Невеста-дракон

Жертвы пожаров

Вызвать дядю Абрахама оказалось совсем не просто. У Раймонды в наличии оказался целый колдовской арсенал для передачи посланий.

- Обычно достаточно написать огнем послание на стене или прямо на воздухе, едва буквы исчезнут, значит, он их увидит, но сейчас он не откликается! Наверное, не хочет повидаться со мной. Так что попробуй ты!

Раймонда передала Клементу магические скрижали, бересту, хрустальные шары, даже целый ларец, из которого доносился голос призрачного посыльного. С виду ларец был пуст, но стоило проговорить в него слова, и писклявый голос пообещал, что немедленно доставит их до адресата.

Клемент ощупал дно ларца несколько раз. Там было абсолютно пусто. Но через пару минут крышка, выгравированная колдовскими вензелями, распахнулась сама, и все тот же тоненький голосочек сообщил:

- Сир Абрахам прибудет хоть прямо сегодня, но не раньше, чем в замке не останется ни одного дракона!

Это прозвучало, как оскорбление. Клемент готов был опрокинуть ларец с верещащим голосом, но подумав, успокоился.

- Пусть приезжает вечером! Мы с королевой уже успеем уехать!

С чего это Абрахам вдруг так невзлюбил Раймонду? Зачем поставил такой ультиматум, если знал, что единственный дракон, поселившийся в алуарском замке, это она. Или здесь уже есть другие драконы? Они могут ползать по потолку, лазать по аркам, прятаться в подземельях. Клемент велел обыскать все, но других драконов не обнаружилось.

Раймонде требование Абрахама странным не показалось.

- Он боится, что став королевой, я усмотрю в нем конкурента, от которого следует немедленно избавиться. Он уже наблюдал, как я сжигаю своих соперников прямо в тронном зале.

- А почему он должен считать себя твоим конкурентом?

- Он ведь родня моего мужа, а стало быть, еще один претендент на трон, - пояснила Раймонда.

Клемент сам бы до такого и не додумался. Его дядюшка никогда не претендовал на власть. Он тихо-смирно просиживал дни и недели в своей колдовской лаборатории. Наука была для Абрахама главным в жизни. Шумные пиршества и развлечения королей он не одобрял. Он, скорее, ученый, чем правитель. 

Наверное, они с Раймондой из-за чего-то повздорили, и теперь он боится, что она ответит ему огнем, если он окажется рядом. 

- Наместник прибыл, - услужливо пискнул голосок из ларца, который Клемент упаковал вместе с поклажей.

- Оставь его тут! – Раймонда  кивнула на ближайший перекресток.

- Но разве нам не нужен будет больше магический посыльный?

- Везти с собой ларец не стоит, - Раймонда с трудом сохраняла терпение, втолковывая мужу-королю прописные магические истины. – Он сам нас найдет, если нам понадобится.

- Как скажешь! – Клемент поставил ларец на перекрестке за городской стеной.

- До встречи! – пискнул противный голосок изнутри ларца, и сам ларец вдруг исчез, будто его и не было.

Раймонда оказалась практичной. К чему лишняя ноша, если магические вещи сами могут исчезать и появляться, когда она захочет и где захочет.

Королевская свита ждала на дороге у леса. Она состояла исключительно из рыцарей. Ни одна придворная дама не пожелала сопровождать молодую королеву в качестве фрейлины. Все именитые особы попрятались по своим апартаментам. От путешествия с королевой-драконом это их спасло, но не от чар. Какой-то когтистый тролль, возникший словно из-под пола, начал бродить по замку, стучаться в двери каждой фрейлины и изобретать для уклонившихся от своих обязанностей дам различные магические испытания. Фрейлины взвыли от отчаяния, но попроситься в королевский эскорт, чтобы спастись от приставаний тролля, у них уже не было возможности. Ведь королева Раймонда уже выехала из замка.

Столица Алуара встречала королевскую кавалькаду молчаливой пустотой. Никто не вышел провожать короля и королеву. Зато советники и министры, перепугавшиеся того, что их оставляют с наместником-магом высыпали из дворца, чтобы посетовать на судьбу и попросить поблажек. 

Эльфийские скаканы вызывали много толков, но Раймонда наотрез отказалась пересесть на породистого алуарского коня. Рыцари на обычных лошадях, едва успевали, за конями короля и королевы. А ведь Раймонда даже не пустила их в полет. Они скакали по лесам и лугам без устали, в то время, как обычные кони уставали, нуждались в сене и новых подковах. Раймонда даже пожалела, что взяла с собой свиту, когда пришлось сделать остановку возле кузни и корчмы, а потом возле стогов, оставшихся от сенокоса.

- Не знала, что человеческие кони так прожорливы, - вполголоса сетовала она. – А скачут совсем медленно.

Для нее оказался медленным даже галоп.

- А я не подозревал, что до Ливеллина так долго ехать, - Клемент думал только о том, как бы остаться наедине с Раймондой. О брачной ночи он почти ничего не помнил, кроме того, что Раймонда почти на всю ночь улетала. Может в Ливеллине она станет с ним нежнее.

- Вот и родные пенаты! – певучим тоном провозгласила она, заметив впереди гору, с которой каскадом слетал осенний листопад.

Разве уже осень? Клемент не сразу понял, что падают вниз не сухие осенние листья, а разноцветные лепестки хризантем.

- Это цветочные водопады, - пояснила Раймонда. – А в столице Ливеллина десятки цветочных фонтанов. Они бьют не водой, а лепестками цветов.

Это выглядело очень феерически и причудливо, и наверняка не обошлось без магии, ведь лепестки не вяли. Клемент уже приготовился похвалить местное чудо, как вдруг заметил противоположную гору, сложенную из посеревших черепов.

- А это что?

- После войны осталось, - безразлично буркнула Раймонда.

- А разве тут недавно была война?

- Вроде того!

- А воевали с драконами, - Клемент обратил внимание, что некоторые черепа распадаются на обугленные осколки.

Рыцари-спутники, очарованные Раймондой, ничего неприятного кругом не замечали. Их глаза под забралами шлемов стали пусты, как у лунатиков.