Невеста для хвостатого или как удачно найти истинного

Глава 11

Я мало что замечала вокруг себя, погруженная в дремотное состояние, и лишь прохлада, просачивающаяся сквозь толстое плетение пледа, заставила меня осознать, что время близится к вечеру. Одеяло, тяжелое и мягкое, было накинуто на меня, его шершавая поверхность ласково обволакивала. В руках чувствовалось остаточное тепло от остывшего какао с молоком. В ноздри щекотал аромат напитка, смешанный со сладким молоком и едва уловимым запахом ванили. Я сидела на глубоком кожаном диване, чья обивка мягко прогибалась под весом, издавая тихий скрип.

Лорд-канцлер сидел за массивным столом, и я сквозь полузакрытые веки наблюдала за ним. Шелест пергамента, легкое поскрипывание пера, иногда глухой стук его пальцев по дереву — эти звуки заполняли тишину комнаты. Он внимательно рассматривал бумаги, его профиль был сосредоточенным и серьезным. Время от времени он что-то подписывал, резко опускал перо, хмурил густые брови, словно сталкиваясь со сложной задачей, и задумчиво чесал подбородок, покрытый легкой щетиной.

Я огляделась по сторонам, и туман в голове постепенно рассеялся, сменяясь легкой паникой. Я понятия не имела, где нахожусь, и это точно не была комната лорд-канцлера в академии. Здесь было гораздо уютнее, теплее, и пространство было в несколько раз больше. Я почувствовала легкий укол тревоги, смешанный с чистым любопытством. Это место дышало историей и тайной. Высокие резные двери, ведущие в другие помещения, казались порталами в неизведанное, а количество этажей, судя по высоким потолкам и величественной архитектуре, было явно больше двух-трех.

Комната, в которой я находилась, напоминала обширный кабинет или личную библиотеку. По полу, заглушая шаги, тянулся персидский ковер с густым ворсом и замысловатыми узорами в оттенках бургунди и золота; он казался настолько мягким, что ноги утопали в нем. Стол был сделан из черного дерева, отполированного до зеркального блеска, за ним сидел лорд-канцлер, а за его спиной располагалось большое арочное окно, почти от пола до потолка. Тяжелые бархатные шторы цвета запекшейся крови были лишь слегка приоткрыты, пропуская тонкую полоску сумеречного света. По правую руку от него, занимая всю стену до самого потолка, возвышался длинный стеллаж, заставленный сотнями, если не тысячами различных книг: ряды книг – от древних фолиантов в кожаных переплетах до свитков, перевязанных тонкими лентами – казалось, хранили в себе тысячелетия знаний и историй. Воздух здесь был насыщен запахом старой бумаги, сухих трав и чего-то еще неуловимого, тонкого, почти магического. А по левую сторону от стола, у противоположной стены, стоял изящный столик на тонких ножках, на котором покоилось множество баночек с различными травами, от мелких пучков до крупно нарубленных листьев, и, словно изящная скульптура, возвышался сервиз, сделанный из черного, почти матового стекла. Кристальные баночки, наполненные разноцветными порошками, сушеными цветами и корешками, выстроились как солдаты. Воздух вокруг столика был чуть плотнее, пропитанный травяными ароматами.

Я спустила ноги с дивана, и мягкая прохлада пола тут же обдала босые ступни. Ощущение было настолько приятным, что я невольно поежилась. Отставив чашку с остывшим какао на небольшой столик из резного дерева, стоявший у дивана, я поднялась. Каждый шаг по мягкому ковру ощущался как легкое прикосновение. Подойдя к окну, я увидела, как на глубоком темно-синем небе появились две серебристые луны — невероятное зрелище, от которого перехватило дыхание. Они висели в небе, как две огромные жемчужины, одна чуть больше и ярче, другая – нежнее и словно застенчивее, окрашивая все вокруг в мистический серебристо-голубой оттенок. Зачарованная, я не сразу заметила, что лорд-канцлер пристально за мной наблюдает, отложив свои бумаги.

В Каире раньше такого никогда не было! Мои глаза расширились от шока. Почему тогда сейчас появилась вторая луна? Это было невозможно, противоречило всему, что я знала о мире.

– Все проще, чем ты думаешь! – задумчиво, с легкой усмешкой, сказал лорд-канцлер, читая мои мысли.

Я резко обернулась и взглянула непонимающе на него, а потом безразлично, привычно бросила:

– Опять в голову лезете!

Лорд-канцлер отложил бумаги в сторону, его движения были медленными и грациозными, и поднялся из-за стола. Он не спеша приблизился ко мне, его шаги были почти бесшумными по мягкому ковру. Между нами оставался всего один шаг, и я невольно подалась назад, но затем снова обернулась к окну, не в силах оторваться от зрелища двух лун. Даже на таком расстоянии я чувствовала жар его тела – мощный, обволакивающий, словно сама атмосфера вокруг него разогрелась, и мои босые ноги, еще мгновение назад ощущавшие прохладу, перестали мерзнуть, окутанные этим необыкновенным теплом.

– Сотни тысяч лет назад жили две сестры, по характеру они отличались друг от друга, но были дружны. Осенью в их края приехал красивый юноша, его звали Клим. Две сестры видели в нем взрослого и состоятельного мужчину. Старшая сестра заявила всем, что она завоюет сердце Клима, и они будут вместе. Она была натурой пылкой и страстной, не знающей отказа. Считала, что то, что она желает, должно принадлежать ей по праву. Ее имя было Селена, – начал он, его глубокий голос обволакивал, словно теплое покрывало, и я чувствовала, как постепенно погружаюсь в его рассказ, забывая о своих вопросах, о прохладе и даже о времени.

Я, не отрываясь, смотрела то на его лицо, то на две серебристые луны за окном, словно пытаясь найти в них отголоски этой древней истории.

– Младшая же, чье имя было Адель, была тиха и застенчива. Она любила Клима не меньше, но молча, наблюдая издали за ним, боясь даже намекнуть на свои чувства. Ее сердце было полно нежности и трепета, но гордость старшей сестры подавляла ее.