Невеста черного князя

Глава 4

После смерти Марии Нина Мантихоровна ещё больше преобразилась. Теперь её уже нельзя было назвать старухой. Время, как - будто, включило обратный отсчёт. Как – будто в доме Волоконцевых бил источник с живой водой, но пользовалась им только эта пришлая женщина. Нина стала, практически, полноправной хозяйкой в этом доме. Всё своё время она проводила там, куда раньше ей вход был закрыт. Андрей не возражал. Он, как бы, самоустранился от всего. Жил механически, по инерции. Откликался на дурацкое имя «Андрюсик», с которым к нему обращалась сожительница. Сёстры тоже замкнулись. Старались не попадаться на глаза «мачехе». Свели контакт с ней и отцом до минимума. В доме повисла гнетущая, напряжённая атмосфера. А под рождество произошла ещё одна трагедия. Люся и Люба решили немного развеяться и погадать. Люба предложила погадать на зеркалах. Люсе было всё равно, лишь бы немного отвлечься от мрачных мыслей. Нашли в интернете на сайте какой – то колдуньи подходящее заклинание, аккуратно вынули из старого трюмо зеркала. - Где будем гадать? – спросила Люся. – Надо какое – нибудь страшное место. - У нас сейчас везде страшно. Чего далеко ходить. Пошли в подвал. – Ответила старшая сестра. Впоследствии, вспоминая этот разговор, она сильно корила себя за это предложение. - Да, да! Очень подходящее место! – захлопала в ладоши Люба. Они завернули зеркала в лёгкие, байковые одеяла, взяли свечи, журнальный столик и пошли в подвал. Вслед за ними увязался и кот Василий. В подвале, как всегда было сумрачно. Света одной лампочки не хватало, чтобы разогнать мрак, клубящийся по углам большого помещения. Было прохладно. Люся зябко передёрнула плечами. 

- А, давай у печи расположимся. Самое зачётное здесь место. – Щебетала Люба, не обращая внимания на хмурую молчаливость сестры. - Давай заслонку уберём, - продолжала командовать младшая.

Люся опять подчинилась и они с большим трудом отодвинули заслонку в сторону. Заслонка была сделана из толстого листового железа, которое местами было покрыто пятнами ржавчины. Каменный шесток обкрошился, обнажая кирпичную кладку печи. Убрав заслонку, девушки ахнули от невиданного ранее зрелища. Открывшееся взору горнило было огромно. Оно напоминало пещеру. Туда запросто мог войти, чуть, может, пригнувшись, человек среднего роста. Казалось, что этот чёрный зев ведёт в сам ад. Затхло воняло плесенью. 

Люба развернула зеркала и зажгла свечи. Девушки увидели, что кот напрягся. В его зрачках отразилось пламя свечек, многократно увеличенное отражениями в зеркалах.  Животное  жалобно мяукнуло.

- Ничего, ничего, Василий, - бодро проговорила младшая девушка, вставляя одно из зеркал внутрь горнила. – Сейчас будет интересно. Второе она разместила на столике, под ножки которого предварительно подложила кирпичи, которых вокруг было в избытке. Теперь зеркала были напротив друг друга.

 – Люся, иди подержи зеркало, приказала она сестре. А сама выставила свечи параллельно друг другу по краям зеркальной дорожки. - Вот это красота! – Сама же и восхитилась творению своих рук.

Люся посмотрела на бесконечную дорогу, окаймлённую огнями, уходящую прямо вглубь чёрной пасти печи и ей стало страшно. Девушке показалось , что по этой дороге заструился белый туман. Его сгустки начинались, и были более плотны там, где дорога уходила в неизвестность. Они выползали оттуда как живые существа и тянули свои щупальца к проходу в другой мир.

Люба же продолжала веселиться. 

– Что – то ничего не происходит.  А, что если я зайду на эту дорожку и пойду по ней далеко – далеко. – Вдруг заявила она и быстро встала между зеркалами.

- Не смей этого делать! – закричала Люся. Но было уже поздно. Все члены её сковало, как под гипнозом. Люба, тоже, будто одеревенела.  А, на дороге, уходящей вглубь печи, стали гаснуть огоньки свечей и пропадать изображения сестры. Один за другим. Один за другим. Там, где они гасли, пряди тумана из белых превращались в чёрные и окутывали отражения девушки. И, теперь уже они, как змеи подползали всё ближе, и ближе.

- Этого не может, это нарушение всех законов физики, - мысленно одуревая, думала Люся, глядя на свечи, стоящие перед зеркалом. Они горели, но их изображения продолжали исчезать.

Кот Василий неистово шипел. Спина его выгнулась дугой, как дворцовый мост. Шерсть стояла дыбом.

Наконец, в зеркале погасли все отражённые свечи. Тьма пододвинулась к обратной стороне зеркала.  Мелким серебром брызнули осколки стекла. Чёрный дым окутал Любу. Старшая сестра завопила так, как никогда до этого. Этот крик слился с  воплем кота. Василий огромными прыжками нёсся в сторону лестницы. Люся выронила из рук второе зеркало и оно, ударившись об пол, разлетелось на множество кусочков.

 - Ты жива! – Кричала Люся, тряся сестру за плечи. – Ответь что – нибудь!

Та молчала, как окаменевшая. Только из больших, серых глаз катились слёзы.

- Что ты видела?! – не унималась Люся. – Ну, же! – Она схватила её в охапку и потащила к выходу из подвала.

Только в своей комнате Люба разомкнула губы. Трясущимися руками выпила стакан воды, разбрызгивая по лицу капли.  Вытерла с глаз слёзы платком, заботливо предоставленным сестрой, и шёпотом произнесла:

- Я видела ведьму. Большую, чёрную, страшную. Она накинула на меня свою шаль и повела.

- Куда?! – У Люси тоже начали стучать зубы.

- Не знаю. Тут я очнулась и увидела тебя.

- Ложись скорее спать. Уже поздно. Завтра проснёшься, и все ночные страхи улетучатся.

Девушка укрыла сестру одеялом, немного посидела на кровати, подождала пока та заснёт, и тихонько вышла из комнаты.

Но, на утро Люба не проснулась. Она просто пропала.