Неугодная жена. Второй шанс для старой девы

Глава 13 Ночь догадок

Бастиан

Сама идея остаться ночевать у Пайксов была абсурдна, но мы быстро нашли приличный постоялый двор. Пока ехали до него, в карете стояла тишина. Линда теребила материнское ожерелье, а Рафаэль просто молчал. Это было подозрительно. Я бросал на дядю задумчивые взгляды, но он был настолько погружён в свою меланхолию, что этого не замечал.

Когда Линда отправилась спать, я нашёл Рафа во дворике. Он лежал на камне, глядя в сторону леса золотыми глазами. Мне почудились в них слёзы. Я присел рядом. Пока я размышлял, как начать разговор о его настроении, дядя решил это за меня, начав его сам.

– Нам просто повезло, что Линда не обратила внимание на фразу о том, что её мать преследовала королевская стража, – сказал он глухо. – Если она вдруг вспомнит эти слова и сложит два и два…

– То поймёт, что на драконьих повелителей охотилась королевская семья, – закончил я спокойно. – Наша семья.

– Ты тогда ещё мамкину грудь сосал, – фыркнул Раф. – Какие в твою сторону могут быть обвинения? Вот я… принимал живейшее участие.

Он нервно дёрнул хвостом.

– Я этим не горжусь, но захочет ли Линда услышать мои оправдания? Лания, вот, не захотела. И всё же теперь, когда мы знаем наверняка, что Линда – не просто случайный самородок, появившийся в крестьянской семье, а действительно потомок исчезнувшего рода… мы не можем скрывать от неё правду.

Я поджал губы. Рафаэль был прав. И всё же я слабо представлял себе, как посмотреть в глаза Линде и сказать: «Знаешь, твоя мать погибла по приказу моего отца и деда».

– Пока что эта информация ей никак не поможет.

Рафаэль ухмыльнулся.

– Боишься? Думаешь, не захочет она в мужьях видеть сына убийцы своих родителей? Тайное всегда становится явным, малыш. Лучше бы ей узнать это от тебя.

Может, Линде было бы и всё равно, но проверять как-то не хотелось. Слишком страшными были последствия. Я встал и направился к дверям.

– Прохладно становится. Пойду спать, – бросил я.

– Однако, Линда хорошо на тебя влияет. Ты растёшь и мудреешь, Баст, – заметил Раф. – Ты ведь даже не сказал мне «заткнись».

Я оставил его дальше страдать по прошлому, а сам поднялся в комнату. Линда не спала. Её длинные волосы, отливающие, словно драгоценный металл, в свете луны, разметались по плечам, а белая ночная сорочка делала её похожей на призрака. Сидя на постели, она рассматривала злосчастное ожерелье.

– Лучше бы ты выспалась перед дальней дорогой, – заметил я, садясь на край кровати.

– Как можно спать после таких новостей? – она вскинула на меня взгляд.

Голос её был тихим, как всегда, но сквозили в нём подавленные эмоции. Глаза же сейчас показались мне синими, как сапфиры в ожерелье. Раньше я не мог разглядеть их цвет.

– Я ужасный человек, – сказала она внезапно и отложила ожерелье.

– В чём это выражается?

– Я должна быть благодарна Пайксам! – заявила она уверенно, а затем испуганно обняла себя за плечи. – Но сегодня, когда ты поставил их на колени и заставил каяться, я почувствовала… удовлетворение. Разве можно быть такой неблагодарной?

– Кто тут должен быть благодарен? – не выдержал я. – Если бы твоя мать не постучалась в их двери, они бы сейчас доживали старость в нищете. Твоё спасение – самая выгодная сделка в жизни Роберта. Судя по этому, – я протянул руку и коснулся камней ожерелья, – твоя семья была баснословно богата.

Линда нахмурилась и задумчиво кивнула.

– Значит, в теории, не так сложно выяснить их фамилию?

– Думаю, для Фалькира это не составит труда, – заверил я.

Линда вдруг улыбнулась – событие настолько редкое, что у меня сердце замерло.

– Я хочу знать, – прошептала она мечтательно. – Как думаешь, может, у меня где-то есть живые родственники?

Мне не хотелось её разочаровывать, потому я слабо улыбнулся и ответил:

– Кто знает.

Я знал. Отец и дед в приступе безумия и страха перед драконьими владыками истребили всех, даже неподтверждённых бастардов, только бы убедиться, что магия, способная подчинить драконов, полностью исчезла из нашего мира. Это была победа паранойи над разумом – драконьи владыки веками жили бок обок с драконами, и никогда не применяли свои силы против нас. Во время войн с соседними королевствами, однако, они не раз выручали нас в битвах против чужеземных драконов.

Насколько я помнил по историческим книжкам, шесть родов были отмечены носителями этой магии. Все они были достаточно богаты, но ожерелье казалось атрибутом семьи, которую нельзя было назвать просто «богатой». Воистину, женщина, которая носила такое украшение повседневно, принадлежала роду, который богатством мог поспорить с королевским – во время его подъёма, конечно. Сейчас, подозреваю, богатством с королём могли померяться и Пайксы.

– Сапфиры – камни мудрецов, – пробормотал я задумчиво. Линда вопросительно посмотрела на меня. – Многие считают, что они даже более драгоценны, чем бриллианты, а их магические свойства перечислять можно бесконечно. Потому Пайксы не смогли продать это ожерелье. Даже при их нынешнем богатстве им было бы сложно объяснить, откуда они взяли украшение из столь элитных камней.

– Ты хмуришься, – обеспокоено заметила Линда. – Скажи, это украшения наводит тебя на какие-то подозрения?

– Спи, – улыбнулся я.

Линда обиженно прищурилась, но не стала спорить. Она была совершенно права: у меня появилось подозрение, что наш брак ни по каким меркам нельзя считать неравным.

Так или иначе, а я послал весточку Фалькиру, оговаривая место встречи. Три дня спустя карета остановилась у заброшенного домика в деревне, где доживали свои последние деньки старики. Зловещее и унылое место. Но Линда, выйдя из экипажа, приободрилась. Она оглядывалась, с улыбкой вспоминая:

– Качели! Совсем поломанные… Сколько времени мы с сёстрами провели на них. О, наш малинник совсем одичал! Раньше на нём были такие крупные ягоды, а теперь – не больше лесных. А вот и ива.