Невеста из другого мира. Горгулья в драконьей академии

Глава 5

— Вижу, в доме Сильверстоунов нам не рады. Да, матушка? — Гил приобнял Мину за плечо. — Пойдём-ка отсюда, девчуля…

— Стоп-стоп-стоп, куда это ты собрался, братец?! — загородила ему дорогу Дайна. — Только-только приехал. Да и эта, — неприязненный взгляд в сторону Амины. — Её ведь Арманду сватают, а не тебе. Ты-то за неё чего ухватился?

— Да потому что её пробудил я, а не он, — ответил ей брат.

— Это ещё надо доказать! — настаивал отец. — Как только выясним, чьи именно чары разрушили печать…

— А что там выяснять?! — пожал плечами Гил. — Надо посмотреть, чьё имя отобразится на метке, вот и все дела. Просканируем её — и получим магический след с инициалами.

— Думаешь, это так легко сделать, если было смешение чар?! — не разделил его оптимизма глава академии. И тем не менее посмотрел на Мину: — Покажи-ка нам метку, девонька. Попробуем выяснить, что к чему.

Амине и самой было интересно наконец понять, кто там, по их мнению, ей предназначен, поэтому она высунула из складок плаща плечо, на котором ещё недавно ничего не было, а теперь появился какой-то бледный рисунок. Угу, не зря оно свербело. А после того как господин Алиан подержал над ним руку, в которой зажглась магия, рисунок и вовсе стал становиться всё ярче, пока не вспыхнул. И теперь на коже переливался серебром трёхглавый дракон. Судя по висевшему на стене знамени, это герб дома Сильверстоунов.

Ну вот, приехали, Мину теперь ещё и заклеймили, как какую-то рабыню. Красота да и только!

— Так и есть, метка нашего дома! — констатировала Дайна. — Но я что-то не вижу ничьих инициалов.

— Вот и я не вижу… — задумчиво заметил ректор и пробормотал какое-то заклинание, отчего метка снова вспыхнула и затухла, издавая лишь едва заметное свечение, однако никаких дополнительных букв или чего-то ещё на ней так и не проступило.

— И? — требовательно вздёрнула бровь его жена. — Что это значит?

— Хм, возможно, инициалы проявятся позже… — глава академии продолжал пребывать в задумчивости. — Надо подождать. А я пока покопаюсь в книгах. Может, что-то найду…

— Другими словами, мы до сих пор не знаем, кто из нас её избранник, — нахмурился Арманд.

— Расслабься, всё равно это буду я, братец, — беззаботно заявил Гилберт. — Но мне бы тоже поскорее хотелось конкретики: у меня мало времени.

— Кстати об этом… — господин Алиан подошёл к сыну. — Не хочешь поведать, как ты здесь очутился, если сейчас должен находиться…

— То есть ты всё же мне не рад?! — ответил вопросом на вопрос Гил, кажется, не намереваясь выдавать требуемую отцом информацию. Или, по крайней мере, не собираясь делать это здесь и сейчас. — Не такой я ожидал встречи после долгой разлуки…

— Пусть другие говорят что хотят, а я тебе очень рада, братик! — Дайна чмокнула Гила в щёку, и тот, усмехнувшись уголком рта, добродушно потрепал её по волосам.

Вот уж да, кажется, она действительно единственная, кто готов принять Гилберта с распростёртыми объятиями. Интересно, почему?

— Насколько законен твой приезд? — ледяным тоном вопросила его мать. — И не возникнет ли у нас из-за этого проблем?

— О, матушка, ты как всегда добра и участлива, — отвесил ей шутовской поклон старший сын. — Спасибо, что поинтересовалась, как у меня дела и как я жил всё это время.

— Но ты же нам сейчас всё расскажешь? — миролюбиво похлопал его по плечу ректор, судя по всему, желая сгладить напряжённую обстановку.

Снова об Амине все забыли. Как о предмете, который на время потерял свою ценность. Или о вещи, которую положили на полочку до поры до времени. И такое отношение уже начинало подбешивать.

— Эта штуковина… — не выдержав, Мина слегка повысила голос, чтобы быть услышанной. Говорила она уже куда менее хрипло, что не могло не радовать. — Её можно с меня как-то убрать? — спросила брезгливо.

Она и в обычной жизни не любила татуировок и не желала уродовать ими тело, а уж теперь-то, если подобное клеймо будет означать её принадлежность кому-то из этих чешуйчатых индивидов… Ха, стать собственностью огнедышащего мужлана?! Да не бывать такому!

— Как убрать? — удивился глава академии, кажется, совсем позабыв, что намеревался расспросить старшего сына. — Зачем убрать? Ты ведь теперь стала частью нашей семьи!

— Но почему именно меня притянуло этим странным ритуалом?! — недоумевала девушка.

— Так было суждено, моя дорогая. Древней магии виднее, кого призывать, мы над этим не властны, — развёл руками отец семейства. — Поэтому ты останешься здесь, с нами… — закончил воодушевлённо.

На этих словах госпожа Винара бросила на Мину такой испепеляющий взгляд, что единственное, чего девушке захотелось, — это испариться в тот же момент. Исчезнуть и оказаться как можно дальше от этой полоумной семейки призывателей. Тело тем временем уже понемному привыкало к новой душе, ну, или душа к телу, это как посмотреть. Руки-ноги теперь двигались куда увереннее, и Амина даже сделала несколько вполне самостоятельных шагов, а потом и вовсе отошла от присутствующих в противоположный конец комнаты, сделав вид, что рассматривает картины на стенах.

А красиво тут. Гостиная была обставлена со сдержанной роскошью, во всём чувствовалась женская рука: и в самом интерьере, и в выборе мебели, полузадёрнутых бархатных штор, ковровых дорожек и всяких мелочей. Здесь было теплее, чем в ритуальном зале академии, и куда более уютно. За окнами царила ночь, поэтому оказалось сложно разглядеть, что там снаружи и какой пейзаж на горизонте.