Невеста для бастарда, или точно ведьма прокляла

История Зигфрида. Часть 2.

Ребёнок рос, и в возрасте трёх лет материнской любви - простой, но абсолютно искренней и нежной - стало недостаточно.

И пусть нанятые ею учителя были не самыми именитыми, а лишь теми, кого могла позволить та сумма денег, что выделял Аргус Вольфмессинг на личные расходы дочери и внука, этих занятий хватало, чтобы дать достойное образование наследнику.

На смену простым занятиям, вроде: чтения, арифметики, письма и дыхательных упражнений для расширения внутреннего магического источника - пришли иностранные языки, каллиграфия и этикет, а несколькими годами позднее были подобраны преподаватели по логике, риторике, истории, праву, боевому искусству и философии.

Общение между дедушкой и подрастающим внуком сводилось всего к одному ритуалу - каждый вечер маленький Зигфрид заходил перед сном в его кабинет и рассказывал ему о том, что выучил за день.

Ребёнок должен был остановиться ровно в двух метрах от письменного стола, его приветственный поклон должен был быть строго выверенным, полным почтения перед старшим членом семьи и соответствующим всем нормам этикета, а его спина должна была оставаться идеально прямой. Что касалось его речи, то она должна была звучать чётко и без эмоций. Это был не рассказ малыша о волнительных событиях в его жизни, а подробный отчёт о прожитом дне.

Иногда ему задавались уточняющие вопросы, или его просили продемонстрировать полученные знания. Герцог никогда не выказывал изумления от глубины озвученных ответов или недовольства в случае, если они выглядели недостаточно убедительными, но смышлённый ребёнок достаточно быстро сопоставил факты. Любая допущенная им ошибка или оплошность становилась предвестником уменьшения количества занятий в течение всей следующей недели, тогда как поощрением за правильные ответы становилась покупка подарков, совместная прогулка с мамой в парке или поездка в другие города.

То ли это был верный расчёт герцога, то ли просто врождённая особенность характера, но если в более младшем возрасте подобная похвала действительно ценилась ребёнком, то по мере взросления желание поразить окружающих и потребность в одобрении заметно снизились, а то и исчезли вовсе. Однако выработанная годами привычка усердно работать и быть лучшим - лучшим во всём - осталась, хоть и воспринималась как нечто само собой разумеющееся. Даже такое грандиозное и важное событие в жизни любого семилетнего ребёнка, как замер амулетом глубины внутреннего источника, удививший всех необычайно высокими показателями, был принят Зигфридом как должное.

Серьёзный от природы, сдержанный из-за воспитания, равнодушный к чужому мнению он завоёвывал мир и не замечал этого. Огромный потенциал в магии и умение работать на результат привлекли внимание лучших учителей в стране, предложивших один за другим свои услуги за бесценок. Ими руководило желание прославиться ещё больше и возможность в дальнейшем увековечить своё имя в истории.

Но пока они восхищались упорством и талантом ученика, сам ученик криво усмехался в ответ на подобные комплименты. Разве это талант? Да любой, отрабатывая часами движения и оттачивая приёмы, перечитывая снова и снова одни и те же книги в попытках запомнить всю информацию оттуда, будет казаться талантливым. Разве это недостижимая мечта? Нет, конечно. Рутина, не более.

Зато то, с какой страстью мама рассказывала об искусстве, занимало его куда больше. Не сказать, что упомянутые и показанные шедевры были сколько-нибудь ценны в глазах ребёнка, но его пленили её настоящие эмоции и восторг. Такие же мелочи, как имена различных мастеров, особенности творчества и всевозможные техники, влияющие на сроки выполнения заказов, всего лишь неосознанно откладывались в цепкой, тренированной памяти.