Неудачный брак Лилии Сольрей

Глава 2

Учитывая вчерашний день, неудивительно, что этим утром я встала с больной головой. Не помог даже холодный душ – молоточки так и продолжали стучать в висках. Тщательно просушив волосы, я села к туалетному столику и достала деревянный гребень. Прочесывая волосы, я не забывала понемногу добавлять зелье, чтобы пряди не путались и послушно лежали в прическе.

Открыв гардероб, чуть поморщилась. Почему-то сегодня мне совершенно не нравилась цветовая гамма платьев – синий-коричневый-серый.

– Мря? – Проснувшаяся Мурри сунула любопытный нос в гардероб.

– Зато они идеально подойдут к черному учительскому плащу, – вздохнула я. – Ты так не думаешь?

– Мфр, – выдохнула мантикошь и, повернувшись пушистой жопкой к моим платьям, весьма выразительно закопала их лапой.

– Тц, какая ты невоспитанная, – пожурила я ее. – Тут ткань знаешь какая хорошая? Вовек сносу не будет! И потом, профессор, пусть и на замене, не должен сверкать глубоким декольте.

– Мр-мр-мр, – отозвалась Мурри.

И в этом ее мурлыканье мне слышался вопрос. Мол, ты точно решила?

А я да, я точно решила. Полночи почесывала Мурри и думала-думала-думала о том, стоит ли пытаться устроиться в родной институт. В итоге решила попробовать. И дело даже не в том, что я соскучилась по богатой библиотеке, а еще и в том, что мне нужны средства к существованию. «Бумажные» супруги не объединяют свои финансовые активы и пассивы, так что у меня есть только загрязненная земля с развалинами фабрики да шкатулка с серебряными украшениями, что остались после мамы. Все ее золото было продано тетушкой, чтобы «прокормить проклятую нахлебницу».

А я ведь до сих пор помню мамино колечко с жемчужинкой – оно не было каким-то особенно памятным, просто запало мне-ребенку в душу. Иногда, получая очередной гонорар от редактора, я шла по ювелирным лавкам, но ничего похожего мне найти не удалось. Очень уж оно было простым, без бриллиантов, без укрытых внутри заклинаний.

– Не думай об этом, – приказала я сама себе.

Закончив с прической, я достала шкатулку и вытащила сережки с кристаллами горного хрусталя. К ним у меня была тоненькая цепочка с подвеской. Колечек не осталось никаких, увы.

– А я и не хочу никаких колец, – проговорила я вслух, – магу-начертальщику нужны подвижные пальцы.

Бросив последний взгляд в зеркало, я набросила поверх утреннего платья плотный бархатный халат и, обув домашние туфельки, покинула спальню, позволяя Нетте заняться уборкой.

В своем кабинетике я тут же полезла на самую дальнюю полку, за документами и копиями статей. Самое главное, что у меня на руках был трехсторонний договор, в котором указывалось, что статьи авторства Лилии Сольрей будут выходить под именем Муррисы Рейсоль. И отдельно был документ, удостоверяющий, что только я имею право на использование этого псевдонима. Правда, стряпчий предупредил меня, что если в этом мире родится настоящая Мурриса Рейсоль, то она тоже сможет публиковать статьи по начерталке под этим именем, но… Скажем прямо, вероятность невелика.

Простой магочертеж позволил мне скопировать все свои документы, после чего я написала письмо госпоже Дантан. Указала, что получила информацию от близкого друга и спешу откликнуться. И также указала, что имею некоторые сложности, кои хочу обсудить при личной встрече.

Запечатав толстое, увесистое письмо, я бросила его в почтовую корзину. Вызвав проекцию времени, поморщилась. Рань несусветная! Хотя как сказать. Сейчас самое время, чтобы пойти и заняться привычными вещами. Утренние чары Октавиана сработают через час, за это время мне нужно успеть проверить его завтрак и заварить особый чай, в котором будет незаметен вкус витаминного зелья. Увы, он отказывается принимать его просто так, а без него… Без него он уже через неделю покроется шелушащимися пятнами.

Да и нужно посмотреть, правильно ли Нетта все расставит на подносе, потому что булочек должно быть ровно четыре, чтобы была горка. А джем следует охладить, а масло немного подогреть, чтобы легче намазывалось.

Тихо застонав, я поднялась из-за стола. Эта утренняя рутина меня просто убивала! Но самое обидное, что, когда бы я ни находила служанок с магическим даром, Октавиан их просто-напросто выживал из дома! А еще же нужно улучить момент и зачаровать его одежду так, чтобы она была теплее воздуха на три градуса. И я уже просто замучилась изменять заклинание.

У двери я столкнулась с Неттой, которая принесла нарезанное мясо для Мурри и мне чашку чая с молоком и сахаром.

– Подкрепитесь, госпожа, – прошелестела служанка. – Я знаю, вы ничего не едите на первый завтрак, но…

Она отвела глаза, а я с благодарностью взяла чашку и улыбнулась:

– Спасибо. Отправишь мое письмо?

– Да, – она кивнула, подхватила письмо и выскользнула за дверь.

– Мря? – мантикошь оторвалась от своей миски.

– Приятного аппетита, – рассмеялась я и, вернувшись к своему столу, сделала первый глоток.

Наблюдая за тем, как Мурри с удовольствием поглощает свежую вырезку, я думала о том, что мантикошь умеет наслаждаться жизнью. А мне же придется побегать, чтобы восполнить потраченное на чай время.

И тут, глядя на сложенные крылья Мурри, я вспомнила, как яростно Октавиан отрицал мою заботу. Как он требовал оставить его в покое. И как я решила, что, как хорошая жена, должна его послушать. И когда, как не сейчас? Ведь если я стану помощником преподавателя, у меня просто не будет времени на все эти утренние мучения! Да и на ночные пыльные бдения – тоже… Так что особняку предстоит зарасти пылью, если, конечно, мой супруг не научится ладить с прислугой.

Медленно выпив чай, я достала старые эспандеры для пальцев. С трудом застегнув тугие ремни, начала тренировку и уже через минуту принялась снимать артефакт. Увы, я не доставала их со времен учебы, и приходится признать: мои руки ослабели.

За несколько дней я не верну пальцам былую силу, но, по крайней мере, хотя бы немного подготовлюсь к предстоящей работе. Помощник преподавателя всегда много колдует. А раз уж профессор Дантан в положении, значит, это «много колдует» стоит смело умножить на два! Кстати, именно по этой причине я верю, что они примут мое предложение.