно бы его обидел. Не люблю, когда на меня обижаются, наверное, это отпечаталось ещё с детства, когда Долора часами со мной не разговаривала.

— Хорошо, думаю, это будет…

— Неуместно, — ледяной ответ Рамбрейда, казалось, покрыл мои плечи и затылок морозом.

Мы мгновенно обернулись к появившемуся на дороге дракону.

Браммер вытянулся столбиком, имитируя дерево, а я так и застыла, смотря на Каймера, сжимая в руках букет и торт.

— Ты можешь быть свободен, адепт Даниган, — проговаривает с нажимом на каждое слово Каймер.

— Есть, — Браммер развернулся, а я невольно отметила, насколько он ещё юн по сравнению с Рамбрейдом, насколько далека вот такая боевая выправка, расслабленная сосредоточенность, спокойное наблюдение и полный контроль эмоций.

Уже вскоре адепт скрылся за деревьями.

Как же неудобно вышло, теперь он явно не приблизится ко мне ни на шаг, а я, кажется, только начала обзаводиться друзьями, и вот снова вмешался дракон.

Поворачиваюсь к Каймеру, дыхание перехватывает и растворяется где-то под коленями, настолько потемневшим кажется его взгляд.

— Извини, что помешал, — смотрит он с холодным выражением лица.

Скулы напряжены, а непроницаемый в полумраке взгляд на красивом лице мужчины заставил поёжиться и спрятать куда-нибудь эти цветы. Как много он слышал? Ещё подумает, что Браммер решил за мной ухаживать, смешно же.

— Что ты тут делаешь? — растерялась.

— Жду тебя, — напряжённо сглатывает. — Мне нужно с тобой поговорить о важном.

На дороге уже никого. Селин и остальные девушки давно ушли в казармы, осталась только я. И лучше бы тоже поспешить в комнату, но Каймер выглядел таким серьёзным, может, что-то случилось? Он не давал о себе знать несколько долгих дней после нашего последнего разговора в его кабинете.

Вздохнув, я шагнула к нему.

— Хорошо, — произнесла я, стараясь, чтобы голос звучал увереннее, чем я ощущала себя на самом деле. — Что тебя так волнует?

Аромат сандалового дерева, тёплый, густой, окутывает, поддразнивая моё обоняние, заволакивая разум лёгким туманом. Во рту резко пересохло, пальцы рук подрагивают, колени ватные.

Каймер смолк на мгновение, как будто искал нужные слова. Его глаза, тёмные и глубокие, поблескивали подозрением, словно он вёл внутреннюю борьбу.

— То, о чем мы говорили в последний раз… Это касается нас, — ответил он, его голос был низким и тяжёлым, как груз, который не найти сил поднять.