Неудобная жена. Второй шанс для принцессы

6.2

Я смотрю в глаза мужа и вижу в них с трудом сдерживаемую ярость. Он срывается с места и подбегает ко мне. Неловко стянув фрак, накидывает его мне на плечи.

Но бедро-то остается на всеобщем обозрении.

Дядя Аарон бледнеет, его такое положение дел не устраивает ни на минуту. Принцесса Нэллайя, соединенная истинностью с Ларшисом, это уже совсем иной расклад.

И он ведь не знает, что Ларшис его дурачит. Вернее, думает, что дурачит.

Богиии…

От ужаса начинает сосать под ложечкой.

Мысли мечутся — от собственного страшного положения к сестренке Шарлис. А если Аарон ее держит заложницей?

Ларшис уводит меня, а я оборачиваюсь и ловлю дядин недобрый взгляд.

Что делать — признаться мужу? Не-е-ет…

Вспоминаю, что бросила письмо императору в магический почтовый ящик, стоявший в темном углу ближайшего к нам коридора. Почему-то именно сейчас ловлю себя на мысли, что ящика этого раньше на том месте не было.

Удары сердца слышатся как удары колокола. А Ларшис тянет меня через зал, через узкий коридор, завешанный драпировками.

Плечи тяжелит большой мне фрак. Ноги подкашиваются и я чуть не падаю. Муж подхватывает меня на руки и несет.

Куда он меня потащил? К выходу?

Но Ларшис сворачивает в арку, скрытую за алой занавеской. Там приватные комнаты и я слабо протестую, когда он кладет меня на кровать.

— Я хочу вернуться в академию! — выкрикиваю и пытаюсь сесть в постели, но матрас такой мягкий, что я буквально проваливаюсь в него.

Чтобы выбраться, придется побарахтаться. Бесы!

Муж легко толкает меня в плечо и я падаю навзничь, а он нависает сверху. Кровать прогибается под его тяжестью и я ощущаю, как сердце на секунду останавливается, чтобы в следующий миг разогнаться на предельной скорости.

Темные глаза дракона становятся еще темнее и я вглядываюсь в эти омуты, прочерченные серебряным зрачком.

Тяжело дышу, стараясь загнать обратно рвущуюся к истинному драконицу.

Вот же стерва!

Знаю, что мои глаза в этот момент тоже драконьи, золотые, фамильные. Они сдают меня мужу с потрохами.

Ларшис выдавливает кривую усмешку.

— Тебя и правда не подсылали ко мне, рыжуля. Ты пришла по собственной воле, ножками.

Он сдавливает мою икру, ведет ладонью выше, лаская большим пальцем метку, и я выгибаюсь ему навстречу.

Кричу драконице — “Уймись уже, животина похотливая”!

Но она трепещет ресницами и задерживает дыхание, игнорируя тот факт, что муж унижает меня.

Вряд ли его перекошенное злостью лицо можно принять за любовь, не правда ли?

— Меня предупреждали насчет тебя, — тихо тянет он.

Предупреждали?

— Замечательная у меня жена. Перебрала весь высший свет Эстори… хм, рассказывают, что не высший тоже. Может, покажешь, наконец, и мужу, на что способна, принцесса?

— Конечно, — улыбаюсь очень мило. Меня идеально воспитали, с детства приучили к хорошим манерам.

Ларшис скользит взглядом по моему декольте. Вид сверху, я думаю, весьма откровенный.

Все с той же улыбкой замахиваюсь и отвешиваю мужу звонкую пощечину.

— Вы меня с кем-то спутали, ректор, — четко произношу. Голос звенит от ярости.

Черты Ларшиса заостряются, он отпускает меня и поднимается с кровати.

Смотрит сверху, и какой же беззащитной я себя ощущаю в этот момент!

Сверлю его яростным взглядом. Муж мой, несмотря на гнилую натуру, красив. Белоснежная рубашка оттеняет смуглую кожу и темные волосы.

— Я отвезу тебя в академию. И чтобы не попадалась мне на глаза, пока не приму решение. Отчислять не стану, но такая прощелыга, как ты, не пропадет.

Мне удается выкарабкаться из слишком нежных объятий перины и я срываю с себя мужской фрак. Запах Деймона остается на коже и придется позже оттирать его в общей душевой.

Кидаю фрак на пол. Тру метку и с вызовом смотрю в его смазливую физиономию.

Наверное, я должна начать оправдываться, кричать, что меня оклеветали? Но мне все равно. Мне плевать, кем считает меня мой проклятый муженек.

На душе холодно и тягостно. Я размышляю день и ночь, но все не придумала, как вернуть свои изобретения. Я не знаю, к чему приведет мой отчаянный крик о помощи — письмо к императору.

Я проиграла и от этого сердце словно припорошило пеплом.

На плечи наваливается усталость, придавливает к полу каменной плитой.

— Ненавижу тебя, — шепчу.

— Почему это? — он вскидывает бровь.

— Потому что ты мусор, Ларшис, — отвечаю безэмоционально. Просто констатитрую факт.

Он вздрагивает, будто я снова отвесила ему пощечину.

Проводит ладонью по лицу, трясет головой.

— Пока веди себя смирно, — говорит жестко и подбирает с пола фрак. — Не отсвечивай. Мои люди присмотрят. В конце семестра я отвезу тебя в Дургар. После подумаем, как быть, — одевается и резким движением одергивает полы, поводит шеей.

— Может, развод? — я зажмуриваю один глаз с робкой надеждой.

— Даже не мечтай, — бросает он. — Ты слишком ценный актив, хоть и потаскуха.

Ларшис берет меня под руку и выводит в коридор. Там толпятся посетители клуба, и откуда-то просочившиеся журналисты. Глаза слепит от вспышек.

— Это ваша жена, Нэллайя Эстори? — выкрикивает кто-то.

— Если не жена, то кто? Раскройте личность вашей истинной, лорд Ларшис! — несется с другой стороны.

Появившиеся охранники в черных костюмах мрачно теснят толпу. Ларшис вытаскивает меня на порог клуба и мы в сопровождении хмурого громилы идем к авто.

Прохлада салона наполняет легкие, а Ларшис кидает темный взгляд на метку, виднеющуюся в разрезе платья.

— Я все еще не знаю, как ты выглядишь на самом деле, — хмыкает зло.

— И не узнаешь, — шиплю, забиваясь в угол.

— Это мы еще посмотрим. Я и не таких приручал, — он глядит исподлобья, ноздри подрагивают.

Я безошибочно чую, что его дракон повелся на истинную связь. И от тяжелой энергии зверя страшно.

Непроизвольно вздрагиваю, представив его зубы на своем плече. Так драконы усмиряют непокорных истинных. Метят укусом и покоряют, присваивают.