Невеста короля Кошмаров

Глава 1. Шепот Соблазна

Первым читателям подарки: возможность выиграть эту книгу в бумаге!

В мрачных закоулках древнего города Эвил прячутся монстры и скользят души растерзанных богов. Здесь трудно выжить всем, на кого открыли охоту светоносные маги правительства.
Именно таким человеком стала Лира. Запрещенные артефакты, которые она изготовила, сделали ее преступницей... и очень привлекательной жертвой для существа куда более опасного, чем всё маги правительства вместе взятые.
Но что если ее эксперименты гораздо страшнее, чем она думала? И что делать, если ее кровь привлекла самого короля Кошмаров?

_________________________________________________________

Добавляйте к себе в библиотеку, задавайте вопросы в комментариях, жду вас ♥
_________________________________________________________

Глава 1. Шепот Соблазна

Лира опустила стакан на стол. Звук стекла, ударившегося о дерево, слился с грохотом музыки из маграфона в углу бара. Голос певицы вибрировал, как нож, скользнувший лезвием по шершавым по нервам, но Лиру не цепляло.

Она сделала еще один глоток и поморщилась. Острый скорпионий ифрит полоснул горло и упал в желудок, пуская по нервам заряды маленьких молний.

Лиру не смущал убийственный эффект этого напитка, который обычно заказывают когда терять уже вообще ничего, и остается лишь на время стереть из памяти то, что режет глаза, стоит их закрыть.

Но Лира пила не для того, чтобы забыться, заглушить боль. Она пила, чтобы вспомнить.

Ее отец всегда говорил: «Смерть — это не конец, если кто-то продолжает хранить твои секреты». Но его секреты сожгли на площади вместе с телом.

Лира сжала стакан так, что пальцы побелели. Она не плакала. Слёзы высохли в ту ночь, когда алхимики в чёрных мундирах с золотой звездой выломали дверь их лаборатории.

Теперь ей часто видится в кошмарах эта звезда. Ослепляющий глаз солнца, который должен символизировать чистоту и свет. Теперь он стал раскаленной иглой садиста, что впивается в память, выдирая внутренности словно ржавый крючок. Звезда, а еще колокольчик. Хренов звенящий колокольчик, который должен был отгонять тьму.

Почему? Почему?!

Лира сдавила виски руками и зажмурилась, а затем встала, слегка пошатываясь. Туалет. Надо просто дойти до туалета, умыться, и…

И что? Вернуться обратно? К пустому стакану и не очень-то чистой столешнице?

Лира замерла, с опустевшей головой слушая собственное рваное дыхание. А затем ее блуждающий взгляд вдруг сфокусировался.

В дальнем углу, за столиком, залитым густой тенью, сидел он.

Сначала казалось, что это галлюцинация — силуэт был слишком чёткий для этого полумрака. Он словно рябил во тьме каплей абсолютного сумрака.

Как это было возможно?

Лира встряхнула головой, пытаясь придать четкости изображению. Видимо, скорпионий ифрит и впрямь сшибающая с ног штука.

Но вернув внимание незнакомцу, Лира вдруг ощутила, как под желудком что-то сжалось. Необъяснимо. Беспричинно. И она стала смотреть дальше.

Мужчина явно был высокий, это бросалось в глаза даже учитывая то, что он сидел. В чёрном кожаном плаще, который облегал плечи, как вторая кожа. Капюшон скрывал часть лица, но ей удалось различить острые очертания скул, резкий изгиб рта. Его руки лежали на столе — ладони в байкерских перчатках без пальцев, будто нарочно привлекающих внимание к контрасту темного и светлого. Он играл с ножом, неторопливо, методично вонзая его в грязное дерево столешницы и вытаскивая с тихим скрипом.

“Уходи”, — прошептал внутренний голос в женской голове. “Чем дольше ты смотришь, тем больше вероятность, что он тебя заметит…”

Но ноги, как назло, будто приросли к полу.

И да. Он ее заметил.

Поднял голову, и из-под тьмы капюшона мелькнули глаза.

“Сиреневые… Разве они могли быть сиреневые???”

Наверно показалось.

— Боишься? — бархатный низкий голос пробился сквозь шум, как лезвие сквозь ткань к мягкому беззащитному телу.

Лира вздрогнула. Половины лица все еще не было видно, но было предельно ясно, что он смотрел именно на неё.

— Я не пугаюсь пьяных незнакомцев, — бросила она, стараясь чтобы это звучало уверенно.

Почему-то не вышло. На последнем слове голос дрогнул.

“Соберись, соберись, Лира! Ты повидала людей пострашнее неудачников в плащах, скрывающихся в дальних углах баров”...

Но скребущее ощущение чего-то промозглого и одновременно резко-пронзающего не исчезало.

Мужчина рассмеялся, и этот звук прокатился по нервам как гул подземного потока.

— Тогда почему ты дрожишь?

— С чего ты взял? — бросила она самодовольно.

Она не дрожала.

Или дрожала?..

Лира сжала кулаки, чувствуя, как ногти впиваются в подрагивающие ладони.

Откуда он знал?.. И с какой вообще стати?

— Садись, — незнакомец кивнул на стул напротив, и тот выехал из-под стола будто бы сам собой. Видимо, он выдвинул его ногами. — Или беги. К чему ты больше привыкла?

Не подходи. Не подходи, мать твою!

Но ноги уже несли её к его столику.

Принцип. Всегда принцип. Отец учил ее хорошо, говоря, что «Страх — это лишь инструмент. Если позволить ему править, ты уже проиграл».

Сможет ли она быть такой, какой он ее видел? Хрена с два.

В голове снова мелькнула слепящая глаза звезда и раздался звон долбаного колокольчика, пришитого к их гребаной одежде.

Но по крайней мере мрачный тип в плаще ее не напугает.

Она упала на стул, небрежно откинувшись.

— Ну? Чего ты хочешь?

Он наклонился вперед, но свет тусклой лампы под потолком так и не смог пробраться под капюшон. Впрочем, рассеянный полумрак на таком близком расстоянии уже не мог полностью скрыть его лица, и взгляд Лиры наконец пробрался сквозь тьму.