Невеста-дракон

Сорочьи манеры

- На медовый месяц в шато эльфов можешь даже не рассчитывать! Нам пора в дорогу! – вернувшись после ночного полета, Раймонда принялась собираться в путь. Несколько платьев из листьев и цветочных лепестков неожиданно стали ее собственностью, как и два великолепных эльфийских коня, на шкуре которых пробивалась белая чешуя, подобная драконьей, а в гривах росли фиалки.

Эльфийские платья Раймонда упаковала в седельный мешок. Там уже лежала ее необычная корона из когтей и шипов, а еще немного золотых монет.

Поклажа Клемента была невелика – всего лишь меч, подаренный принцем эльфов. Как назло, к нему не прилагалось ножен. Придется, пока обернуть его плащом, чтобы он не привлек внимания путников.

Придется изображать слугу при знатной даме, то есть Раймонде. Пока за ним охотятся, ему нужна маскировка. Если только Раймонда не решила провезти его исключительно по волшебным путям, которыми могут воспользоваться лишь сверхъестественные создания.

Лурель даже не вышел попрощаться. Видно, был слишком занят делами правления. Раймонда по секрету нашептала, что в лесном царстве эльфов давно нет короля, поэтому все обязанности управления ложатся на плечи принца. Вероятно, поэтому Лурель такой задиристый и самоуверенный.

- Куда мы направляемся? – Клемент несказанно удивился, поняв, что ночь кончилась, едва они выехали из круга тисов, обрамляющих эльфийский край. За лесным царством эльфов солнце стояло в зените.

Клемент подслеповато щурился на яркие солнечные лучи. Он уж привык обитать во тьме. Любопытно, как долго эльфы смогут протянуть без солнца и тепла? Чувствуют ли они себя изолированными в лесном царстве, которое стоит уже обозвать ночным. Учитывая то, что их крылатые тела будто состоят из лунного сияния, ночь их природе скорее ближе, чем день. Тем не менее, они надеялись, что кто-то свергнет правителя Шаи, и его чары развеются.

- Пока поездим кругами по магическим тропинкам, - Раймонда призадумалась. – Будем выезжать на дороги людей лишь ночью.

Это она правильно решила. Днем чешуйчатые эльфийские кони будут слишком заметны. Даже если появление эльфийки – вещь вполне обычная. Ее слуга-смертный вызовет толки.

Незачем привлекать к себе внимание. Клубок магических дорог извивался по чаще, заросшей необычными растениями. На некоторых деревьях листья были медными, а не зелеными. Гигантские грибы, казалось, жили и дышали порами ярких шляпок. Один огромный колокольчик оказался шляпкой феи, которая блуждала по тропинке. 

Раймонда относилась к чудесам спокойно, а вот Клемент на все разевал рот. Серебристые ласточки вили гнездо из незабудок, у дрозда оказался янтарный клюв, лепрехуны прятали горшочек с золотом под зарослями папоротника. Раймонда грозно глянула на них, и они тут же смылись, рассыпав монетки на дороге.

Клемент только сейчас заметил, что попоны коней это на самом деле тонкие крылышки, сложенные по бокам. Как же эльфиские кони могли оказаться не крылатыми? А крылатых коней вроде бы называют пегасами.

Раймонда сделала пассы руками, и золотые монетки со звоном поднялись в воздух, закружились над головой коня и сами упали в ладони всадницы. Горшочек лепрехунов остался почти пустым.

- Ты грабительница! – пожурил Клемент.

- Я беру все, что хочу, на правах сильного!

- Для этого тебе и ключ от всех дверей нужен! Ты хочешь незаметно проникнуть в казну всех королевств и все оттуда унести.

- Обладатели этого ключа так обычно и делают. Поэтому они ни в чем и не нуждаются.

- Как только Лурель согласился расстаться с ключом!

- Эльфам золото ни к чему, - равнодушно пожала плечами Раймонда. – У них полно магии и чудесных вещиц. А вот меня  тянет к золоту, как магнитом.

- Да, знаю! Драконья природа виновата!

- Не шути! Все очень серьезно.

Клемент понял, о чем она говорит, лишь когда они решили заехать в небольшое княжество, прилегавшее к Алуару и еще сохранившее суверенитет от правителя Шаи.

Раймонда тащила все, что блестит, а люди даже не замечали, что обокрадены. Даже воры-карманники, снующие по толпе, не умели ловчить, как  она.

Клемент заметил, что у карманников зеленые злые лица. Это же не мальчишки, а тролли. Они зашипели в сторону Раймонды, но решили не связываться, почуяв в ней дракона. С сильнейшим устраивать ссору никто не хочет. Люди тоже не могут понять, куда девается их добро.

Клементу стало неудобно за выходки спутницы, но он мог только наблюдать за ее проказами.

Когда Раймонда утащила диадему с головы симпатичной зажиточной горожанки, он все же не выдержал.

- Ты что? – он оглядывался на лакеев обокраденной женщины, которые шли за ней, как телохранители, а пропажу не обнаружили. – Они же могли тебя поймать, и тебе пришлось бы отбиваться огнем. Стоит ли мелкая кража нового спаленного поселения? Может, лучше умерить жадность!

- Ничего не могу с собой поделать. Золото меня манит. Это все драконьи инстинкты!

Да она прямо, как сорока! Клемент про себя уже решил, что драконы отличаются от сорок исключительно размерами, а Раймонда все обирала прохожих. У кого запонки с рукавов стащит, у кого серьги вырвет из мочек. И никто не замечал, что обворован самым наглым образом. Им же лучше! Если кто потребует с нее объяснений, то она мигом обратится в дракона и спалит наглеца.

- Может, пойдем отсюда! – Клемент заметил, что в кошелке Раймонды накопилось уже столько сверкающих вещиц, что они вот-вот пересыплются через край.

- Если б не легенда о божестве золота, я бы его столько не собирала.

- А если сейчас по дороге нам попадется памятник или статуя из золота, ты и его утащишь с собой?

Попытка усовестить Раймонду не сработала. Она лишь вслух пожалела, что золотых статуй в княжестве нет.

- Местный князь пока не платит дань правителю Шаи, но это ненадолго, - определила Раймонда. – В княжеский замок уже посылали письмо из царства Шаи, - она указала на башню, возле которой черной стаей парили то ли вороны, то алконосты. Издалека Клементу было не рассмотреть, но у Раймонды драконья зоркость. Она все видела и делала выводы.