Невероятные серые будни

Глава 8

Молчание затянулось.

Я уж было решила, что Рен не хочет отвечать на этот, казалось бы, безобидный вопрос. Даже рот открыла, чтобы перевести все в шутку. Но темный эльф неожиданно тяжело вздохнул и, не глядя на меня, тихо произнес:

– Да, Джозефина, я родился первым сыном короля темных эльфов. Все мое детство меня действительно воспитывали как будущего наследника. Самые лучшие учителя во всем – военное дело, экономика, точные науки, магия, этикет. И хоть требовали от меня соответственно много, гораздо больше, чем от моих сверстников, но мне такая жизнь очень нравилась. Я никогда не завидовал никому, даже младшему брату, что он вел более праздный и беззаботный образ жизни. Наоборот, я гордился тем, что меня можно по праву называть лучшим.

Мужчина замолчал и глубоко вздохнул.

Кони медленно шли по загородной дороге, словно тоже не спешили возвращаться в шумный город, что разрушит этит удивительные мгновения спокойствия и неожиданной откровенности.

– Но однажды Тэилириандор привел домой девушку. Из знатного древнего рода, черна, как ночь, с белоснежными волосами, она зацепила мое внимание. Не знаю, как она вообще обратила внимание на брата, ведь в то время ему только перевалило за полсотни, и он был едва темнее светлого. Но я точно видел, что Тэилириандор в нее не был влюблен, что он и подтвердил, найдя в тот же вечер себе новую красотку, поэтому я без сомнений принялся ухаживать за обсидиановой красавицей, что в будущем составила бы мне хорошую партию.

Я усмехнулась, быстро представив, как юный Риан легко покоряет женские сердца.

А Рен тем временем продолжил рассказ:

– Постепенно мы узнавали друг друга лучше, и со временем я полюбил ее. Мне казалось, что чувства были взаимными… но время все расставило по своим местам.

Мало приятного слушать, как объект твоей симпатии признается, что был влюблен в кого-то, но я продолжала молчать, не прерывая историю. Разумеется, я не думала, что Рен за свои неполные двести лет ни разу не был влюблен, но все же открыто слышать такое было, мягко говоря, неприятно.

– Утонув в новых чувствах, я стал посвящать Тасиле очень много времени, пренебрегая учебой и некоторыми возложенными на меня обязанностями.

Неприятное чувство сильнее зашевелилось в груди. Значит, Рен до сих пор не может забыть ту эльфийку, раз называет ее сокращенным именем. А ведь даже к брату он обращается полным труднопроизносимым именем, да и меня все так же Джозефиной зовет. Лишь раз услышала ласковое «Джози», но мне уже начинает казаться, что тот раз был плодом воображения моего воспаленного переутомлением и истощением мозга.

– Она была яркой и в то же время нежной, – не зная о моих мыслях, продолжал Рен, – неизменно привлекая к себе внимание окружающих. А вот ее внимание нужно было постоянно завоевывать. Подарки, поступки в ее честь, сюрпризы. Казалось, если хоть один день не порадовать ее чем-нибудь, она навсегда ускользнет.

Ага, полная моя противоположность. Все же надеюсь, что с возрастом у него вкусы изменились.

–И я успешно справлялся много лет. Пока она однажды не захотела себе какой-нибудь амулет от мага-универсала. В то время как раз отшумели события по устранению всех универсалов, так что ее каприз был не таким простым, как обычно. Мои попытки убедить Тасилу, что она и так невероятно сильна энергетически, так что никакие амулеты и артефакты ей не нужны, не принесли плодов. Она умела добиваться своего.

Мы въехали в город.

Увы, как я и предполагала, шум толпы и периодически попадающиеся знакомые не дали мне дослушать историю.

Когда мы уже подъехали к общежитию, я все же задала вопрос:

– Так чем закончилась история с Тасилой? Она предпочла другого, более успешного и щедрого? Изменила тебе? Предала?

Рен горько усмехнулся.

– Нет, она поступила как любая здравомыслящая девушка.

Спешившись и взяв моего коня под уздцы, он посмотрел на меня и коротко завершил рассказ:

– Я нашел заброшенный дом, в котором еще недавно жил знакомый маг-универсал, которого убили одним из первых, поскольку он не пожелал подчиняться королевскому указу и приносить клятву верности раба. Тот дом еще не успели толком обыскать, так что я знал, что в подвале все еще хранятся созданные им артефакты. Только вот чрезмерная самоуверенность сыграла со мной злую шутку. И из того дома я вышел не с амулетом, а покалеченный и с проклятием. А принц с неизлечимым недугом не достоин ни престола, ни любви. Так в одно мгновение я потерял расположение любимой девушки и шансы стать правителем.

Я молча стояла и смотрела на невероятно красивого, пусть и не в классическом понимании земной красоты, мужчину, которого не портил ни страшный шрам через пол лица, ни наличие проклятия, которое пожирало его изнутри. Смотрела и не знала, что на это ответить. Лишь невольно вырвался вопрос:

– Ты все еще ее любишь?

Но Рен и не пожелал отвечать.

– Отдыхай, Джозефина, – чуть улыбнувшись, спокойно проговорил он. – Ты большая молодец. Созданная практически тобой одной карта невероятно помогла продвинуться вперед. Сейчас же нужно хорошо продумать, как действовать дальше, чтобы не выдать тебя и не подставить под королевскую расправу. Но с этим мы справимся с мистером Авфулом самостоятельно, а тебе необходимо сосредоточиться на учебе. До меня дошла информация, что твои успехи не так впечатляют, как в прошлом году.