Невеста герцога Ада

Глава 8. Совет Ковена

Данталион

Повозка катилась по улицам Брамена под свист кнута кучера и мерный перестук колёс. Данталион, наряженный в зелёный камзол с чужого плеча и чуть тесноватые серые бриджи, сидел рядом с Селестой. Демона злил отказ. Придушить ведьму хотелось, как злил. Уговоры, угрозы и доводы разума не помогли. Может, и правда, стоило оставить Селесту в покое, но где ещё он найдёт такую помощницу? Чудо, что её не убили, как других детей демонов. Или мать семнадцать лет её прятала, или Ковен был в курсе происхождения Селесты, но закрывал на него глаза. Первое вероятнее второго. Терпимостью ведьмы никогда не отличались.

– Аморет по-прежнему живёт в ратуше? – светским тоном поинтересовался он.

Простой вопрос, но Селеста занервничала до устойчивого аромата сандала. Владела собой плохо. Ей бы выпрямить спину и безразлично пожать плечами, а не втягивать голову в ожидании удара. Откуда такая реакция? У неё конфликт с Аморет?

– Не знаю. Я давно не была у Верховной в гостях.

Забраться в её мысли не получалось. В смертном теле Данталион лишился части способностей. Жаль, без них разбираться в заговоре придётся дольше. Хорошо хоть различать эмоции по запахам он по-прежнему мог. Даже если их умело прятали, тонкий аромат истинных чувств всегда присутствовал. Кучер Оноре, к примеру, ухаживал за служанкой Жизель. Подавал ей руку, помогая забраться на козлы, угощал тайком припасёнными сладостями, но чисто мужского влечения не испытывал. Даже отцовской заботы не проявлял. Холодная сосредоточенность человека занятого своими мыслями.

– Приехали, – зычно объявил он и натянул поводья.

Лошадь всхрапнула, повозка остановилась. Данталион спустился вслед за Селестой к ступеням городской ратуши. Что ж, Брамен не менялся, ведьмы тоже. Десять лет прошло с тех пор, как герцог Ада копался в воспоминаниях Верховной. Лестницу так и не починили. Выбитые камни собирали и просто складывали рядом. Двери скрипели, половик смотрелся потёртым. Зато морду льва на дверном молотке натёрли ладонями до блеска. Данталион даже знал его стук, возвещающий о прибытии гостей. Скучно было на Совете Междумирья. Так скучно, что теперь всё казалось знакомым.

Однако Селеста потерялась, стоило переступить порог ратуши. Слуги остались за спиной, и ему пришлось мягко подталкивать её в нужную сторону. К жилищу Аморет вели узкие переходы, освещенные масляными лампадами. В самом сердце городской власти пряталась Верховная ведьма. Куда смотрела инквизиция? Воистину самые удивительные находки иногда лежали буквально под носом.

Комната для Совета Ковена не впечатлила. Чуть беднее, чем могла позволить себе жена одного из городских управителей, и куда церемоннее, чем требовала ситуация. Несколько дней готовились? Полотна по стенам можно было не развешивать и половину свечей задуть. Дышать нечем. Селеста снова растерялась, и Данталиону пришлось первым выходить на центр зала.

Двенадцать ведьм сидели за круглым столом и разглядывали высшего демона в смертном теле обыкновенного мужчины. Презрение и ненависть, густо замешенные на любопытстве, он ощущал кожей. Каждая мечтала разорвать его на куски или хотя бы вцепиться в глотку. Но сил не хватило бы даже у Аморет. Оттого ненависть кипела особенно бурно. Превосходный напиток. То, что нужно после тяжёлого перехода.

– Мессир Данталион, – сдержанно поприветствовала его Верховная.

Он ждал приглашения сесть, но ведьмы демонстративно убрали все свободные стулья. Мелко.

– Аморет, рад встрече. Знаю, что не взаимно, но такова воля Владыки. Вы хотели показать мне город? Скрасить вынужденное пребывание компанией первых красавиц Брамена?

На слишком явное преувеличение большая часть ведьм поморщилась, но нашлись те, кто принял комплимент на свой счёт. Данталион наполнил лёгкие воздухом и поймал ноту жасмина с правого конца стола. Одетая монашкой ведьма игриво сверкнула глазами.

– Нет, – отрезала Аморет. – Разговор пойдёт о другом. Селеста, выйди!

Стебелёк дернулась к двери, но герцог послал ей в спину очередной приказ:

– Госпожа Дюбуа, останьтесь.

Мгновения хватило, чтобы на шее ободом вспыхнула удавка. Именно её ведьма и не хотела показывать, поэтому, скрипнув зубами, встала у стены.

– Селеста! – с нажимом повторила Верховная. – Ты не принадлежишь к Старшим, тебе запрещено здесь находится. Выйди, я приказываю тебе.

Представление начинало забавлять. Стебелёк вытянула спину и сжала кулаки. Данталион слышал, как она проклинала его шёпотом. Ещё бы ругаться научилась, а то всего лишь грозила смертью и страшными муками Ада. Наивное дитя. Нужно было поинтересоваться у матери, чего боятся высшие демоны. И заодно уяснить, что если он так решил, то она будет принадлежать ему полностью. Как служанка, рабыня, любовница и трепетная ученица, постигающая азы управления силой Ада. Всей власти ковена не хватит, чтобы изменить это.

– Сожалею, Верховная, я причастна к событиям на Совете Междумирья, поэтому мессир настаивает, чтобы я осталась.

– Герцог всего лишь гость здесь, – зашипела Аморет. – И будет подчиняться правилам.

– Увы, нет, – усмехнулся он. Указывать главе ковена на её место было приятно. – За пределами Ада я по-прежнему подчиняюсь одному Владыке и на ваши правила мне плевать. Юная Дюбуа не только останется на совете, но и впредь будет сопровождать меня везде, где пожелаю.