Неверный. Обманутые надежды.

Глава 15

Настя тяжело дышала, глядя на отключенный телефон, будто хотела добить его взглядом. Потом ее взгляд медленно, тяжело переполз на меня. В нем уже не было ярости, только глубокая, ошеломляющая обида и вопрос: «Ну?».

Я не выдержала. Шаг. Еще шаг. И я просто рухнула к ней, обвила руками, прижалась лбом к ее плечу. Слезы хлынули сами, горячие, стыдные, смывающие хоть каплю этой мерзости, что я на нее вылила.

— Прости, — выдохнула я, голос сорвался в шепот, прерывистый от рыданий. — Прости, Насть… Я… я не думала. Совсем. Голова… она… — Я не могла подобрать слов. Как объяснить этот параноидальный ужас, который превращает лучшую подругу в потенциальную предательницу? — Просто… везде теперь вижу ее. Везде измена. Везде ложь. Даже… даже в тебе. Прости…

Сначала Настя была неподвижна, как статуя. Потом ее руки медленно обняли меня в ответ. Нежно сначала, а потом крепче. Я почувствовала, как напряжение в ней чуть спало. Она тяжело вздохнула, и ее голос прозвучал уже без гнева, но все еще с обидной колкостью, смягченной чем-то теплым:

— Ладно, дура. Понятно. Г…но ты сейчас ешь. Оно и мозги застит. — Она легонько шлепнула меня по спине, почти по-матерински, но с привычным ей напором. — Но ко мне больше не обращайся с такими идиотскими подозрениями! Поняла? Слышишь? А то придушу!

Я кивнула, уткнувшись носом в ее кофту, пахнущую кофе и ее духами – знакомым, родным запахом безопасности. Вытерла лицо рукавом, чувствуя, как щеки горят от стыда.

— Слышу, — прошептала я. — Спасибо. И за… за спектакль. С Кириллом. Это было… гениально жестоко. И за то, что… — Я запнулась, подняла на нее мокрые глаза. — За то, что не ты. Спасибо, что не ты.

Настя смотрела на меня серьезно, оценивающе. Потом уголки ее губ дрогнули в едва уловимой улыбке.

— Ну и ну, — протянула она, кивая в сторону телефона. — Он реально запаниковал. Голос – хоть святых выноси. Трясся весь, гаденыш. Хорошо.

— В ее глазах снова вспыхнули знакомые озорные огоньки, но теперь с новой, жесткой ноткой. — Пусть нервничает, козел! Пусть себе места не находит! Ты же всем этим 18-летним кисюлькам фору дашь в искусстве подковерных игр! Им и не снилось!

Ее слова, такие знакомые, такие «настины», как глоток воздуха. Они не решали проблему, но… возвращали почву под ноги. Хоть какую-то. Я слабо улыбнулась в ответ, пытаясь вдохнуть эту ее бесшабашную уверенность.

— Наверное… — неуверенно пробормотала я. — Но что теперь делать-то? Этот звонок… он ничего не дал. Только Кирилл еще больше на взводе.

Настя хмыкнула, отодвинулась, взяла свою остывшую чашку кофе.

— Детализацию, — сказала она деловито, как будто предлагала сходить за пирожными. — Надо сделать детализацию его звонков. За тот день. Может, хоть номер увидишь, с которого он звонил? Или длительность? Хоть какая-то зацепка.

Мысль ударила, как ток. Я выпрямилась, широко раскрыв глаза.

— Он же звонил со своего номера! — почти выкрикнула я. — На мой старый телефон! Звонки же сохраняются у оператора! Можно запросить детализацию за тот день! Там будет время, длительность… Может, даже… если он звонил не один раз…

Надежда, крошечная, но реальная, затеплилась внутри. Не просто подозрения, а факт. Документ.
Настя одобрительно кивнула, прихлебывая кофе.

— Ага. Вот видишь, голова уже работает. — Она поставила чашку. — Но я все равно позвоню своему другу – узнаю, как это делается на практике. Он в этом шарит. Знает, куда стучать, какие бумажки писать.

Я насторожилась. «Друг»? Кто? Незнакомый мужчина? Еще один потенциальный источник информации… и потенциальной опасности? Тень промелькнула в моих глазах, и Настя мгновенно ее поймала. Она фыркнула и ткнула меня пальцем в плечо.

— Другу, Поля! Другу! — подчеркнула она, закатывая глаза. — Не тому, о ком ты опять подумала! Коллега по старой работе, технарь, гик. Женат, трое детей, кот. Спокойно! Полина краснеет.

Я смущенно отвела взгляд. Паранойя – она как сорняк, пробивается сквозь асфальт доверия. Но Настя не стала развивать тему. Вместо этого она вдруг хлопнула себя по лбу ладонью так, что эхо разнеслось по кухне.

— О! А может… — Она посмотрела на меня с внезапным озарением, глаза сверкнули авантюризмом. — …нанять детектива? Нормального, частного? Не из дешевых контор, а толкового? Чтобы он все пронюхал: где был Кирилл в тот день, кто эта… стональщица? Фотки, факты… Все!

Слово «детектив» повисло в воздухе, тяжелое, реальное. Оно означало войну. Настоящую. Без права на отступление. Смесь дикой надежды («Узнать правду! Доказательства!») и леденящего страха («А что, если это правда? А что, если он все узнает?») сжала сердце тисками.

— Детектива? — переспросила я, голос вдруг осип. — А где такого найти? Вдруг шарлатан попадется? Или мошенник? Или… — Я посмотрела Насте прямо в глаза, пытаясь передать самый главный ужас, — а вдруг он узнает кого-то… из близких? Ту самую… Или… еще хуже? Что тогда?