Неверный. Двойной бумеранг для предателя

8 глава

Муж никогда не скрывал от меня пароль своего телефона, так что, когда экран погасает, я разблокировываю его вновь. Захожу в мессенджер, замечая, как трясутся пальцы. Кроме этой фотографии переписка мужа с сестрой выглядит абсолютно пустой.

Сердце мое судорожно колотится, отбивая барабанную дробь о мои ребра, а я прикусываю губу и с каким-то отчаянием разглядываю фотографию, которую прислала сестра.

Слышу, как моется в душе муж, и кручу в голове, что скажу ему, когда он выйдет. Но когда это наконец происходит, я тупо открываю рот и оттуда вылетает только сипение.

Я так и не придумала, что мне ему предъявить.

– Что опять не так, Маша? – прищуривается он и всматривается в мое лицо. После опускает взгляд, замечая в моих руках собственный телефон.

Если бы он дернулся вперед и вырвал у меня смартфон из рук, я бы точно уверилась, что глаза меня не обманывают, и за моей спиной происходит что-то неладное.

Наум вместо этого выглядит спокойным и никак не демонстрирует, что его что-то раздражает и беспокоит. Он продолжает стоять в двух метрах от меня, а я впервые не любуюсь тем, как капли влаги стекают по его мощной груди. Я так расстроена, что мне совсем не до этого.

– Вика тебе сообщение прислала, – бормочу я, так и не придумав ничего путного.

Я и так особо не подвешена на язык, а когда в растрепанных чувствах, порой и двух слов связать не могу. Хоть и работаю учительницей.

– Сообщение? – удивляется Наум, и я гадаю, притворно или по-настоящему.

Он подходит ближе, а я натягиваюсь, словно струна. Меня одолевают сомнения, ведь я не уверена в собственном муже, и он, как оказалось, вызывает у меня теперь подспудное напряжение.

Каждая мышца в теле скручивается в узел, а я, подобно мыши, отслеживаю движения хищника

Протягиваю ему телефон, едва не уронив на пол, благо, что он его оперативно подхватывает и рассматривает то самое сообщение, которое выбило меня из колеи.

Чертыхаюсь, запоздало подумав о том, что если это очередная провокация со стороны Вики, то я собственными руками показываю сейчас мужу другую почти обнаженную женщину.

Я знаю, что по телосложению мы с ней особо не отличаемся, вряд ли муж увидит что-то новое, но я просто слишком остро воспринимаю сейчас всё, что касается моей сестры-близняшки.

Она гостила у нас всего несколько дней, но успела накрутить меня до такой степени, что мой мозг взбудоражен, а я впервые не доверяю мужу.

– Почему ты молчишь? – едва не выплевываю я, когда молчание мужа затягивается, а моя нервная система уже не выдерживает накала.

– А что ты хочешь от меня услышать, Маша? – как-то устало отвечает он вопросом на вопрос и пальцами трет переносицу. Телефон кидает обратно на кровать, стаскивает с бедер полотенце и отворачивается. Подходит к шкафу, вытаскивает оттуда чистые домашние вещи как ни в чем не бывало.

– Хоть какое-то объяснение, Наум.

Мой голос звенит, а сама я замираю, с тревогой наблюдая за передвижениями мужа. Меня беспокоит то, что от него не последовало практически никакой реакции, хотя я ожидала одну из крайностей. Либо злость, либо чувство вины.

А он неожиданно реагирует спокойно, словно я увидела в телефоне не откровенное сообщение от своей сестры, а нечто банальное, что не стоит моего внимания.

– Тебе не кажется, Маш, что это я должен задавать тебе вопросы? – следует от него неожиданная фраза, которая загоняет меня в тупик. – Это ведь твоя сестра, а не моя. Ты лучше меня ее знаешь, особенно тараканов, которые явно расплодились в ее голове.

– Что ты имеешь в виду? Ты не дарил ей это белье?

Надев штаны, он натягивает через голову в футболку и оборачивается, глядя на меня с какой-то усталостью во взгляде. Словно ему надоело говорить об этом из раза в раз.

– Конечно, нет. Я не знаю, что взбрело в голову твоей ненормальной сестре. Я даже не знал, что у нее есть мой номер.

Несмотря на его слова, я всё равно с беспокойством разглядываю его лицо.

Он уверенно встречает мой взгляд, и я немного успокаиваюсь. Вот только Вика так сильно накрутила меня, едва не угрожая увезти моего мужа, что я всё равно продолжаю немного сомневаться.

– Ты точно не переписывался с ней? – уточняю я, а затем вижу в глазах мужа разочарование.

И оно цепляет меня куда сильнее, чем это гребаное сообщение.

– Маша, я устал уже в тысячный раз повторять, что твоя сестра меня ни в каком виде не интересует. Вульгарные женщины не в моем вкусе. Прекрати уже меня терроризировать, у меня был тяжелый день. Ты заказала еду?

Я киваю, и он молча ложится на кровать. Прикрывает локтем глаза и сгибает одну ногу в колене. И правда выглядит изможденным и истощенным, и мне становится стыдно, что из-за своих сомнений я не удосужилась приготовить ему еды.

Молчим. Я не знаю, что творится в его голове, а вот я просто не понимаю, что сказать.

– Наум, – произношу его имя, хочу извиниться, но он меня неожиданно опережает.

– Прекрати, Маша. Если у тебя какие-то комплексы, разберись с ними сама, пожалуйста, не выноси мне мозг по поводу своей сестры. Я должен поклясться, что ли, что я не спал и не собираюсь спать с Викой, чтобы ты от меня наконец отстала?!

Он продолжает лежать, а вот его голос звучит неожиданно жестко, что для меня, не привыкшей к такой грубости, сродни хлесткой пощечине. Я не привыкла, чтобы он говорил со мной подобным тоном, поэтому отшатываюсь, не успев сказать, что эту тему поднимать я и так больше не собиралась.