Невеста герцога Ада

Глава 22. Ночной разговор

Спать мне полагалось в ночной рубашке и чепце. Летом камины не топили, отдыхая от дыма и тяжелого воздуха. Считалось, что в прохладе засыпать приятней, но я ненавидела холод. Сама была тощей, мерзлявой и тело Селесты в этом плане мало отличалось от того, что похоронили в моем мире. Даже легкий сквозняк доводил до гусиной кожи, желания зябко поежиться и поворчать что-нибудь под нос. Постоянный холод доводил до психа.

– Жизель, принеси еще одеяло! Я не могу спать под этим стеганым недоразумением, мне холодно. Ты не знаешь, что мозг заботится о хозяине и не дает уснуть, чтобы тело не замерзло насмерть? Так вот, у меня бессонница! Меня колотит. Слышишь, зубы стучат?

Я демонстративно клацнула челюстями, а немая служанка горестно вздохнула. Раскапризничалась мадемуазель, сладу со мной нет. Дык пусть принесет одеяло, я успокоюсь. Знала бы, где лежит, сама взяла и не выпендривалась с барскими замашками. Тем более перед Жизель, знающей тайну Ольги Паустовской. Непонятно только, какие еще тайны она хранила. Чем дольше я за ней наблюдала, тем сильнее подозревала неладное. Особенно в сравнении с простоватой Мари. Да, немая девушка не могла быть душой компании, её замкнутость объяснялась недугом. Но Жизель принципиально ни с кем не общалась. Даже кучера Оноре сторонилась, а он круги вокруг неё нарезал и звал замуж регулярно.

Казалось бы, смысл отказывать? Не такая уж завидная невеста, чтобы носом крутить. Да и кучер ничего так. Крепкий, плечистый, на крокодила не похож. Понимаю, что сердцу не прикажешь, если другой нравится, но где этот другой? Первая детская влюбленность с трагическим финалом и травмой на всю жизнь? Он ушел на войну и не вернулся? Женился на другой?

Жизель не спешила со мной откровенничать, жестами показывая дистанцию. Увы, я далеко не ласковый кагэбэшник, без мыла пролезающий в любую душу. Может, ляпнула что-то не то или не с того начала, закрылась служанка. А после истории с Мари, купившей приворот у аптекаря и подозреваемой в связи с нападением в парке, глухая оборона Жизель выглядела еще подозрительнее.

Дверь за спиной хлопнула и я обернулась:

– Нашла одеяло? Давай сюда.

На пороге вместо Жизель стоял герцог Ада, а служанка испуганно выглядывала у него из-под локтя. Роста не хватало, чтобы смотреть через плечо, да и широкой спиной демон почти весь обзор закрывал. Злой демон. До черноты и пламени Ада в глазах злой.

– Вы замерзли, мадемуазель?

Я вдруг поняла, что совершенно одна в комнате. Рядом нет Филиппа, Туссэна, даже пьяного Андрэ, а грациозная и стройная Жизель, если захочет, не отобьет меня у Данталиона. Уже пыталась однажды в повозке, перышком отлетела в сторону от удара.

– Нет, мне тепло, – с перестуком зубов от страха ответила я и попятилась к кровати.

Спрятаться там не получится, в окно прыгать страшно, все-таки второй этаж, но не в шкаф же лезть! Мамочки, а если он, как огнедышащий дракон, что-нибудь подожжет? Выдохнет пламенем, и загорятся сначала занавески, потом покрывала. Задохнусь ведь от дыма раньше, чем меня кто-то захочет спасать. Демон явно не пожелать мне доброй ночи пришел. Я помнила, как смотрел через стол на ужине, будто раздумывал – отравить или горло перерезать? Я пряталась за Туссэна и надеялась, что высший демон достаточно образован и умен, чтобы адекватно воспринимать резкое «нет». Он-то может и умен, зато я дура. Глядя на то, как медленно демон идет ко мне с перекошенным от ярости лицом, я сразу перестала считать гениальной идею послать его со свадьбой.

Жизель бросилась следом, но замерла от резкого окрика Данталиона:

– Оставь нас одних. Говорить с бывшей невестой буду. Иди на кухню и сиди там тихо, позовут потом.

Служанка тоже слышала скандал в гостиной и, наверное, в душе поддерживала демона. Он руки моей добивался, на подарок разорился, а в итоге его дураком выставили. Я пожалела, честно. Должна была объяснить спокойно, и не привлекая всю семью. Ай, нет, не получилось бы так. Демон все равно бы взъярился, хоть десять раз ему по слогам повтори: «Я ни-ко-гда не бу-ду ва-шей, ме-ссир».

– Уходите, пожалуйста, – жалобно пискнула я. – Не хочу разговаривать.

– Придется, – возразил демон, проводив взглядом Жизель до двери и дождавшись хлопка. – Я сыт по горло женскими играми и капризами. Мне предложили сделку на вашу невинность. Я уступаю её другому, а взамен получаю то, зачем явился в мир людей.

На мою невинность? Я не ослышалась? Отит не стрелял в среднем ухе, серная пробка не помешала? Теперь я закипала, уже понимая, что волна жара в животе – та самая сила Ада. Порочная, но сладкая и желанная. Адреналин бодрил, магия наполняла тело приятным теплом. Зачем одеяло, когда достаточно разозлиться?

– Кто предложил-то? Камилла? Белинда? А они не обнаглели?

Черт, другое слово на язык просилось, но я обещала следить за ним.

– Не важно, – поморщился демон. – На беду всех ведьм, я не люблю торговаться. Проще самому найти то, что нужно и не подставляться под чужие амбиции. Или сделать так, чтобы предмет сделки перестал их привлекать. А мне перестали указывать, что делать и с кем спать.

Демон, как в фильмах для взрослых, медленно расстегнул верхнюю пуговицу камзола, и у меня пропало желание иронизировать даже мысленно. Он раздевался! Проклятый демон собирался переспать со мной. Наплевав на помолвку, сделку с Ковеном и мои желания. Просто изнасиловать. Наказать за то, что посмела перечить ему. Растоптать и унизить.