Невеста инквизитора

Глава 11. Границы

Оказавшись в одиночестве, я протяжно выдохнула и покачала головой. Вне близости Одиума ошибки в моем поведении становились вполне очевидны. И я уже отчаянно жалела о проявленной только что честности и общей порывистости.

Мне нужно быть дальновиднее, спокойнее. Иначе выбраться отсюда не получится никогда.

Дабы следовать собственным заветам, я принялась изучать комнату самым внимательным образом, хотя больше всего на свете в эту минуту мне хотелось просто упасть на кровать и забыться сном. Впрочем, нет. Сначала вымыться, а уж после — уснуть. Желательно на сутки или двое.

Физическая измученность туманила разум, запутывая мысли и лишая сосредоточенности, и все-таки я старательно обошла спальню, выдвинула каждый ящик в комоде и открыла створку каждого шкафа, проверила десятки полок и их содержимое. Просто на будущее. Сразу узнать, что отдано в мое распоряжение, уж точно нелишне.

Несколько комплектов белья и хорошо сшитой, удобной на вид домашней одежды (говорящий намек на провальность любой попытки сбежать), расчески и шпильки нашлись в спальне. В ванной обнаружился модный и наверняка дорогой набор косметики для водных процедур — помню, несколько месяцев назад я видела похожий в парфюмерной лавке, но даже из любопытства не попросила продавца мне его показать: на подобные расходы средств мне не выделяли.

Спустя четверть часа, исследовав все доступные уголки, я с печальным вздохом заключила, что ничего полезного для побега найти не удалось. Кто бы ни наполнял мои временные покои вещами, постарался он на славу, одновременно и создав мне не ведомый доселе комфорт, и позаботившись о невозможности использовать хоть один имеющийся здесь предмет против планов Одиума.

Даже книг в этой комнате не было. К моему большому разочарованию. Мой досуг определенно здесь никого не заботил.

Когда бороться с сонливостью стало совсем уж тяжело, я сдалась и отложила дальнейшие размышления до завтрашнего дня. Мне и правда требовался отдых. С ясным умом работа над планом моих будущих действий точно пойдет быстрее.

После недолгих сомнений и торга с собственной гордостью я все-таки разворошила корзину с косметикой, набрала ванную с горячей, почти обжигающей водой и, заперев дверь (хотя бы здесь замок имелся), забралась внутрь. Поначалу мне никак не удавалось согреться. Пропитавший все мое тело холод как будто воевал за свое место с теплом воды, отказываясь уходить.

Содрогаясь от пробегающих по мышцам спазмов, я принялась растирать кожу, из последних сил поднимая отяжелевшие конечности. Постепенно мне стало легче. Я наконец почувствовала, что мое тело по-настоящему согрелось. В моих жилах и костях больше не бродил морозящий внутренности лед.

Из ванной я вылезла с трудом, а секундный путь до кровати показался мне бесконечно долгим. С полузакрытыми глазами натянув на себя первую попавшуюся в руки сорочку, я упала на кровать и закуталась в одеяло. Сон забрал меня в то же мгновение.

Утреннее пробуждение вышло внезапным. Кто-то коснулся моего плеча, и я испуганно подскочила на месте. Осознание моего нового положения вернулось только спустя несколько бешенных ударов сердца, когда перед моими глазами развеялась пелена сна и возвышающаяся надо мной фигура приобрела человеческие черты.

— Гектор? — удивилась я, сев на кровати и натянув одеяло до подбородка.

— Прошу прощения, госпожа Эспер, — произнес он, склоняя голову. — Я стучал, но вы не отвечали. Мне пришлось войти.

Я кивнула, принимая его объяснение.

— Что-то случилось?

— Его высочество отправил меня за вами. Вам стоит спуститься к завтраку. А после у вас урок магии.

— Урок магии? — изумилась я. — С кем?

— С его высочеством, госпожа.

Сообщив о моих планах на утро, Гектор удалился в коридор, и я неохотно сползла с кровати. Меня жутко клонило в сон. Сколь много часов я ни провела в забытье, помогли они мало. Усталость словно пропитала каждый уголок моего тела от макушки до пяток, задеревеневшие мышцы ныли как слаженный хор.

Покрытый шерстяным ковром пол оказался неожиданно холодным, как и воздух в спальне. Поежившись, я с сожалением покосилась на оставленную мной нагретую постель. Идея протеста в форме возвращения в кровать была соблазнительной, но быстро поблекла, не выдержав противостояния с моими вчерашними выводами о более умной тактике поведения. Пока злить Одиума не стоило.

Наскоро умывшись и причесавшись, я поплелась к громадине-шкафу, где накануне заприметила вполне приличные домашние платья. Чувствовать себя обязанной буквально всем — от жизни до гардероба — тому, кого искренне ненавидишь, было противно и горько. Каждый жест, приближавший меня к сегодняшней встрече с Одиумом, приходилось совершать, преодолевая свое же сопротивление.

Я сбегу, беззвучно повторяла я раз за разом, продолжая облачаться в свой новый наряд. Обязательно сбегу. Просто не сегодня.

Когда сборы были окончены, я издала тяжелый вздох, пообещав себе не отклоняться от плана, и вышла в коридор.

— Госпожа Эспер, — поприветствовал встречающий меня снаружи Гектор. — Пойдемте, я провожу вас в столовую на первом этаже. — Дождавшись, когда я окажусь впереди, он двинулся следом.

— Который час, Гектор? — поинтересовалась я, ступая на ведущую вниз лестницу. — В выделенной мне комнате нет часов.

— Ах да, — протянул он все тем же безукоризненно вежливым тоном, в котором выраженное его обладателем сожаление удивительным образом не выходило за рамки нейтралитета, отчего разгадать истинное отношение Гектора к моей персоне я совершенно не могла. Сочувствовал ли он мне, пленнице своего хозяина? Презирал ли? Или действительно был столь равнодушно участлив, как казалось на первый взгляд? — Я принесу вам часы, госпожа. Что до времени… — Он выудил из бокового кармана часы на цепочке: — Сейчас без пяти шесть утра.

— Шесть утра? — поразилась я. Даже в доме Лабидов никому не приходило в голову подниматься в такую рань.

— Вы проспали почти восемнадцать часов, госпожа, — заметил вдруг Гектор почти извинительно. — Его высочество решил, что вас уже стоит разбудить.