Невеста для хвостатого или как удачно найти истинного

Глава 9

Оказавшись в большой и уютной гостиной, где царила почти звенящая тишина, нарушаемая лишь тихим, едва слышным потрескиванием огня в камине, я резко обернулась на братьев. Этот звук, обычно успокаивающий, сейчас лишь подчеркивал неестественную пустоту, создавая мнимое присутствие кого-то, кто только что здесь был, но внезапно исчез. Их лица были весьма удивлёнными, а в глазах читалось такое же недоумение, как и у меня, смешанное с нарастающей тревогой.

– Что мы тут делаем? – шепотом спросила я, чувствуя, как внутри всё сжимается от необъяснимой тревоги. Я не понимала, почему мы вдруг оказались в этом странном месте, словно перенеслись сюда по чьей-то прихоти.

С виду всё казалось нормальным, даже идиллическим: мягкий свет, льющийся из высоких окон, занавешенных кружевными шторами, уютное кресло-качалка около камина, над которым висело зеркало в тяжёлой золочёной раме. Казалось, кто-то только что сидел в этом кресле и читал книгу, а на столике рядом стояла недопитая чашка с остывшим чаем, от которого ещё поднимался лёгкий пар. Но сейчас тут никого не было, словно в этом доме внезапно все вымерли, оставив после себя лишь призраки былого уюта и таинственной тишины. У меня было плохое предчувствие, ощущение липкого страха, которое ползло по коже, как ядовитый плющ, заставляя сердце биться чаще.

– Не знаю! – задумчиво протянул Луан, его взгляд был внимательным и оценивающим, скользящим по деталям интерьера. Он медленно двинулся по комнате, рассматривая нетронутые вещи, словно пытаясь найти хоть какой-то намёк на происходящее, на то, как мы сюда попали и почему здесь так странно пусто. Он ходил по комнате бесшумно, как тень, ничего не трогая, но пристально рассматривая каждую деталь: узор на обоях, положение предметов на полках, даже пылинки, танцующие в лучах света, пробивающихся сквозь шторы.

Дариан медленно и неслышно подошёл ко мне, его движения были плавными и осторожными, как у хищника, подкрадывающегося к добыче. Спиной я начала ощущать жар его тела, хотя мы стояли на небольшом расстоянии друг от друга. Я с опаской подняла глаза на Дариана, мои опасения по поводу него вдруг ушли на задний план, затмеваясь новым, более ощутимым чувством угрозы, исходящей не от него и даже не от Луана, а от самой атмосферы этого дома. Что-то здесь было не так, и это "что-то" нарастало с каждой секундой, давя на меня, как тяжёлый груз.

Дверь, до этого казавшаяся неприметной частью стены, сливающейся с обоями, резко распахнулась, словно её открыл невидимый слуга, повинуясь чьему-то незримому приказу. Дариан, молниеносно среагировав, стремительно обошёл меня и закрыл собой, выставляя свою высокую, сильную фигуру в качестве щита, ограждая от возможной опасности, которая могла таиться за дверным проёмом. На пороге стояла пожилая женщина в длинном кремовом платье из побледневшего шелка, серебристые волосы были убраны в тугой гульке на затылке, а спина была сутулой от прожитых лет. Она опиралась на трость из черного дерева с серебряным набалдашником в виде волчьей головы. Заметив нас, она остановилась, вглядываясь и сощурив глаза, пытаясь рассмотреть незваных гостей, пробиваясь взглядом сквозь полумрак гостиной. Её взгляд был острым, пронзительным, словно мог видеть меня насквозь.

– Кто вы? – спросила старушка, её голос был скрипучим и хриплым, как старая дверь, требующая смазки. – Что забыли в моём доме? Как вы сюда попали? Незваные гости здесь не приветствуются.

Дариан впился взглядом в брата, передавая безмолвный приказ, требуя немедленной реакции. Луан нахмурился, оценивая ситуацию, и всё же решил взять инициативу на себя, начать разговор со старушкой, стараясь сохранять спокойствие, вежливость и контроль над ситуацией, хотя внутри всё сжималось от предчувствия беды.

– Мы ищем леди Шериз, – мягко произнес Луан, стараясь смягчить напряженность ситуации спокойным, бархатистым голосом. Он говорил медленно, четко, словно успокаивая напуганного зверя, показывая, что мы не представляем угрозы.

Лицо старушки, и без того изрезанное морщинами, вытянулось, а её и без того маленькие, тусклые глаза расширились от удивления. Она заморгала, словно пытаясь понять, правильно ли расслышала и не играет ли больное воображение с ней.

– Зачем вы ищете меня? – спросила она. Ее голос дрожал, выдавая крайнее замешательство и страх. В нем слышалась мольба, словно она боялась услышать ответ.

Луан опешил, на секунду потеряв свою обычную уверенность, стиснув зубы, словно борясь с собственным неверием. Он медленно, но решительно подошел к пожилой женщине, сокращая расстояние между ними. Его взгляд был изучающим и пронзительным, сканирующим её, словно рентген. Она с опаской посмотрела на него, её движения стали скованными, замедленными, и она начала пятиться, спотыкаясь о подол платья, словно готовясь к бегству.

– Леди Шериз, двадцать пять лет! – процедил он сквозь зубы, каждое слово звучало как обвинение, как удар хлыста. – Вам, бабушка, явно под семьдесят, если не больше. Здесь что-то не сходится, и вы это знаете.

Старушка тяжело вздохнула и, шаркая ногами в стоптанных туфлях по длинноворсовому персидскому ковру, подошла к резному креслу-качалке, стоявшему у погасшего камина. Она села в него с облегчением, словно ноги отказывались держать ее дальше, а тело вдруг стало непомерно тяжелым. В ее глазах отразилась глубокая, вселенская грусть, словно она несла на своих плечах тяжесть всего мира, прожила не одну жизнь, полную боли и потерь.

– Все верно, по документам мне двадцать пять! – прошептала она. Ее голос был тихим и надломленным, словно хрустальная ваза, готовая разбиться от малейшего прикосновения.