Неверный. Ты предпочел другую

Глава 5

Иду по коридору, стараясь наступать на носочки. Паркет холодный и гладкий под босыми ступнями. Каждый шаг отдается в голове, сердце колотится так громко, что кажется, его слышно на всю квартиру. В коридоре темно, только тусклый свет уличного фонаря пробивается сквозь матовое стекло входной двери.

Останавливаюсь возле большого шкафа, где мы храним документы и важные бумаги. Дверца открывается с тихим щелчком, который в тишине звучит как выстрел. Замираю, прислушиваясь. Из спальни ни звука.

Рукой нащупываю нужную папку. Паспорта, свидетельства, дипломы. Вся наша семейная документация. Мои пальцы дрожат, когда я осторожно достаю нужные бумаги. Свидетельство о браке. Тонкая бумажка, которая когда-то казалась началом новой жизни. Свидетельство о рождении Милы, с вложенным в файлик с обратной стороны бумажка с крошечным отпечатком ладошек. Мой паспорт. Загранник, почти пустой. За последние годы я практически никуда не ездила.

Диплом о незаконченном высшем образовании. Смотрю на него и чувствую горечь. Третий курс филологического факультета, красный диплом по всем предметам. Все это осталось в прошлом, когда я выбрала семью вместо карьеры. Тогда это казалось правильным решением. Сейчас понимаю, что это была ошибка, которая стоила мне всего.

Аккуратно складываю документы в небольшую дорожную сумку, которую нашла в шкафу. Руки дрожат так сильно, что бумаги шуршат. Каждый звук кажется оглушительным. Прячу сумку за верхней одеждой в прихожей, между зимними пальто. Если завтра утром мне хватит смелости сказать Степану нет, эти документы понадобятся.

Ложусь в постель.

Ненадолго проваливаюсь в сон. И лишь усилием воли заставляю себя проснуться вновь. Мысли крутятся в голове, как осенние листья в вихре ветра. Одна мысль сменяет другую, не давая покоя, не позволяя расслабиться.

Лежу рядом со Степаном и слушаю его дыхание. Ровное, размеренное, безмятежное. Он спит как младенец, совесть его не мучает. Для него сегодняшний разговор был обычным деловым совещанием, где он объяснил подчиненной новые правила игры и получил согласие на свои условия.

Через какое-то время дыхание Степана становится совсем глубоким и ровным. В это время его не разбудит даже сирена пожарной машины. Он погружается в самую глубокую фазу сна, когда организм полностью расслабляется.

Матрас прогибается под его весом, и я чувствую это движение всем телом. Шестнадцать лет мы спали в одной постели, и я знаю каждую его привычку. Как он поворачивается во сне, как дышит, как иногда разговаривает во сне о работе. Интимность без близости, привычка без любви.

Простыня прилипла к вспотевшему телу. В комнате душно, несмотря на приоткрытое окно. Воздух тяжелый, насыщенный запахами ночи и чужими эмоциями. Переворачиваюсь на бок, стараясь не потревожить Степана, и простыня шелестит предательски громко в ночной тишине.

Сердце стучит неровно, то замирая, то ускоряясь. В голове складывается план. Безумный, отчаянный, но это единственное, что у меня есть. Единственный способ хотя бы попытаться изменить свою жизнь, вместо того чтобы покорно принять роль красивой игрушки.

Осторожно приподнимаюсь на локте, всматриваюсь в лицо мужа. Он спит глубоко, брови расслаблены, губы слегка приоткрыты. В сне он выглядит моложе, почти как тот студент, в которого я когда-то влюбилась. Но это обман. Сейчас передо мной лежит чужой человек, который держит меня в заложниках при помощи собственной дочери.

Медленно, сантиметр за сантиметром, сбрасываю одеяло. Каждый звук кажется оглушительным в ночной тишине. Скрип кровати, шорох ткани, мое собственное дыхание, все это может разбудить его. Босые ноги касаются холодного паркета, и я замираю, прислушиваясь. Степан даже не шевелится.

Мысли роятся в голове, складываются в планы, рассыпаются и складываются снова. Впервые за много лет я планирую собственную жизнь, а не просто плыву по течению.

Настенные часы тикают с раздражающей монотонностью. Стрелки ползут медленно, как в тягучем кошмаре. Но я не сплю, обдумываю каждый шаг. Куда пойти, что делать, как объяснить Миле. Вопросов больше, чем ответов, но главное, я больше не хочу быть заложницей в собственной жизни.

Снова встаю, на этот раз увереннее. Иду в прихожую за спрятанной сумкой. Но в темноте не могу найти ее. Шарю руками между пальто и куртками, сердце бьется все чаще и громче. Где же она? Точно помню, что спрятала именно здесь, между зимними вещами.

Руки становятся влажными от волнения. Перебираю одежду еще раз, тщательнее. Степановы костюмы, мои платья, Милины куртки… Но сумки нет. Паника начинает подбираться к горлу холодными пальцами.

– Не это ли ты ищешь? – голос Степана раздается прямо за спиной, и от неожиданности я едва не вскрикиваю.

Оборачиваюсь. Он стоит в дверном проеме, полностью одетый, держа в руках мою сумку с документами. Рубашка свежая, волосы аккуратно причесаны, на лице довольная улыбка хищника, поймавшего добычу в ловушку. Даже в полумраке прихожей вижу торжество в его глазах.