Невеста Крылатого Змея

Глава 7. Болотная бабка и ее приемыш

Он пришел, лишь на час опережая рассвет;
Он принес на плечах печали и горицвет.

Щурился на месяц, хмурился на тучи,
Противосолонь обходил деревню,
И молчали ветры на зеленых кручах,
И цепные птицы стерегли деревья…

Хелависа

Какое-то время Леда топталась у высокого забора, не решаясь колотить в двери. Оглядывалась по сторонам и все большая тревога заползала в душу.

"Место здесь глухое, недоброе. Сухостой да коряги валяются, пни замшелые, мухоморы и прочие поганки под ноги лезут. И ни одного птичьего голоска не слышно, будто вымерло все живое в округе. Деревья голехоньки, без единого листочка. Хотя дальше вон, ельник зеленеет. Чащоба дремучая. Эх, дядя Наум, дядя Наум, бросил меня здесь на прямую погибель и сам трусливо удрал. А ведь я тебя вызволила от того страшненького старичка. Эх, ты, поросячий хвостик…"

Наконец Леда несмело толкнула кулачком ворота, и они медленно, с громким скрежетом начали отворяться. Что ж, назвалась опенкой, полезай в кузов.

Посреди двора на высоких столбиках – подпорках, так же густо укутанных бархатистым мхом и седыми клочьями лишайника, стоял неказистый дом. Чем не «избушка на курьих ножках»? Леда испуганно поискала взглядом ступу с помелом, но ничего такого вблизи не обнаружилось.

"Дома ли хозяйка? Может, и мне убраться куда подальше, пока не поздно?"

И вдруг заметила, что тесовые ворота позади нее уже сами собой сомкнулись. Каким-то шестым чувством Леда догадалась, что так легко ее обратно не выпустят. Придется идти вперед, судьбу испытать.

Двор внутри ограды густо зарос папоротником, только узенькая извилистая тропка вела к избенке. По ней-то Леда и двинулась, отводя руками перистые листья кочедыжника, едва не достававшего ей до пояса.

«Избушка, ты избушечка, как же ладно стоишь предо мной и дверцы как раз видны и махонькое окошечко сбоку, даже ничего просить у тебя не надо».

Леда остановилась у ветхой на вид лесенки в пять перекладин и громко воскликнула, стараясь вложить в голос как можно больше уверенности и веселья:

– Здравствуйте, люди добрые! Есть кто дома, принимайте гостей!

Никто не отзывался, тогда Леда подумала немного и добавила уже несколько тише и печальней:

– С миром я к вам пришла. Меня Сват Наум отправил, я его за помощь отпустила. Меня Ледой зовут, как одну древнюю царицу. К ней белый лебедь прилетал соблазнять. (вздох) А это был вовсе не простой лебедь, а небесный бог - громовержец, которому красавица приглянулась. Вот такая удивительная история. Я еще много знаю таких баек. Могу и вам рассказать.

Расстроено шмыгнув носом от недостатка слушателей, она уселась на нижнюю ступеньку спиной к запертым дверям и продолжала говорить вслух сама себе, чувствуя, что скоро заплачет от странной и неловкой ситуации.

– Потом Леда родила дитя, то есть яйцо, ну, все равно ребеночек из него вышел, а папе - лебедю хоть бы что, у него таких цариц много перебывало. И зачем меня в ее честь назвали, уж лучше бы я Лидочкой была. И так путают постоянно.

За своими грустными мыслями она едва расслышала позади себя скрип двери, но следом уже раздался хрипловатый старушечий голос:

– Чую, сказки ты мастерица сказывать, а я басенки шибко люблю, особливо про глупых девиц, что падки на тварей крылатых. Сама не из таковских будешь?

Леда отскочила от лесенки и увидела низенькую сгорбленную старушку, которая сидела в дверном проеме, отводя от морщинистого лица белесые космы.

– Здравствуйте, бабушка!

– И ты не хворай, молодушка! Зачем пожаловала ко мне ?

Пропал Ледин испуг, не верилось, что это маленькое высохшее создание способно зло причинить. Низко поклонилась в знак приветствия, а сама торопливо соображала, нет ли какого специального пароля на этот вопрос.

Может, ответить, как сказочные добры молодцы?

«Сперва в баньке попарь, накорми да спать уложи, а потом и спрашивай…» Нет, не вежливо прозвучит, ладно, рискнем иначе.

– Понимаете, я из другого мира. Совсем другого. Мне бы вернуться в Россию, в двадцать первый век. Знаете, как это сделать? Попасть туда, где я родилась.

Уже начиная разговор, Леда вдруг осознала тщетность своих надежд. Ничего у нее не выйдет, откуда лесной старушенции знать о незримом проходе между мирами, если и самой объяснить толком не получается. Однако и унывать заранее нельзя.

– Вы женщина пожилая и мудрая, не случайно дядя Наум меня сюда отправил, - вас все, наверно, уважают в этих краях. К кому же мне еще обратиться? Получается, что я – гостья из другого мира. У нас леших нет и русалок нет, и домовых, кажется, не осталось. Хотя мы некоторые загадки природы научно обосновать не умеем. Теперь понимаю, что миры наши так близки, стоит лишь руку протянуть и в сказке окажешься, только вот как потом вернуться обратно?

Леда набрала в грудь побольше воздуха и продолжила рассказ о ночных приключениях.

– Понимаете, я упала в яму. На высокой горе, - ну, не так, чтобы очень высокой, там был курган над могилой древнего народа. Как это случилось, сама не знаю. Луна светила.

– Луна, говоришь? - недобро прищурилась бабка. - Подумать надо. Чудны твои речи, девка, ой чудны! А я-то решила, ты ребеночка ко мне вытравить пришла аль соперницу наказать, уже хотела тебя саму в печку кинуть. А ты с Луной небо не поделила, эвоно как!