Невеста для генерального

Глава 2. Босс всё решил

Следующее утро, холдинг «Империал»

Максим

Я сижу на черном кожаном диване, передо мной на столе в чашке дымится черный кофе.

Тишину моего кабинета нарушает разве что метроном, который стоит чуть дальше, отмеривая свой четкий ритм, и редкие покашливания лысого полноватого режиссера и его белобрысого помощника.

Они сидят в креслах напротив и явно мнутся. Им претит, что заказчик ставит свои условия их творческим натурам, но я готов сотрудничать только так.

Дверь в мой кабинет открывается, и мимо нас спешно пробегает мой секретарь, расставляя на столе бутылки с водой и стаканы.

Когда за ней закрывается дверь, режиссер вкрадчиво интересуется:

— Вы уверены, что хотите свою модель, Максим Романович? Мы готовы быстро отснять материал, и у нас есть хорошие девочки, с которыми давно налажена работа.

Я приподнимаю бровь. Можно подумать, я не им последние десять минут объяснял свою позицию в этом вопросе, а просто воздух сотрясал.

— Может, посмотрите? — Режиссер уже на своей волне, не замечает моего настроя. — Петя, давай.

Он делает еле заметный жест рукой, и его помощник лезет в сумку, что стоит рядом.

— Не нужно, Владимир Игнатович, — холодно его прерываю.

Что ж, я пытался объяснить вежливо, пойдем другим путем:

— Мне уже отсняли, и такое дерьмо вышло… И знаете почему?

— Почему? — синхронно интересуются собеседники, переглядываясь.

— Мне и в прошлый раз режиссер говорил, что сам выберет модель. Я ему доверился, знающий человек как-никак. Профессионал. В итоге он снял такую рекламу, что она у меня провалилась по всем рейтингам. А я ведь изначально говорил, что модель не подходит. Да, красивая, но у нее взгляд такой… ледяной, улыбка как приклеенная.

В памяти сама собой всплывает та модель, которую я выбрал вчера. И ее глаза: огромные, яркие. Мимика — живая, настоящая. Приятное лицо. Естественная красота. Да, то что нужно для рекламы. Интересно, как ее зовут? Надо узнать.

Только тут понимаю, что молчу уже с полминуты. Собеседники терпеливо ждут.

— И манеры у той модели, которую выбрал прошлый режиссер, какие-то… не те, что надо, — продолжаю я. — Вместо милой хозяйки дома я увидел стерву. Но он настоял, мол, доверьтесь мне, Максим Романович.

— Возможно, режиссер был не очень опытный? — подает голос Владимир Игнатович.

— Я бы не стал сотрудничать с таким, — хмыкаю я. — За его спиной ВГИК, тысячи отснятых материалов, он даже с Фондарчуком работал. Пообещал мне шикарный ролик. Сказал, покажут мне результат до запуска на телевидении, и если меня что-то не устроит, переснимут за свой счет. В итоге в кадре девочка, и правда, смотрелась лучше, чем вживую и на фото. Хотя я все равно продолжал считать, что она — не лучший выбор. Однако режиссер снова пообещал, что все будет на высшем уровне. Рекламу запустили на ТВ, на несколько центральных каналов, крутили пару недель. Спустили на это полмиллиона долларов, чтоб вы понимали. Сами знаете, какие там расценки, тем более за минутный ролик. Знаете, что я получил по итогу?

Владимир Игнатович и Петр снова переглядываются.

— Что?

— Кучу отзывов под роликом, который продублировали на Ютюбе. О том, что девушка уродка, у нее не улыбка, а гримаса. Мол, сразу видно, что ничего тяжелее кошелька в жизни не держала, что уж говорить о технике. Стерва, короче говоря. И вообще, наша марка — говно.

— Максим Романович, — прочищает горло режиссер, — а продажи выросли? Если да, то какая разница, что там пишут в Ютюбе?

— Хороший вопрос, Владимир Игнатович. Разве я бы имел к ним какие-то претензии в случае роста продаж? Ну как так: узнаваемость бренда выросла, а продажи упали. Не просто упали, рухнули. А ведь я с самого начала говорил, что девочка не подходит! С этой компанией я естественно разберусь. Подам в суд, пусть возмещают недополученную прибыль. Вы же понимаете: это юристы с обеих сторон, сбор данных и их анализ. Это все еще нужно доказать. Но я докажу.

Вижу, Петру становится неуютно, он будто съеживается в своем кресле. Похоже, представляет себя на месте незадачливого режиссера.

— Однако мы здесь собрались не за этим. Сейчас мне в срочном порядке нужно исправлять ситуацию, снять нормальный ролик. Только теперь я сам выберу модель, без сопливых. Этот вопрос делегировать больше не намерен, потому что я все это разгребаю уже месяц. Не говоря уж о судах в будущем.

— Максим Романович, все-таки это не лучшая идея… У меня наметан глаз, я выберу вам лучшую модель.

Я хмурюсь и качаю головой, говорю с нажимом:

— Я бы хотел, чтобы вы меня услышали в этом вопросе. Вы там лично дальше уже сами, по техзаданию. Я в это не лезу, но выбор девочки оставьте мне. — Повышаю голос: — Потому что я больше не намерен терять деньги! Не надо мне всех этих кастингов, сборов. Я помню, сколько на это уходит денег. Лучше сам ткну пальцем в модель, которая меня устроит, и скажу: вот эта. Точнее, я это уже сделал. И вот теперь вопрос.

— Какой?

— Вы готовы сотрудничать на этих условиях? С моделью от меня? В конце концов, разве вы не профессионалы? Сделайте так, чтобы все получилось, иначе...