Невеста инквизитора. Сорвать Зимний бал

Глава 29. Набериус. Вызов

— Помяните мои слова, во всем виноват мужчина, — замогильным голосом, раскачиваясь из стороны в сторону, сообщила Бэррион.

Риус порадовался, что вместо нее через полог видел лишь тень. Великанша вызывала в нем такую же досаду, как невоспитанный пес, который бросался на каждого гостя, да еще норовил задрать на него лапу. Он едва удержался от того, чтобы не потереть затылок.

— Вовсе не обязательно, что к смерти сестер приложил руку мужчина. Так устроено общество, что любое значимое событие мы по привычке приписываем им. Сейчас предстоит во всем разобраться, но если ты что-то знаешь или слышала…. Возможно, это не показалось тебе важным… — Золотая умела находить нужные слова.

В кабинете Бэррион даже в состоянии потрясения скалилась на него волком. Эллис за несколько минут привела Аманду более менее в норму, но с великаншей она работала не один год. Страшно представить, на кого была бы похожа девушкой, не встреть она ангела-эмпата. Скорее всего сидела бы в балаганной клетке по соседству с дикими животными.

— Нет, это не какой-то там посторонний. Это ваш мужчина. Тот, кого вы назвали женихом и принимаете прямо в «Саквояже».

Кровать задергалась, и Эллис крепко сжала его руку, намекая, что восстать перед Бэррион закутанным в тюль — дурацкая идея. Однако великанша была так погружена в себя, что ничего вокруг не замечала.

— Ты хочешь сказать, что Набериус причастен к преступлению? — как можно спокойнее спросила Золотая, не переставая поглаживать его руку. — Что же ты видела?

— Вы не поверите мне, потому что сами оказались под властью демона. Вы, такая честная и чистая, ловите каждое его слово и смотрите преданными глазами. Даже на леди Виолетту ни разу так не глядели.

Голос Бэррион звучал потерянно и, несмотря на всю нелепость ситуации, Риусу было несмешно.

— Бэррион, это по-прежнему я и мы по-прежнему находимся в Аду, на родине демонов. Их ресурс подпитывает столь близкое пламя. Я не утверждаю, что Набериус — не преступник. Однако, если убийца так легко притворился Джинной, то что мешало ему перевоплотиться в маркиза?

— Но, госпожа, кто бы осмелился притвориться инквизитором? О нем ходят такие слухи… Одна рука у него мертвая. Его воспитал сам бессмертный Разрушитель и, кроме него, никто ему не указ. А по ночам он приходит на могилы своих родителей и сестренок и обновляет страшную клятву собственной кровью.

Мда, чуть не крякнул Риус. Молва осведомлена о нем не хуже, чем ищейки владыки. Единственное, что упустили — что в семейном склепе покоится и его няня. Она обездвижила его и спрятала от наемных убийц в широченном кринолине, который в те времена носили все воспитанные бесовки-южанки.

— На то он и инквизитор, чтобы держать демонов в страхе. Давай еще раз, — Эллис продолжала говорить с великаншей, как с маленькой девочкой. — Почему ты обвиняешь маркиза? Ты видела его с Джинной?

Незнакомец, которого Аманда разглядела только сзади, вполне подходил под описание его самого, напомнил себе Набериус.

— Да, целых два раза. В первый они сидели в уличной кафешке после того, как мы сделали заказ на зелень и мясо. Тогда Джинна подразнила меня и сказала, что не все мужчины опасны для женщин. Во второй — она ничего не говорила. Я проходила мимо ее спальни, потому что мы живем… жили через дверь, и обратила внимание, что дверь закрыта не до конца. Он целовал ее так же агрессивно, как потом на лестнице вас. Как-будто голову вот-вот открутит.

Бэррион несколько раз шмыгнула носом, а Риус многое бы дал, чтобы взглянуть в этот момент в глаза Эллис. Засомневался бы он на ее месте? Золотая подозрительно надолго замолчала, но руки не отняла.

— Это интересно, — наконец задумчиво сказала она. — Значит, убийца — или его сообщник — к нам проник. Но Риус? Это было сделано намеренно, или простое совпадение?

Де Агуэра понял, что невеста оправилась достаточно, чтобы дальше действовать самостоятельно. Тем более ей предложили такую головоломку. Он медленно потянулся губами к ее ладони, поцеловал каждый пальчик по очереди и… через мгновение провалился в портал.

Между прочим, создать его прямо на постели, не издав ни одного лишнего звука, в том числе при перемещении, — это истинное мастерство. Маркиз рассчитывал, что Эллис оценит.

Он не сомневался, что сейчас в ее комнату потянутся и другие девушки из организации, занятые в «Саквояже». Каждой она окажет психологическую помощь и заодно — задаст наводящие вопросы. Это растянется как минимум на несколько часов, а ему требовалось осмотреть все здание. Причем начать требовалось с двух тел.

Мафусаил не станет отправлять их к посмертникам на исследование до тех пор, пока не покажет патрону.

Через два часа Эллис по-прежнему не вышла из спальни, а он — из подвала, где надзиратели организовали небольшой штаб.

— Не приходится сомневаться, Ваша Милость, это дело рук кого-то из первого круга, — рапортовал Альпенгау. — Такое горячее пламя можно взять только поблизости к сердцевине Бездны.

Барон покосился на перчатку Набериуса. Номинально маркиз, отмеченный печатью негасимого огня, также относился к первому кругу, хотя не получал в него приглашения.

— И, значится, имеем ли мы право двигать расследование дальше? — закряхтел Мафусаил. — Это категория чрезвычайной важности, раз замешан кто-то из трех великих герцогов или же сам…

Риус мерил шагами довольно тесное техническое помещение, куда демоны приволокли стол.

— Очевидно, что кто-то издевается над нашим ведомством. Скорее — надо мной лично. Мол, я имел интрижку с убитой, хотя впервые увидел ее мертвой. Уже после того, как она перестала дышать, ей вырвали сердце. Ты знаешь, что это значит?

Альпенгау кивнул:

— Любой демон в курсе. Кровная месть. Враг забирает себе сердце для совершения ритуала — чтобы поверженный им оборвал цепочку перерождений. Но кому понадобилось сердце человеческой девушки со слабой магией…

— Вот и я о том. Никому… Кто-то знает, что я готовился осуществить родовую месть и глумится.