Невеста брата. Ты только моя

Глава 14

Чашка крепкого кофе. Стакан воды. Больше ничего.

Ничего лишнего позволить себе не могу.

Сижу в подвале своего дома, тут у меня шикарный домашний кинотеатр. Всегда смотрю кино один. Не люблю компанию для этого дела.

Щелкаю пультом, снова и снова пересматривая один момент. «Крёстный отец» Копполы. Кадры, когда погибает молодая жена Микеле Корлеоне.

Аполлония. То, как видит это сам Микеле. Этот взгляд Аль Пачино, когда он понимает. Взрыв…

Я не сказал Марату о том, что случилось с его девушкой. Он ничего не знает.

Его держат взаперти, в небольшом домике в горах. Брат будет там еще некоторое время. Ему полезно.

Я ведь всё объяснил!

Я знал, что будет именно так.

Но брат решил пойти против всех. Что ж…

Возможно, в чём-то он прав?

Пытался жить жизнь так, как он сам хочет.

И я ему позавидовал. Да. Иметь право выбрать то, как ты будешь жить, с кем ты будешь жить. Большая ценность.

Гораздо более важная чем то, что имею я.

Деньги?

Не могу сказать, что меня лично когда-то сильно привлекали именно деньги.

Власть и свобода, которую они дают? Возможно.

Но ведь по факту никакой свободы у меня нет. И власти нет тоже.

Только проклятые обязанности.

Должен. Должен. Должен.

Правда, в последние дни, после мальчишника, а скорее после той катастрофы, которая за ним последовала я стал задумываться о том, а стоит ли, реально жить такую жизнь, которую живу я. Проживать эти бессмысленные годы. Ради чего?

Да, я имею возможности, которых не имеет, пожалуй, девяносто, а то и девяносто пять процентов всех людей.

Я богат. У меня есть деньги и есть подобие власти, которую они дают. Со мной считаются. У меня есть определённый статус.

Но реально ли я обязан платить за него своим будущим? Своей жизнью?

Глотаю горький до отвращения кофе.

Ристретто. Больше зёрен, меньше воды. Крепкий, тягучий, насыщенный.

Я ненавижу его.

С большим удовольствием я пил бы кофе с молоком и сахаром. Или чай с чабрецом.

Зачем я пью ненавистный ристретто?

Зачем я трачу свою жизнь впустую?

Счастлив я? Нет.

Хочу быть счастливым?

Вспоминаю словно кадры из старого фильма мою юность. Мою Аню. Наши свидания.

И другое вспоминаю. То, на что не имел права смотреть.

Свидание брата и его девушки. Её глаза, горящие таким счастливым огнём, когда она на него смотрела. Её руки, обвивающие его. Губы. Улыбки, поцелуи. Шепот… Конечно, я не слышал того, что она говорила ему, что он отвечал. Но мне достаточно было видеть их двоих, чтобы понимать. Каждое слово пропитано любовью и страстью.

Я завидовал брату чёрной завистью.

Пока не понял, что счастлив он с ней не будет. Просто потому, что ему не дадут этого счастья.

И именно я должен быть тем, кто не даст.

Кто почти отнимет у этой девочки жизнь.

Как сейчас я должен отнять жизнь у её ребёнка.

Я должен.

Или… нет?

Красивая девочка Таисия. Что мне с тобой делать.

Запрокидываю голову.

Момент, который не хочу вспоминать, но который раз за разом возникает в памяти. Видео, где над ней надругались.

Она ничего не понимала и вряд ли что-то запомнила. Но это не важно. Те, кто это сделал – ответят и скоро.

Никто не имеет права причинять ей боль.

Думаю, об этом, и морщусь, так противно мне понимать, что я себя назначил тем, кто будет решать, делать Тае больно или нет.

Я не хочу, чтобы она страдала.

Но как мне сделать так, чтобы оградить её?

Если ребёнок останется, это будет проблема для всех.

Да?

Дядя слишком много на себя берет.

Как и Усманов. И Халимов. Наши будущие родственники. Мой тесть и тесть Марата.

Уверены, что я всё еще тот молодой, горячий горец, которого они учили превращать всё, к чему прикасаешься в золото.

Но я не царь Мидас. Никогда им не был и не стану.

Я другой.

Из другого теста.

Это они недооценили.

Я и сам недооценил себя. Не ожидал, что сделаю многое из того, что сделал.

Не ожидал от себя таких поступков.

И на что еще окажется способен Булат Каримов?

Беру чашку, фильм давно выключен. Выхожу из подвала, поднимаюсь на кухню. В этом огромном доме я один. И не совсем понимаю – зачем он мне?

Для большой семьи?

Но я не представляю тут дочь Усманова, которая должна стать моей женой. Не вижу её тут. И детей от неё тоже не вижу. И не хочу видеть.

Этот дом для другой семьи. Для семьи, которую я хотел бы иметь. Для женщины, о которой мечтаю.

Выплёскиваю остатки кофе в раковину. Отставляю чашку. Беру другую. Ставлю на плиту турку. Кидаю в неё ложку молотых зёрен. Заливаю ледяной водой из фильтра. Засыпаю три ложки сахара. Жду, пока пенка начнёт подниматься слегка волнуясь. Снимаю с огня. Надеваю на чашку ситечко, фильтрую, чтобы крупинки зёрен не попали. Достаю из холодильника пакет молока.

Пять минут, и у меня в руках чашка кофе, которую я хочу.

Это так просто получить то, что хочешь.

Просто нужно встать и сделать самому.

Самому быть хозяином своей судьбы. Да?

Вспоминаю о том, что случилось днём. После того, как Таисия кричала, что она будет решать судьбу своего ребёнка.

Я просто подкупил медсестру, которая утром должна поменять лекарство для капельницы.

Ребёнка у Таисии не будет.

Это очень жестоко. Девочка не заслужила. Но в нашем мире, полном дерьма иначе я спасти её не смогу.

Наверное.

Или смогу?

Надо думать. Надо.

Ей будет лучше одной. С деньгами. Сначала она будет ломаться, отказываться, ругать меня, даже драться. О, эта девочка умеет драться без рук. Её глаза могут убивать.

Красивая, маленькая, сильная девочка.

Не моя. Чужая. И моей не будет.

Никогда.

Никогда – самое лживое слово. Так легко сказать и так сложно сделать. Никогда.

Мне нужно подумать. Горячий, ароматный, сладкий кофе с молоком здорово помогает.