Невеста для Тени

Глава 2

Она ответила. Простой, почти безразличный клик в бескрайней цифровой пустыне, и триста лет ожидания, три столетия терпеливого, мучительного наблюдения наконец подошли к своей кульминации. Я ждал этого момента, этого слабого сигнала, который мог либо возродить нас, либо окончательно похоронить. Все это время я наблюдал за ее родом, смотрел, как сменяются поколения: ее прабабки, бабки, мать - все они были обычными, земными, в их жилах текла лишь слабая, разбавленная тень той силы, что я искал. Ни одна искра магии не вспыхнула в них, ни одна не сумела разжечь пламя. Пока не появилась она. Алиса.

Я стоял в самом сердце Блэквуда, в Круге Забвения, где в саркофагах из застывшего света вечным, безмятежным сном покоились последние из моего народа. Их физические формы были сохранены, нетленны, но души, их сияющие сущности, давно ушли, рассеялись в эфире, оставив после себя лишь бледные тени. Все, кроме немногих, подобных мне, застрявших в промежуточном состоянии, в Тени, не живыми и не мертвыми, но существующими.

- Она едет, - прошептал я, и мой голос, лишенный привычных для уха колебаний воздуха, лишь слабым эхом отозвался в камнях, обращаясь к безмолвным спящим фигурам. - Может быть, на этот раз… может быть, на этот раз все получится.

Тени в дальнем углу зала, всегда подвижные и тревожные, зашевелились с новой силой. Элриан, один из тех немногих, кому, как и мне, удалось сохранить клочки рассудка за эти долгие века, принял более четкие, но все еще смутные очертания.

- Ты уверен в своем выборе, Ариман? Она… кажется такой хрупкой. Слишком хрупкой, обычной...

- В ее жилах течет кровь Лианы, - ответил я, и это имя, как всегда, обожгло меня изнутри холодным пеплом памяти. - Этого должно хватить. Искра там есть, я чувствую ее.

- Чтобы сделать с ней то же, что случилось с Лианой? - голос Элриана прозвучал горько и устало, ведь он был свидетелем той давней катастрофы. - Чтобы повторить ту жертву?

Я не нашел, что ответить. Правда была тяжелым камнем на моей призрачной груди. Я повернулся и вышел из зала, моя собственная теневая форма, не имеющая постоянных очертаний, скользила за мной по древнему, отполированному временем камню пола. Я существовал в этом подвешенном состоянии так долго, что полностью забыл, каково это - обладать настоящей, плотской оболочкой, чувствовать тепло солнечного луча на коже, холод ночного ветра, острую боль потери или прикосновения. Я питался скудной энергией самого Блэквуда, его древней памятью, силой, что таилась в его камнях, и иногда - случайными, яркими воспоминаниями, застрявшими в этих стенах, как песчинки в раковине. Этого едва хватало, чтобы поддерживать мое существование, но не чтобы жить.

Я прошел в библиотеку, бесконечные стеллажи которой уходили ввысь, в темноту, теряясь из виду. Там, среди фолиантов, написанных на давно забытых языках, миссис Гловер, неспешно и методично, расставляла по полкам книги. Она ухаживала за Блэквудом дольше, чем кто-либо другой. Была ли она человеком? Нет, не была. Но она была верна ему, пока я ждал.

- Она едет, - сказал я, и мои слова растворились в густом, пыльном воздухе.

- Я знаю, - она не обернулась, продолжая свою работу. - Дом уже чувствует ее приближение. Стены… они ждут. Тихо, едва слышно, поют. Я это слышу. Они не делали этого со времен Лианы.

- Надеюсь, она станет для нас решением, а не очередной прекрасной и обреченной жертвой в этой бесконечной череде, - признался я, и в моем голосе прозвучала непривычная уязвимость.

- Надежда - опасная и коварная штука, Ариман, - она на мгновение остановилась и посмотрела куда-то вглубь полок. - Особенно для таких, как мы, чьи жизни измеряются веками, а не годами. Она обжигает больнее, чем отчаяние.

Я вышел в длинный, мрачный коридор и остановился у высокого арочного окна, глядя на вечный, непроницаемый туман, что, как страж, окутывал поместье, скрывая его от посторонних глаз. Завтра все изменится. Пути назад уже не будет. И в глубине того, что когда-то было моей душой, теплилась та самая опасная надежда.