Невеста для бастарда, или точно ведьма прокляла

История Зигфрида. Часть 10.

- Зигфрид, - выдохнул тот, замерев от изумления.

- Вне всякого сомнения я.

- А вот я надеялся, что обознался. Эх... Ммм... Хм... Да! Тебе точно стоит знать! Ведь я же так чудесно проводил время без тебя!

Дурачась и насмешничая, Чанган невольно напомнил Зигфриду о том времени, которое они прожили вместе, обучаясь во дворце. И надо заметить, что в их памяти эти деньки, несмотря на все сложности общения с пятью раскомандовавшимися ретивыми ящерицами (одна из которых по какому-то стечению обстоятельств именовалась императором), отличались счастливой детской беззаботностью: куда ни пойдёшь, что ни сделаешь - всё будет славно.

За шалости конечно наказывали, но терпимо. И, в целом, это сильно отличалось от той жизни, что каждый из них вёл вне стен школы.

Чанган продолжил:

- Но о тебе я помнил. Всегда! Носил твою фотографию у самого сердца.

Зигфрид недоумённо приподнял бровь, не веря ни единому слову. Сентиментальностью его друг вот ни разу не отличался.

- М?

- Понимаешь, каждый раз, сталкиваясь с трудностями, доставал я эту фотографию и смотрел... Смотрел и понимал, что если я смог ужиться в одной комнате с этим психопатом и занудой, то любые проблемы мне по плечу.

Зигфрид не стал долго думать над ответом. Он не без злорадности и с абсолютной проникновенностью напел отрывок любимой песни Дракона Юга, которую тот имел обыкновение намурлыкивать себе под нос, находясь в прекрасном настроении накануне особо жёсткого тренировочного спарринга с учениками:

- "... пора из чьих-то жоп приготовить омлет", - и дескать обещанием того, что он, Зигфрид, собирается лично сделать с самим Чанганом, если тот продолжит в том же духе.

Это был весомый повод замолчать. В отличие от друга, Чангану тогда приходилось куда сложнее, но сейчас он не был намерен сдавать позиции.

- Ха, - гордо ответил он, вскидывая подбородок. Он что. Он кремень. Даже бровью на повёл на угрозы. Возможно реальные. Поди пойми, когда Зигфрид был склонен шутить, а когда нет. Но, чтобы не было ошибки, шаг назад предусмотрительно сделал. В конце концов, приноравливаться к обстоятельствам Чанган умел в той же степени, что и выводить других из себя.

Впрочем, даже случись конфликт, это никак бы не повлияло на степень их доверия друг другу. Уж если прошибло на суровую мужскую дружбу, то практически ничто и никогда не могло бы разрушить эти крепкие узы.

____

Концепция персонажа. Чанган. Художник Nikittysan.

Надпись на плакате: "Разыскивается. Живым или мёртвым".

____

Несмотря на кажущуюся беспечность разговора, ум Зигфрида был невероятно деятелен - он, кажется, не пропускал ни одного прохожего, не осмотрев его; оценивалась не столько внешность, сколько походка, осанка и повадки, которые было бы куда сложнее изменить, чем облик.

- А подскажи, мой милейший друг, какими судьбами занесло тебя сюда? - уточнил он будто бы между делом, лениво вглядываясь в лица прохожих, хотя в действительности контролируя малейшие проявления тревожности у Чангана.

- По работе! - выпалил "милейший" практически без запинки.

Зигфрид был давно и безоговорочно влюблён в эти невинные попытки окружающих надурить его, ведь куда более искренний ответ скрывался за мелькнувшим на мгновение замешательством. И что касалось конкретно этого, хорошо знакомого, плутовато-пристыженного выражения на лице друга, то оно ни много ни мало, а свидетельствовало о том, что этот делец опять во что-то ввязался.

Строго говоря, Зигфрид вообще не понимал, как с такой тягой к различным афёрам Чанган смог дожить до этого дня, и чем собственно руководствовались драконы, когда намеренно не замечали какие-то его делишки.

Хотя тут он скорее всего всё же темнил. Предположение у него всё же имелось. Одно. Возможно даже правильное. Насколько правильное - должно было показать время.

Сейчас же ему хотелось выяснить, что привело Чангана в этот район. И если тот отказывался говорить сам... что ж, почётной обязанностью его, как человека близкого, было бы поддержать эту безусловную игру и заставить этого пройдоху говорить. Не осознавая всего, он мог оказаться тем самым недостающим звеном, которое позволило бы понять действия незнакомца.

Уж что-что, а упускать возможность узнать, в чём именно случайные совпадения не случайны, Зигфрид не собирался. И он, и Чанган, и Феррис были во что-то втянуты, и следовало понять, как не натворить глупостей.

Он обвёл тяжёлым взглядом одноклассника, от чего тот невольно поёжился, и мысленно прикинул, как могла пройти его встреча с тем незнакомцем, а также маштаб и продуманность его замысла. Вслух сказал другое:

- Работа? Из тех, что ты всегда называл "не ради прибыли, а ради искусства"?

- Ну, что ты! Разве я выгляжу довольным жизнью? Если тебе по какой-то причине так кажется, то рассмотри повнимательнее цвет моей кожи, - с удовольствием произнёс он, тыкая пальцем в тёмные с синеватым оттенком круги под глазами от нездоровья или усталости.