Неугодная жена. Второй шанс для старой девы

Глава 9.2

От его слов внутри поселилось неприятное ощущение. Каждая мышца напряглась, а губы сами с собой поджались. Фалькир и Бастиан выразительно переглянулись.

– Родителей не выбирают, да, солнышко? – елейным голосом спросил Рафаэль. Он прищурился и положил голову на лапы. – Кто они?

– Просто торговцы, – ответила я коротко и нервно облизнула губы.

– Чтобы драконьи заклинатели скрывались под личинами торговцев? – с сомнением протянул Фалькир и качнул головой. – Да ну.

– Интересно было бы на них посмотреть. Я бы тут же распознал носителей этой крови, – уверенно заявил дракон.

– Не нужен твой опыт, чтобы чувствовать магию Линды даже через печать, – напомнил Бастиан. – Любой дракон тут же проникнется желанием ею обладать.

– Угу, в сексуальном или гастрономическом плане, – зевнул Рафаэль.

Я сжалась в комочек и обняла себя за плечи – ещё не отошла от беготни по лесу и предчувствия неминуемого съедения. Затем что-то щёлкнуло у меня в голове.

– Любой дракон? – переспросила я. – Но почему Арман… мой жених не был мною одержим?

– Арман, Арман… – протянул Фалькир, словно пытаясь припомнить. Руки его в этот момент словно действовали отдельно от головы, совершая отточенные манипуляции над ранами Бастиана. – Из какого рода?

– Ван Айк.

Взгляды присутствующих зажглись неподдельным интересом. Рафаэль улыбнулся во все свои ряды зубов.

– Сын одного из приближённых и доверенных лиц короля собирался жениться на дочери торговца? Настолько всё плохо с деньгами?

– Очень, – подтвердила я. – Условием для помолвки было закрыть все долги ван Айков, и они были огромны. Впрочем, – я горько улыбнулась, – ответные условия они соблюли. Мы обручились, а вот про свадьбу речи не шло.

– Почему же король не покрыл долги своего любимчика?

Все трое переглянулись, и Бастиан заключил:

– У короны нет денег. Господа, наш промысел увенчался успехом. Мы лишили гниду ресурса.

– Ты говоришь про своего отца, – робко напомнила я.

Ответом мне служили дружные смешки. Тут вернулась Настурция и отвлекла всех. Правда, раны Бастиана были уже перевязаны, так что я сначала не поняла, зачем было отправлять эльфийку за травами. Оказалось, они были для меня.

– Рада хорошенько её приложила, – проворчал Фалькир, осматривая мою голову. – Все волосы в кровавой корке. Ещё и носилась потом по лесу. Девочке нужно неделю отлежаться как минимум, да и тебе, Баст, не меньше.

– Можете скрыться в домике и сказать всем, что у вас медовый месяц, оторваться друг от друга не можете, – радостно хлопнула в ладоши Настурция.

– А что будет с Радой? – спросила я напряжённо.

– Если ты сейчас скажешь, что надо её понять и простить, я разозлюсь, – огрызнулся Бастиан. – И слушать ничего не стану, понятно, Линда?

– Это молодая глупая девчонка…

– Линда!

Меня опалил взгляд изумрудных глаз. Я дёрнулась, и Фалькир недовольно зашипел.

– Я же тебе голову зашиваю, балда!

– Правда? Совсем не больно.

– Магией же. Будешь хорошей девочкой, научу так же.

От разговоров о Раде настроение у всех испортилось. Бастиан выглядел мрачнее туче.

– Мерзавку надо казнить тем же способом, который она припасла для Линды, – бросил он хрипло.

– Я не буду никого есть! – возмущённо поднял голову Рафаэль. – Это же билет в один конец! Стану людоедом, и тогда всё… уже никогда не быть мне снова человеком.

– Тебе и так человечность не светит, – хмыкнул Фалькир.

Дракон поднял голову выше и недовольно дёрнул хвостом.

– Почему нет? Если Линда смогла вернуть меня в сознание, то если снять печать полностью и обучить девочку…

– Нет, – отрезал Фалькир. – Есть только одно условие, которое вернёт тебе человеческое тело, и ты его знаешь. Сколько ни учи Линду – она сможет только поддерживать в тебе разум. И то, это быстро выветрится, если вы будете далеко друг от друга. Пара часов – и ты снова лесной дракон, и только зов тебе подобного ненадолго снимет оковы с сознания.

С каждым жестоким словом Фалькира веки дракона опускались всё ниже. Он выглядел уставшим, будто у него забрали последнюю надежду. Я и сама почувствовала горечь от слов хоббита.

– Ладно, – Фалькир хлопнул меня по плечу. – Сейчас приведём вас в приличный вид – и в лагерь. Приходите в себя, выздоравливайте. Полагаю, как вылечитесь, всё же стоит нанести визит вежливости родственникам Линды.

Бастиан кивнул – его планы явно совпадали с планами Фалькира.

– Ты тоже что-то задумал, – заметил он.

– Мы с Настусей тоже отъедем ненадолго, – чопорно кивнул дед. – Как я уже отмечал, печать была наложена могучим чародеем, но у него не было либо времени, либо опыта, либо сил, потому она сработала криво. Сниматься она будет так же криво. Мне нужны книги и инструменты. Помни, ласточка, – он серьёзно посмотрел на меня. – Слом печати может произойти на каждом этапе её снятия. И чем больше силы ты успеешь обрести, тем больнее тебе будет её потерять.

Он помог подняться Бастиану, меня же подняла Настурция. На мужа накинули плащ, прикрывший раны. Что ни говори, а к нашему спасению они подготовились.

– Постойте, – встрепенулся Рафаэль. – Это что же, вы просто уйдёте?

– Предлагаешь нам уйти сложно? – приподнял бровь Бастиан. – Взяться за руки и укружить отсюда хороводом?

– Я вот сейчас совсем не шучу! – дракон вскочил на лапы, и крылья потёрлись о своды пещеры, осыпав вниз мелкие камушки.

Я испуганно подняла руки, чтобы прикрыть и без того больную голову, но Бастиан успел раньше моего прикрыть меня натянутым краем плаща, как крылом. Он бросил на беспокойно мечущегося дядю недовольный взгляд.

– Вы уйдёте, – в лёгкой истерике говорил Рафаэль, – а я тут буду лежать и считать минуты до наступления полного сумасшествия! Вы не знаете, как это страшно, когда сознание потихоньку затухает, и ты понимаешь, что вскоре разум твой угаснет и будет мыслить только категориями «пожрать», «поспать» и «получить больше сокровищ»! И это теперь, когда мне подарили надежду и показали, что есть магия, которая способна позволить мне хотя бы в мыслях остаться человеком!