Неугодная жена. Второй шанс для старой девы

Глава 4.2

– Вы лекарь? – неуверенно уточнила я, когда Настурция, как всегда нежно взяв меня за руки, проводила меня к топчану, сплошь усеянному подушками и валиками.

– В том числе, – пыхнул трубкой Фалькир. – Проживёшь, сколько я прожил, тоже не одной профессией овладеешь.

Не проживу. Хоббиты живут дольше людей, обычно лет по сто пятьдесят, Фалькир же и вовсе выглядел по-настоящему древним. Вопрос, сколько же лет Настурции, всё ещё болтался где-то в сознании. Что поделать, эльфы растут наравне с людьми, но в какой-то момент напрочь перестают меняться.

Эльфийка невозмутимо уселась на подушки и принялась пилить ноготок, не зная, какие мысли у меня есть на её счёт. Её муж же деловито схватился за мою юбку.

– Задирай, голубушка! – приказал он. – Не бойся, не с целью разврата.

Глазки его при этом блудливо забегали. Я вздохнула, но покорилась, обнажила ногу до колена. Хоббит наклонился и потёр отметину на лодыжке.

– Искривлённая, недоросшая, – пробормотал он и задумчиво погладил бороду. – Пятно это всегда было?

– Родимое, – ответила я покорно.

– Родители твои, надо полагать, дальше деревенских лекарей с этим вопросом не зашли?

– В городе меня тоже показывали целителю.

– Надо полагать, не чародею?

Я покачала головой, и Фалькир довольно кивнул, словно только моего подтверждения и ждал.

– Конечно, – хмыкнул он. – Потому что любой чародей тут же заприметил бы вот это.

С кончика его длинного ногтя сорвалась оранжевая искра, и большое родимое пятно с кривыми краями на миг преобразилось. Я увидела магическую вязь и неизвестные символы. Не успела я вглядеться в рисунок, как он снова стал обычным пятном.

– Это что было? – взволнованно воскликнула я, ёрзая на месте.

Фалькир удовлетворённо потёр руки.

– Печать, голубушка. Наложенная руками чародея. Вот задачка: наложить такое могут только опытные маги, но он допустил ошибку, потому вместе с даром запечатал и твою ногу. Надо полагать, либо опыта всё же не хватало, либо к работе он отнёсся халатно.

– …дар? – переспросила я, хмурясь. – Чародейская печать? Мы точно сейчас говорим обо мне и моей ноге?!

– Да ты же сама всё видела, – развёл руками полурослик. – Дедушке Фалькиру не веришь – так поверь своим глазам!

– Но я просто дочь простолюдина из бедной деревни, который упорным трудом выбился в люди, – залепетала я. – В нашей семье нет никакой магии, да и когда я родилась, отец по статусу не смог бы общаться ни с какими чародеями!

– Тут уж можно только гадать, – пожал плечами Фалькир. – Может, ты подкидыш? Похожа на родных?

– Бастиан тоже спрашивал, – сморщила нос я. – Но я ведь похожа, нет сомнений, что родители и сёстры мне родные!

– Не знаю, что за тайна тут кроется, но твои родные тебе что-то недоговаривают, – заключил дед. – В тебе запечатана какая-то магия, запечатана надёжно – такую печать просто так не снять.

– А вы можете? – спросила я с затаённой надеждой и страхом пополам.

Фалькир нахмурился.

– Могу или не могу – хороший вопрос. Гораздо более важный – стоит ли мне это делать. Ведь не просто так в тебе эту силу запечатали. Прежде чем рубить с плеча, я бы задался вопросом: что живёт внутри тебя, Линда?

Настурция, не отрываясь от ногтей, фыркнула.

– Думаешь, Бастиан из-за этого взял Линду в жёны? – спросила она. – Думает, у неё есть какая-то особенная сила, которая может быть полезна?

– Точно, – я распахнула глаза. – Он ведь дракон, они чувствительны к магии! Но ведь Арман… Ничего не чуял? Или чуял, потому и решил на мне жениться, но в последний момент что-то его спугнуло?

Я и не заметила, что принялась рассуждать вслух. На меня глубокомысленно уставились две пары глаз – зелёные и карие.

– Ты бы это, – пыхнул дымом Фалькир. – Не болтала о таких вещах. Не просто так Бастиан к себе никого не подпускает. Явно не хочет он, чтобы предположения о его происхождении высказывались вслух.

– Я общалась с драконом довольно близко, – поделилась я. – Отличить представителя этой расы мне несложно. Но как он мог попасть в разбойники?

– Бастиан любит хранить секреты, – по-кошачьи потянулась Настурция.

– И не делает ничего просто так, – подхватил Фалькир. – Есть у него свои причины на любой поступок…

Они прищурились, переглянулись, и губы обоих вдруг растянулись в хитрых улыбках.

– Как и жениться на Линде он не стал бы просто так, – протянула Настурция. – Он почуял не просто какую-то силу – силу, которая ему может пригодиться.

– Но раз обратился ко мне, – продолжил за неё дед. – Значит, сам раскрыть её не может. Или не уверен, что стоит?

– Он в любом случае не расскажет, – повела плечом эльфийка.

Я переводила взгляд с одного на другую, поражаясь, насколько синхронными они вдруг стали. Такими и правда не стать даже за тридцать лет брака – я видела родителей, они и близко не подошли к такому единству сознания.

– И я бы пока не давал ему карты в руки, – кивнул Фалькир.

Эльфийка грациозно поднялась с подушек, и они оба вдруг направились ко мне. Глаза Настурции засияли зеленью, глаза Фалькира – оранжевым пламенем. Я испуганно вжалась в топчан. Так ведь и они обладают колдовской силой!

– Прости, Линдочка, – улыбнулась мне эльфийка, вдруг ставшая жуткой. – Пока что об этом разговоре, как и о тайне твоей ножки, никому не стоит знать.

Я почувствовала, как меня окружает плотный туман, который не даёт дышать, а затем провалилась во тьму.