Неутомимый фантазич

Жестокость непосредственности

Кажется, я всегда ненавидела свою мать. Как она посмела исчезнуть, оставив свою дочь самой справляться со всеми своими девичьими страданиями? Как она могла пропустить самые важные для меня моменты моей жизни? А ведь она так нужна была мне и в тех, и в других случаях. 

Глядя на других детей, я завидовала той материнской любви, которой они были укутаны. Я тоже так хотела. Мой отец видел мои страдания и стремился избавить меня от них, приводя чуть ли не каждый год новую «мамочку» для его любимой дочурки. Как жаль, что его не могло хватать и на работу и на меня. В таком случае мне никого бы и не надо было, кроме него. А так мы с ним и прожили, меняя мам для меня с частотой смены носков. 

Нам бы и одной хватило, доброй и любящей. Однако в этом плане не везло: то их убивала моя непосредственность, то я оказывалась слишком шумной, то и вовсе характером с отцом не сходились. Причин было много, и каждый раз «мамы» предъявляли что-то новенькое. В конце-концов мы устали искать, да и я уже выросла из той потребности в матери.

А ведь я не сразу её возненавидела. Первое время я очень сильно тосковала по её ласковой улыбке и мягким рукам, по теплу, которое меня окружало постоянно. В порыве отчаяния и не имея еще собственных сил и навыков, умоляла всех, кто есть там наверху, вернуть мне её. Но это было напрасно, боги не услышали меня.

Прошло время. Благодаря знаниям о возвращении исчезнувших, по крупинкам добытым из книг, раскиданных по полкам нашей библиотеки, я перепробовала все возможные способы, чтобы вернуть её. Но ничего из того, что мне было ведомо, не срабатывало. В одном из последних обрядов я поняла, что она не хочет быть с нами. 

Бросив все попытки, мне оставалось только возненавидеть её за то, что оставила мне лишь воспоминания о нашей любви, о той вселенной, которую она мне дарила. Ненависть эта была со мной всегда то затихая до ноющей раны в груди в моментах мнимого счастья, то разгораясь до синего пламени в случаях, когда только бы мама могла понять меня и помочь разобраться в себе.

И однажды эта ненависть должна была закончится. Было бы намного лучше, если бы она расстворилась как моя мать - тихо и бесследно. Но нет, к моему освобождению от этого гнетущего чувства привела незначительная цепочка событий, первым и самым ужасным звеном которой была смерть моего отца.

Как же горько мне было без него. Удивительно, что по родителям тоскую одинаково. Почему боль по матери осталась на протяжении всех лет? Она ведь была со мной совсем недолго. 

Несмотря на траур и апатию к жизни, мне пришлось вступать в свои права как наследнице. Тогда-то мне и приоткрылась тайна её исчезновения. Разбираясь в бумагах отца, в самом дальнем углу ящика стола, где хранились еще старые бумаги деда, я нашла Её письмо. Трясущимися руками вскрывая конверт, ожидала чего угодно.

*******************************************************

Как же я была счастлива наконец стать обремененной тобой, моя дочурка. Я столько всего преодолела, чтобы только ты могла увидеть этот мир. Он прекрасен, ты и сама уже знаешь.

Понимаю, у тебя много вопросов. Сердце разрывается от боли, зная, что меня с тобой уже нет рядом. Но только так, никак иначе, я смогла выторговать тебе жизнь.

Я так хотела ребенка, но у нас с твоим папой ничего не получалось. Долгие годы мы обыскивали весь мир в надежде, что хоть кто-нибудь из знахарей да знает, что с нами не так и поможет. Не нашли. Обошли храмы всех светлых богов моля о помощи - не помогли. Даже в темной магии не было ответов на наши вопросы. 

И вот однажды, когда моему отчаянию, казалось, нет меры, меня посетил странный сон. Было ощущение, что как-будто поясом вокруг талии обвязано и нитью за него куда-то тянет. Тянуло так далеко, что в памяти стиралось кто я, и зачем мне невыносимо хочется оказаться там, куда меня тянет.

Мне показали тебя во время этого странного путешествия. Всю твою жизнь. Я была счастлива вместе с тобой и горевала с тобой пока смотрела. Но меня в твоей жизни не было.

Меня заманили. Во мне хотели разогнать тоску, чтобы сожрать меня потом с нею. Но я нашла, чем откупиться. Ненадолго. Я не знаю, чем эти силы были, откуда они и что собой несли, однако было понятно, что все, что они делали, было неспроста. Это все я поняла, когда было уже поздно.

Проснувшись, я поняла, что со мной что-то не то. Изменилось ощущение этого мира, всё будто стало радужнее. Через некоторое время меня осчастливили, уверив, что я под бременем. В нескончаемой эйфории я пробыла все девять месяцев, что носила тебя. Несмотря на то, что я знала наверняка - мы не будем вместе, меня окрыляли события сна, ведь там я видела тебя и твою жизнь. А большего мне и не надо было. В то время.

Роды давались тяжело, но я держалась до мига, когда услышу твой плач. Только тогда я могла со спокойной душой уйти в иной мир, отдав со своей энергией и всю мою любовь тебе, моя малышка. 

Они разгневались. Те, кто подарил мне тебя. Я не услышала твоего первого крика. В иной мир нас забрали обеих и там я уже поняла, что своим счастьем убила не только моё, но и твоё будущее. Они ожидали вкусный обед, но его не было. Тогда они решили сожрать нас обеих.

И тогда я решила рискнуть. Я предложила им свою душу, в которой заключалась бессмертная энергия. У меня была надежда, что это намного лучше, чем всепоглощающая тоска. В обмен на душу, я просила у них наши с тобой жизни до глубокой старости. К счастью, они заинтересовались, но поставили два условия. Первое заключалось в том, что я буду находится с тобой до тех пор, пока ты сама не скажешь, что я тебе не нужна. Второе - если я расскажу хоть что-нибудь об этой сделке, умрём обе. Первое условие казалось немыслимым, ведь я могла подарить тебе столько любви, что и возникнуть такого не могло, чтобы ты от меня отказалась. Над вторым условием я даже не задумалась. Я согласилась на сделку с легким сердцем и нас отпустили в наш мир, где ты все-таки разразила тишину громким плачем и кричала пока не прильнула к моей груди.