Невеста для Лорда Тьмы, или Мой муж — ворчун

ГЛАВА 7

Следующее утро в Серебряном Дозоре началось с гула тревоги. Не с колокола или рога, а с низкого, настойчивого гула, исходившего, казалось, от самих камней. Он вибрировал в костях и заставляла сжиматься желудок. Я проснулась от этого звука, и первым моим ощущением был ледяной комок страха где-то под сердцем.

Элоди уже металась по комнате, ее лицо было белым как мел.
— Госпожа, одевайтесь! Они идут! Стены!

Я сорвалась с кровати, натягивая платье и плащ. Руки дрожали, но разум, странным образом, прояснился. Внезапно все мои страхи и сомнения отступили, уступив место странному, почти неестественному спокойствию. Может, это была последняя капля адреналина. А может, та самая надежда, о которой я говорила Каэлану, начала свою опасную работу.

Я выбежала в коридор и почти столкнулась с Гарольдом. Его лицо было напряженным, но уже без следов вчерашнего презрения. Теперь он смотрел на меня как на часть ландшафта, которую нужно защищать наравне с другими.
— Леди, вам следует оставаться в покоях. Это безопаснее.

— Безопаснее для кого? — парировала я, пробираясь мимо него к лестнице. — Если стены падут, никакая комната меня не спасет. Я хочу видеть.

Он не стал спорить. Возможно, у него не было на это времени. Мы поднялись на узкую, крутую лестницу, ведущую на стену.

Вид, открывшийся мне, заставил кровь стынуть в жилах.

Туман за стеной больше не был неподвижным. Он клубился, бурлил, как черная смола, и из него выползали те самые искажения, что напали на нас в горах. Но сейчас их были не пять, и не десять. Их были десятки, если не сотни. Сплошная, ползущая стена тьмы, шепчущая, скрежещущая, испускающая леденящий душу холод. Воздух наполнился запахом озона, гнили и страха.

Солдаты на стенах стояли молча, с белыми от ужаса лицами, но их руки крепко сжимали луки и копья. Они знали, что бегству нет места.

И в центре этого ада, на самой высокой точке стены, стоял он.

Лорд Каэлан. Он был без доспехов, лишь в простом черном дублете, и его левое плечо было туго перевязано. Он казался хрупким по сравнению с надвигающимся морем тьмы. Но его осанка, его непоколебимость излучали такую мощь, что затмевали собою всю армаду.

Он поднял руки, и тени вокруг него сгустились, закрутились вихрем. Они не были враждебными. Они были его продолжением. Гигантские щупальца из мрака взметнулись со стен, обрушиваясь на передовые ряды тварей. Те с визгом рассыпались, но на их место тут же наползали новые. Это была битва на истощение. Бесконечная волна против бездонного резервуара силы.

Я стояла, вцепившись в зубцы стены, не в силах отвести взгляд. Это было одновременно ужасающе и прекрасно. Он был как дирижер, управляющий симфонией разрушения, а весь мир вокруг был его оркестром.

Одна из тварей, похожая на гигантского паука, сотканного из жидкой ночи, сумела избежать щупалец и с невероятной скоростью взобралась на стену прямо в паре десятков ярдов от меня. Солдаты вокруг в панике отпрянули. Существо поднялось на задние лапы, и из его груди вырвался сгусток сконцентрированной тьмы, готовый смести все на своем пути.

Я закричала. Не от страха за себя. А от ужаса, что оно может прорвать оборону, отбросить солдат, создать брешь.

И в этот момент Каэлан повернулся. Его взгляд встретился с моим на долю секунды. В его глазах я не увидела ни страха, ни гнева. Лишь холодную ярость, направленную на угрозу. Он щелкнул пальцами.

Тень под ногами чудовища ожила и, словно смола, обволокла его, затягивая вглубь. Тварь издала пронзительный, неземной визг и исчезла, оставив после себя лишь черное, дымящееся пятно на камне.

Но этот отвлекающий маневр стоил ему дорого. На мгновение его концентрация дрогнула. Щупальца на другом участке стены ослабли, и несколько тварей сумели вскарабкаться наверх. Завязалась рукопашная схватка. Слышны были крики, звон стали, тот самый ужасный звук, когда сталь встречается с не-плотью.

Каэлан, стиснув зубы, вернул контроль, сбросив новых нападающих вниз. Но я видела, как он пошатнулся. Его рана давала о себе знать. Черные прожилки на его шее, видные из-под ворота рубашки, стали заметнее.

Гарольд, сражавшийся рядом со своими людьми, крикнул ему:

— Милорд! Вам нужно отступить! Вы теряете силу!

— Молчи! — прорычал в ответ Каэлан, и его голос прокатился по стене, заставляя камни вибрировать. — Я не отступлю!

Но я видела. Видела, как его лицо покрывается мертвенной бледностью, как тени вокруг него становятся менее плотными, более прозрачными. Он держался на одной силе воли.

И тут до меня дошло. Он не просто сражался с тварями. Он сражался с самой Тенью. С той самой силой, что давала ему могущество. И теперь эта сила пожирала его изнутри, пользуясь его раной.

Мысль пришла внезапно, интуитивно, как щелчок. Он черпал силу из Тьмы. Но что, если ему нужен был другой источник? Не источник силы, а… якорь. Точка опоры в этом хаосе.

Я не помню, как побежала. Я просто рванула с места, сбежала по лестнице, пронеслась по внутреннему двору, игнорируя крики Гарольда. Я ворвалась на кухню командного пункта. Она была пуста – все были на стенах. На столе лежали остатки вчерашних припасов.

Мука. Вода. Соль. Чудом найденный кусок сливочного масла и немного сушеных ягод, которые я заметила ранее. Мне не нужна была сложность. Мне нужна была простота. Самая основа.