Невеста для Тени

Глава 22

Мы вошли в Храм Творения. Воздух здесь был густым и неподвижным, словно само время застыло в ожидании. Пахло остывшим пеплом и чем-то еще — сладковатым и тяжелым, как запах увядающих цветов. Стены храма, некогда покрытые сияющими фресками, теперь потемнели и потрескались. Сквозь щели в куполе пробивались лучи тусклого света, освещая наше шествие к центру зала.

В самом сердце храма, на массивном каменном алтаре, пульсировало Сердце Элириума. Оно оказалось меньше, чем я представляла — размером с персик, но излучало такую мощную энергию, что воздух вокруг дрожал. Свет исходил из него неровный, прерывистый. По поверхности Сердца ползали черные прожилки, напоминающие ядовитых змей — они извивались, сжимались и разжимались, питаясь сиянием святыни.

— Смотри, — тихо сказал Ариман, останавливаясь в нескольких шагах от алтаря. — Они высасывают из него жизнь.

Я присмотрелась внимательнее. Действительно, черные нити глубоко впивались в светящуюся плоть Сердца, и с каждым ударом пульса свечение становилось все слабее и неувереннее. От этого зрелища по коже пробежали мурашки.

— Что будем делать? — спросила я, чувствуя, как сжимается сердце.

Ариман медленно подошел ближе. Его лицо было серьезным, в уголках губ залегла глубокая складка.

— Нужно очистить его. Но я не знаю как. Если просто уничтожить паразитов, можно убить и само Сердце. Они уже стали частью его.

Он протянул руку, но не коснулся поверхности, лишь провел пальцами в сантиметре от светящейся сферы. От его прикосновения воздух заискрился.

Вдруг со стороны входа послышался едва уловимый шорох. Мы разом обернулись. В арочном проеме стояла одна из Теней Лианы. Но сейчас она выглядела совершенно иначе — ее форма была почти прозрачной, размытой, а в глазах, всегда прежде пустых, читалось странное выражение, похожее на осознанность.

— Она... помогает? — недоверчиво выдохнула я.

Призрак медленно поднял руку. От его тонких пальцев потянулась к Сердцу серебристая нить, похожая на паутинку. Когда нить коснулась поверхности святыни, черные прожилки на мгновение отпрянули, словно обожженные.

— Смотри! — не удержалась я от восклицания.

Но эффект оказался недолгим. Едва серебристый свет ослаб, черные нити снова поползли вперед, становясь еще гуще и агрессивнее. Тень отшатнулась, ее форма задрожала и стала еще более прозрачной.

— Не хватает силы, — тихо констатировал Ариман. — Одна ничего не может.

В этот момент в дверях появились другие Тени. Сначала несколько, потом десятки, а вскоре их набрались сотни. Бесшумно они выстроились по кругу, образуя живую цепь вокруг алтаря. От каждой к Сердцу потянулись тонкие серебристые нити, и свет в Храме стал заметно ярче.

— Они работают вместе, — прошептала я, пораженная открывшимся зрелищем.

Ариман смотрел на это с странным, сложным выражением лица.

— Лиана знала. Она создала их не просто так, а как инструмент очищения. Последнюю линию обороны.

Но даже объединенных сил Теней оказалось недостаточно. Черные прожилки не отступали, а лишь замедлились. Внезапно одна из Теней, стоявшая ближе других к алтарю, вздрогнула и рассыпалась в сверкающую пыль. Затем вторая, третья...

— Они гибнут! — крикнула я, чувствуя, как сжимается горло.

Ариман сжал кулаки так, что костяшки побелели.

— Нужно помочь им. Но как?

Я посмотрела на его лицо и поняла — он боится. Но не за себя, а за меня. Эта мысль странным образом успокоила меня.

— Вместе, — сказала я просто, подходя ближе. — Ты же сам говорил, что наша связь — это сила.

Он покачал головой, и в его глазах читалась настоящая тревога.

— Слишком опасно. Я не знаю, что будет с тобой. Эта энергия... она может уничтожить тебя.

— А что будет со мной, если мы ничего не сделаем? — мягко спросила я. — Мы все умрем. Или станем такими же, как они. — Я кивнула на продолжающих исчезать Теней.

Он молча смотрел на меня несколько секунд, его взгляд бегал по моему лицу, словно пытаясь запечатлеть каждую черточку. Наконец он тяжело вздохнул.

— Хорошо. Но при первых признаках опасности — отходишь. Договорились?

— Договорились, — солгала я, прекрасно понимая, что не отойду, даже если придется заплатить самую высокую цену.

Мы подошли к алтарю с разных сторон. Ариман положил свои ладони на светящуюся поверхность Сердца, я — поверх его рук. Его пальцы были холодными, как лед, но там, где наши кожи соприкасались, возникало странное тепло.

— Закрой глаза, — тихо сказал он. — И представь себе свет. Чистый, как утреннее солнце. Яркий, но не слепящий.

Я послушалась, опустив веки. Сначала ничего не происходило. Лишь пульсация Сердца отдавалась в моих ладонях. Потом я почувствовала легкое покалывание в кончиках пальцев. Оно быстро усиливалось, распространяясь по рукам, и вскоре превратилось в жгучую боль, будто мои вены наполнялись расплавленным свинцом. Мне захотелось отдернуть руки, но я сдержалась, стиснув зубы.

— Дыши глубже, — услышала я голос Аримана, доносящийся словно издалека. — Не борись с болью. Прими ее. Пропусти через себя.