Невеста для дракона: Контракт на свободу

Глава 15: Тень прошлого

Кайрен спал глубоким, целебным сном. Лихорадка отступила, дыхание стало ровным, цвет лица постепенно возвращался к нормальному. Лекарь заходил дважды за ночь, осматривал рану и удовлетворенно кивал.

— Худшее позади, миледи, — сказал он Марии на рассвете. — Теперь ему просто нужен отдых и хорошее питание. Через несколько дней он сможет вставать.

Мария кивнула, чувствуя, как огромный груз спадает с плеч. Он выживет. Действительно выживет.

Она осталась у его постели, хотя Элара несколько раз пыталась уговорить её уйти отдохнуть в свои покои.

— Я в порядке, — каждый раз отвечала Мария. — Просто посижу ещё немного.

Правда была в том, что она не могла уйти. Не хотела упускать момент, когда он проснётся. Хотела быть рядом, видеть его первую улыбку, слышать его голос.

Странно, как быстро всё изменилось. Ещё месяц назад она считала дни до возможного побега. А теперь не представляла жизни без этого человека.

Рассвет осветил комнату мягким золотистым светом. Мария встала, размяла затёкшие ноги, подошла к окну. Снаружи замок просыпался — слышались голоса слуг, звон металла из кузницы, крики драконов, взмывающих в небо для утренних дозоров.

Обычная жизнь продолжалась, несмотря на то, что их мир чуть не рухнул два дня назад.

Мария вернулась к кровати. Кайрен всё ещё спал, лицо расслабленное, почти мирное. Но она помнила, каким оно было в бреду — искажённым болью, страхом, горем.

Его слова эхом отдавались в памяти.

"Мать... не уходи..."

"Они убили её... я не смог защитить..."

"Предательство... везде предательство..."

Мария знала общую историю — Элара и другие слуги упоминали, что мать Кайрена погибла, когда он был молод. Трагическая случайность, говорили они. Упала с утёса.

Но из его бреда становилось ясно: это было не случайностью. Это было убийством.

И он всю жизнь жил с этим знанием, с этой болью.

Мария посмотрела на комнату — большую, строгую, почти аскетичную. Мало личных вещей. Стол с картами и документами. Книжные полки. Оружие на стенах. Ничего, что говорило бы о человеке, живущем здесь.

Словно Кайрен намеренно стирал себя из этого пространства, оставляя только функцию — лорд, правитель, воин.

Но где-то здесь должны быть следы настоящего Кайрена. Того, кто скучает по матери. Кто любил, страдал, мечтал.

Её взгляд скользнул по комнате и остановился на камине.

Массивная каменная конструкция у дальней стены. Сейчас огонь почти погас, остались только тлеющие угли. Но что-то в камине привлекло её внимание.

Одна из каменных плит слева от очага выглядела... иначе. Чуть темнее остальных, со странным узором, который при ближайшем рассмотрении оказался не просто декоративным, а напоминающим замок.

Мария огляделась. Кайрен спал. В комнате никого.

Она знала, что не должна. Это вторжение в личное пространство, в тайны, которые он хранил. Но любопытство жгло, и желание понять его — понять по-настоящему — было сильнее любых моральных сомнений.

Она подошла к камину, присела на корточки перед подозрительной плитой. Провела пальцами по узору, нащупывая механизм.

Нажала на выступающий камень.

Щелчок. Плита подалась внутрь, потом отъехала в сторону, открывая узкий проход.

Мария замерла, глядя в темноту. Оттуда тянуло прохладой и запахом старых вещей.

Она бросила взгляд на Кайрена — он не шевелился.

Решение пришло мгновенно. Она должна знать. Должна понять, что сформировало его, что сделало таким, какой он есть.

Мария взяла свечу с прикроватного столика и шагнула в проход.

За плитой оказалась узкая лестница, ведущая вниз. Ступени были древние, каменные, кое-где потрескавшиеся. Мария спускалась осторожно, придерживаясь за стену, свеча освещала путь тусклым светом.

Лестница привела в маленькую комнату — не больше чулана, но удивительно уютную.

Мария подняла свечу, осматриваясь, и сердце сжалось.

Это был настоящий храм памяти.

Стены были увешаны портретами. Все — одна и та же женщина в разных возрастах, в разных одеждах, в разных позах.

Молодая, смеющаяся, с развевающимися тёмными волосами.

Более зрелая, серьёзная, держащая младенца на руках.

Старше, с едва заметной сединой в волосах, но с такими же живыми, умными глазами.

Глазами золотыми — как у Кайрена.

Его мать. Это была она.

Мария медленно двигалась вдоль стен, рассматривая портреты. Видела в чертах лица сходство с Кайреном — те же высокие скулы, тот же упрямый подбородок, те же выразительные брови.

Но улыбка была другой — тёплой, открытой. Такой Кайрен улыбался редко.

В дальнем углу стоял маленький алтарь. На нём — свечи (давно не зажигавшиеся, покрытые пылью), небольшая статуэтка дракона, несколько личных вещей. Гребень для волос с инкрустацией. Кольцо с камнем цвета крови. Высохший цветок под стеклом.

И книга.

Мария подошла ближе. Книга была обтянута тёмной кожей, без надписей на обложке. Она взяла её, осторожно открыла.

Дневник.

Первая страница: "Дневник Алеры из Дома Каменного Крыла, супруги лорда Торина, матери Кайрена".

Элегантный почерк, чёткий и решительный.

Мария знала, что не должна читать. Это самое личное, что может быть. Но руки словно сами перелистывали страницы.

Большинство записей были обычными — заметки о погоде, о заседаниях совета, о воспитании сына. Но некоторые...

Мария остановилась на одной из поздних записей, датированной примерно за месяц до смерти Алеры.

"Сегодня снова спорила с Императором. Он не понимает — или не хочет понимать — что текущая система обречена. Мы не можем вечно держать людей в подчинении, отказывая им в базовых правах. Рано или поздно это приведёт к восстанию, к кровопролитию.

Я предложила план реформ. Постепенных, осторожных. Дать людям право на образование. Позволить им участвовать в местных советах. Убрать самые жестокие законы.

Император отказал. Сказал, что я 'размягчилась' и 'забыла о чести своей крови'. Назвал меня предательницей традиций.