Неугодная жена, или Хозяйка парящих островов

4

Странным образом тишина, повисшая в карете, не вызывала неловкости. Скорее она… убаюкивала? Веки сами собой предательски тяжелели, и я уже начала клевать носом, но вовремя спохватилась: заснуть рядом с человеком, чьё имя узнала только сегодня? Даже мне это казалось нелепостью.

Чтобы окончательно прогнать сон, я распахнула оконную створку. В лицо ударил холодный ветер, игольчатый и бодрящий, пахнущий дорожной пылью и приближающейся грозой. Вдохнув полной грудью, я окинула взглядом эскорт: за каретой, сохраняя дистанцию, следовали двое всадников. Заметив меня, оба приветственно подняли руки. Ответив им коротким кивком, про себя отметила, что для сопровождения мне выделили не просто лучших бойцов, а тех, кто не был привязан к столице – людей без родственников, без обязательств.

Каен Лок был невысок, но коренаст, словно дубовая колода – та, что столетия стоит на окраине леса и даже буре не под силу её свалить. Его тёмные волосы, коротко остриженные, контрастировали с густой бородой, а взгляд пробирал насквозь, будто он видел не внешность, а душу. Не зря его звали волком-одиночкой – он и правда, был больше похож на хищника, чем на человека. Родственников не имел, семьи не завёл, да и вообще как-то не стремился к новым знакомствам. Меч, а так же парные ножи, его самые лучшие друзья.

Помнится, Каен как-то признался, что для него именно оружие стало семьёй. В далёкой юности именно сталь смогла спасти его во время внезапного налёта бесов – разлом появился в одно мгновение и патрульный отряд не успел запросить помощь у обладателей драконьей магии. Так что Каену пришлось самому выживать. Именно тогда он и понял, чем хочет заниматься всю жизнь. Овладеть мечом настолько, чтобы быть в состоянии защищать не только себя, но и тех, кто сам не в силах.

А вот напарник Каена поступил на службу с куда менее благородными мотивами. Тогда его интересовали лишь… деньги. Войт Дерси был из тех, кому в жизни не повезло. Родился в бедной семье, из которой его выгнали в совсем юном возрасте – в бедняцких кварталах лишний рот подобен медленной смерти всего семейства. А причина того, что выбор пал именно на Войта проста. Его габариты и соответствующий аппетит. Крупный, на голову выше всех сверстников, парень выжил лишь за счёт своего упрямства, а затем, однажды побывав на турнире мастеров меча, понял, к чему должен стремиться.

Хотя, глядя на громкого, улыбчивого воина даже не скажешь, что в раннем возрасте ему пришлось пережить настолько губительное предательство, что он стал самым… ветреным из служащих отца. Скорее всего, глава стражи теперь вздохнет с облегчением. Ведь именно ему приходилось разнимать дерущихся женщин, с завидной регулярностью заявляющихся к казармам. А узнавали они о неверности практически сразу – Войт никогда не скрывал своих похождений.

Последними, кажется, были портниха из лавки рабочей одежды, ловко орудующая ножницами, и пекарша, не уступавшая ей в приёмах со скалкой. Я как раз навещала отца и смогла застать бой двух кошек, где в итоге проигравшим вышел именно глава стражи. Ему досталось больше всего.

– Могу ли я задать неудобный вопрос? – неожиданно прервал мои мысли сир Эстио.

Его голос прозвучал мягко, но тень сомнения скользнула по лицу – брови слегка сдвинулись, а чуткие пальцы стали выбивать нервную дробь на колене. Я вздрогнула, будто вынырнув из глубины воспоминаний.

Честно говоря, меня затянуло в воспоминания так, что я совсем забыла о нём.

Наверное, поэтому на губах невольно расплылась улыбка – лёгкая, почти незаметная, но компаньон уловил её и чуть расслабился. До этого я сидела, скрестив руки, холодная, угрюмая, отстранённая, будто закованная в лёд.

– Прошу. – Мой голос прозвучал ровно, но где-то внутри завозилось неприятное чувство, сродни стыду. Кажется, я догадываюсь, о чём он спросит.

– Зачем вы это сделали? – Он слегка наклонился вперед, и я заметила, как его пальцы сжали ткань брюк. – Зачем решили поступить именно так? Разве вы не знали, чем это для вас обернётся?

На удивление в прозвучавших словах не было и капли осуждения. Лишь неподдельный интерес, а ещё непонятное сожаление. Так что я позволила себе усмешку и колкое:

– Это целых три неудобных вопроса, но я всё равно отвечу. – Ощущая подступающий к самому сердцу холод, поспешила закрыть створку окна, но так и продолжив в него смотреть, начала говорить: – Мне прекрасно известны законы нашей империи. Так же как и то, что драконьим инстинктам плевать на них. Что тут скажешь? Видимо я до последнего надеялась, что мой отец ради меня станет хищником, перестав быть травоядным. Всё же у него больше никого нет….

Лишь договорив, поняла – сказанное больно уж походило на жалобы обиженного ребенка, а не слова взрослой женщины, и от досады прикусила нижнюю губу. В карете снова повисла тишина, но в этот раз ненадолго.

– Вы разочарованы? – Вопрос сира Эстио застал врасплох.

Он должен был копать глубже, добивать пустым любопытством – ведь все так делали. Но вместо этого мужчина смотрел с неподдельным интересом, словно пытался узнать настоящую меня, а не ту, что обычно рисовали сплетни. Речи сира Эстио были осторожны, не душили, будто он не просто хотел понять меня, а что-то искал в ответах, реакциях. Или скорее… пытался в чём-то убедиться.

Его что, больше интересовало моё состояние? Быть такого не может…. Однако поднятые на поверхность чувства нахлынули так резко, что пальцы сами впились в край сиденья. Лишь отрезвляющие мысли о том, что всё это может быть лишь игрой моего воображения, вернули мне хладнокровие.

Сир Эстио не сводил с меня взгляда, будто и без слов знал ответ. И я, опустив глаза, не в силах отрицать сказала:

– Да. Ведь снова зря надеялась.

Ожидая, что-то вроде упреков в своей избалованности, я удивилась, когда услышала тёплое:

– Знаете, не все хищники, даже магические, представляют собой огненную стихию. Кому-то ближе тихая, мирная вода.

Я резко посмотрела на сира Эстио и отметила, что его глаза снова стали такими же янтарными, как при нашей встрече, вот только во взгляде теперь читалось нечто вроде понимания. После такого я, отчего-то уязвлено, сказала: