Невеста для Магната

Глава 35. Дмитрий Игоревич

Может Максон прав, и пора жениться? Уехать куда-нибудь в пригород, купить дом, родить троих детей, завести собаку. Все настолько банально, аж в горле пересохло.

Через год, как появился притон, я понял, что не хочу семью. Мне нравится, когда женщины вокруг вьются, "заглядывают в рот", готовы почти на все, ради внимания и покровительства. Но с ними хорошо провести ночь, съездить в отпуск, но постоянное заискивание надоедает, начинаешь понимать, что внимание не к тебе, а к статусу, кошельку, банковскому счету.

А Юлька меня удивила. А смска ее поставила в какое-то неловкое положение. Если человек просит, чтобы ее не отдавали, не выводили, я же не Карабас Барабас и не рабовладелец, чтобы вот так распоряжаться чьей-то жизнью.

Хотя... конечно, я вру. И вру сам себе. Своих прошлых несовсем девушек, я отдавал в сопровождение, не то, чтобы давил на них, умело манипулировал. Я здесь стыдно, Юлька какая-то неловкая, какая-то беззащитная, прям цветочек.

У меня есть человек, который всегда откроет глаза, даст пендель - Анька, мой верный пират, она же младшая сестра.

- Нюрк, а приедь в притон, мне надо и к смотринам подготовиться, и на одну девочку глянуть.

- О, брат, новую кралю заимел. Хорошо ноги раздвигает? Через час после знакомства дала? - да, с Анькой мы не обсуждаем семейные праздники или какие-то милости.

- А прикинь, не дала.

- Дура или цену себе набивает?

- А приедь, глянь со стороны, может у меня глаз замыливается.

Кроме родственных связей нас объединяет притон.

Я влез в этот бизнес, чтобы Нюрка, как я ее по-братски зову, не влезла в большее дерьмо, типа трассы и обслуживания дальнобоев. А тут и сестра развлекается, и все равно создается иллюзия контроля и присмотра. Анька не эксперт в сердечных делах, но как она говорит, рыбак рыбака.

Вечером сестра уже была у меня. Она не умеет приезжать тихо, нужно, чтобы фанфары, зрители, красная дорожка, и у нее самое красивое платье.

Откровенное платье, смех, больше похожий на ржач - спектакль для всего притона.

- Дим, а личное дело на нее есть, дай глянуть.

- Там ничего интересного. Бывший муж с огромными долгами по казино, щедро делится ими с женой, она училка с копеечной зарплатой. Родители приличные, но чуть инфантильные и доверчивые. В плохих компаниях не замечена, водительских прав нет. Скукотища.

- Может она мужа любит?

- Да фиг его знает. От нее идет какой-то флер заинтересованности. Самому мне в этом копаться не хочется. Тут два варианта. Если она честна со мной, то попробуем подружиться, если врет и все таки ее дурацкая наивность наиграна, то отправлю в сопровождение.

- Гляди какой ты жестокий, - Нюрка любит меня троллить.

В Аньке есть одно обезоруживающее качество, она никогда не врет. Какая бы не была правда, даже если после нее хочется долго мыться в душе. Назначаю сестру помощницей по смотринам, а дальше она сама разберется.

- Дим, ну не знаю, чего ты там себе придумал, но Юлька отличная, забитая немного, но мне кажется, ее можно чуть оживить. Но в сопровождение ее нельзя. - Нюрка ворвалась в кабинет с новостями, после знакомства с Юлькой. Даже кофе не могу нормально и спокойно попить, пока сестра рядом.

- Почему нельзя? Спроса не будет? - приподнимаю вопросительно бровь.

- Ты охренел, - Анька делает вид, что злиться. - Или ослеп? За ней очередь выстроится. Легкая, наивная, всему удивляется, главное, не тупая. Хотя образ у нее недалекой и бесхребетной. Я на ее постель залезла, и кофе даже из ее чашки отхлебнула. Она глазами блымает, видно, что стрессует, но обходительна. И конечно, от меня она в шоке.

- А по мероприятию что?

- Обсудили, но тебе не понравится. Мы придумали бурлеск.

- Мы?

- Я. Аленушка, то есть Юленька твоя может только свадебные конкурсы конце девяностых пересказывать. Девушки должны приготовить салат или представить рукоделие, - меняет нарочито голос. - Рукоблудие, блин, И конкурс на самые широко распахнутые ноги, а не вот это все, нафталином пропахшее.

- Никакого бурлеска, салатов, и вот распахнутых ног. Тебя склероз одолел, ты не помнишь, какие презентации самые эффектные.

Анька злиться, выходит из кабинета, говорит на повышенных тонах. Все ее “показательные выступления” я знаю наизусть. И, конечно, ее план сработал. “Птичка в клетке”. Юля вышла отмазывать подругу, играть в спасателя.

Две курицы, не хрена не понимают в бизнесе, но обе строят из себя великих организаторов. И с Анькиной стороны - это тоже часть шоу. Систер как всегда великолепна.

Она умело лавирует между вопросами, но я вижу, что она уже потеряла интерес к происходящему. Сейчас Анька уйдет, и мы останемся с Юлей вдвоем.

И вот она в моей власти. Но мне не хочется подчинения, принуждения. Присаживаюсь к ней, кажется, она дрожит, в глаза смотрит, смущается. Ее кожа пахнет цветком апельсина и ванилью, аромат нежный, едва уловимый.

- Я боюсь, привыкнуть к тебе, а потом быть выброшенной на сушу рыбой. Ты мое море, - ее слышно говорит.

Хочу телесного контакта, но сейчас это не про секс. Танец, я кстати, отлично двигаюсь, а Юлька снова превращается в деревянную куклу.

- У меня нет слуха, и ритм не чувствую - понимаю, что все это защита, чтобы потом не было больно.

Обнимаю за талию, ее сердце трепыхается, как у воробушка. Моя хорошая, я никому не дам тебя обидеть.

Еще утром я заказал столик в отличном ресторане. Приватное место. Знал, чтобы не случилось, даже если Нюрка ее раскусит, ужинать все равно будем здесь. По моим сведениям, она никогда не была в приличном месте, только в столовке на работе. Это нужно исправить.

А вообще она слишком много говорит, оправдывается, как будто извиняется, что нарушила мое информационное поле. Сложно ей видимо было в жизни.

Анька наследила и в ее комнате, початая бутылка вина, хороший ход, она для меня ее оставила - как надпись на заборе “Здесь была Аня”, нужно их убрать.