Неугодная жена дракона или забытое поместье для попаданки

Глава 6

Гаррэт Райгар

Жалобный крик Дайяны до сих пор звенит в ушах. Хвала богам, я больше никогда не увижу эту женщину.

Она должна быть до смерти благодарна за то, что я решил проблему мирным путём, и не избавился от неё привычным способом для высшей знати.

Каблуки сапог гулко отбивают ритм по полированному камню подъездной дороги. Слуги, завидев меня, разбегаются как тараканы. Мечтают стать невидимыми и спешат убраться с моего пути.

Даже воздух вокруг потрескивает от напряжения. Неистово хочется выпустить наружу вторую ипостась и взмыть в бескрайнее небо. Выплеснуть всю боль, что обрушилась на моего зверя.

Вот только он в ярости догонит карету и разорвёт Дайяну на части. Измена для истинного дракона - то, что не прощают.

“А сам-то?” - мерзко ехидничает внутренний голос, но я оставляю его без ответа.

Дела мужчины - это другое. У нас полигамная природа.

Войдя в свой кабинет, с силой захлопываю тяжёлую дубовую дверь. Звук эхом разносится по пустым залам. На мгновение прислоняюсь затылком к прохладному лакированному полотну, закрыв глаза, и стискиваю челюсти так, что на скулах играют желваки.

Пальцы сжимаются и разжимаются, выдавая бурю эмоций, бушующую внутри.

- Неблагодарная дрянь, - шиплю сквозь зубы, вспоминая бледное, растерянное лицо Дайяны, когда утром я вошёл в её спальню. Не видел бы я своими глазами то, что случилось вчера вечером, во время торжества, мог бы и допустить мысль, что её подставили.

Безродная тварь посмела запятнать мою фамилию, мою честь!

Может, не стоило проявлять милосердия?

Взял бы её с утра, несмотря на крики и мольбы, а затем…

Зверь внутри согласно рычит, а мне противна одна лишь мысль о том, чтобы касаться обманщицы, которую застал в объятиях смазливого дворового слуги.

Утром было наваждение, не иначе.

Ярость клокочет в груди, требуя выхода. Резким движением ослабляю шейный платок и швыряю его на стол. Расстёгиваю две верхних пуговицы рубашки и растираю горло.

Закрываю глаза и вижу как наяву изящную фигурку сквозь полупрозрачную сорочку. По ушам бьёт треск разрываемой ткани. Пальцы чувствуют нежный шёлк её кожи, а глаза… В этих глазах можно было утонуть. Будто передо мной другая женщина, чистая и невинная, а не предательница Дайяна.

Во рту чувствуется едкая горечь, и я прогоняю наваждение. Хватаю графин с бренди, отбрасываю хрустальную пробку в сторону и наполняю бокал до самых краёв янтарной жидкостью.

Огненная волна прокатывается по пищеводу. В желудке пожар, но сквозь пелену липкого, отвратного гнева я начинаю анализировать сложившуюся ситуацию.

Месяц.

У меня есть месяц, чтобы найти решение. Король ждёт, что я представлю двору свою истинную пару.

И то, что случилось вчера, вот-вот разрушит всё, над чем я так долго работал.

Сумею ли я за месяц найти замену?

Или заплатить верховному жрецу, чтобы он подделал результаты обряда?

Неторопливо меряю шагами кабинет, пока мозг лихорадочно просчитывает варианты. Можно было бы объявить, что жена внезапно заболела. Но это лишь отсрочит неизбежное.

Нет, нужно что-то более радикальное.

Останавливаюсь у окна, и взгляд впивается в дорогу, по которой уехала карета, везущая Дайяну туда, откуда нет пути назад. Поместье на краю умирающей деревушки, которое я имел неосторожность выиграть в карты, но ни разу там не был сам.

Говорят, её жители промышляют воровством да попрошайничеством.

Достойная судьба для изгнанной леди Райгар. Сможет прижиться - пускай влачит жалкое существование. Не сможет - так даже лучше.

Чуткий слух выцепляет лёгкие шаги за дверью, а крылья носа трепещут, уловив приторно-сладкий запах, как у переслащённой сдобы, вымоченной в сиропе.

- Ваша Светлость, желаете что-нибудь? - писклявый голосок раскалённой иголкой вонзается в мой мозг.

Оборачиваюсь и вижу молоденькую соплюху, которую по просьбе её матери я нанял…

Не помню кем.

Впрочем, это неважно.

Взгляд проходится по излишне открытому декольте. Пышная грудь вот-вот выскочит из плена, и если приглядеться, можно даже увидеть края нежно-розовых ареол.

Разум твердить выставить за дверь малолетнюю нахалку, а жар в паху пробуждает животные инстинкты.

Пальцы парой резких движений расстёгивают ремень, позвякивая пряжкой.

Девица, на чьё имя мне наплевать, семенит ко мне, не забывая облизывать сочные губы и призывно улыбаться.

Изо рта вырывается хриплое:

- Желаю.

После чего хватаю её за затылок и грубо давлю вниз, вынуждая опуститься на пол.