Невеста леса

Глава 17

Теперь, когда Лиса и незнакомец замерли в объятиях друг друга, она смогла рассмотреть его внимательнее. Чтобы видеть лицо мужчины, пришлось сильно запрокинуть голову, так он был высок. Глаза ясные, цвета первых берёзовых листьев, будто горели огнём изнутри. А рисунки на его коже с шеи поднимались и налицо по скулам, тускнея и пропадая в лёгкой щетине. Лиса опустила взгляд, рассматривая узор. Она думала, что эти рисунки были нанесены на его тело, но теперь поняла, что сама кожа местами выглядела, как замысловатая кора дерева. Появилось странное желание его коснуться и проверить, какая она в этих местах на ощупь. Но, вовремя опомнившись, Лиса опустила кинжал и, снова смотря ему в глаза, тихо попросила:

– Отпусти...

Незнакомец нехотя убрал руки и позволил отойти вглубь странной избы. Доски пола под ногами снова тихо застонали, отзываясь на каждый шаг. Теперь Лиса не была уверена, это просто скрип или живое дерево с ней пытается говорить.

– Пожалуйста, – продолжила Лиса уже увереннее и громче. Наконец-то отойдя от незнакомца, она стала чувствовать себя не такой маленькой и беззащитной. – Помоги спуститься. Мне надо найти сына, он где-то там, – она взмахнула рукой с кинжалом в сторону двери и леса за ней. – И давно. Если не найти, пропадёт.

– Его здесь нет. И не было, – раздражающе спокойно ответил мужчина.

– Откуда ты знаешь, – Лиса закричала, от злости и отчаяния. – Ты не можешь знать, кого забрал лес... Я сама лично его... – она чуть не произнесла вслух слово «прокляла» впервые с той самой минуты, но в последнее мгновение слёзы и всхлипы поглотили такие страшные звуки.

Лиса стояла последи избы, прижимая руку, держащую кинжал, ко рту, в надежде остановить рыдания.

Незнакомец шагнул к ней и осторожно коснулся плеча.

– Лиса... – начал мужчина говорить, но она его прервала, оттолкнула здоровой рукой, упёрла остриё кинжала ему в грудь, туда, где из-под небрежно распахнутой рубахи выступал загадочный орнамент.

– Я должна ему помочь, ты не понимаешь!

– Ты права, не понимаю, – незнакомец обеими руками взял Лису за запястье, ослабевая нажим кинжала на свою грудь. – Но я точно знаю, что твоего сына нет в моём лесу. Ты его не проклинала, слышишь?

Он так нежно и бесстрашно обхватил её руку, что Лиса невольно посмотрела на то, как он её держит: на его длинные пальцы, проступающие вены на кистях, на такую знакомую серенькую тесёмку на его запястье. Так вот куда она подевалась с её косы в тот день у реки...

– Так это ты меня тогда спас? – Лиса опустила нож. – Постой. А откуда ты знаешь, как меня зовут?

Незнакомец неожиданно закрыл своё лицо руками, затем нервным движением снова растрепал волосы, тихо зарычал и просто вышел в дверь, несмотря на высоту дерева. Лиса поспешила выглянуть за ним, убедиться, что тот в порядке, не разбился и ему не нужна помощь. Но снаружи уже никого не оказалось, словно он просто растворился в воздухе. Лишь её старый знакомый ворон сидел на одной из веток и моргал зеленоватыми глазами.

У Лисы не было настроения в этот раз беседовать с другом. Она была полна решимости выбраться. Она должна найти сына, даже если уже поздно.

Боль в ноге не позволяла на неё наступать. Лиса осторожно опустилась на колени и оперлась о порог здоровой рукой, больную старалась не тревожить. По деревьям она никогда не лазила – ни в детстве, ни тем более, когда стала взрослой уважаемой ведьмой. Лиса попыталась на четвереньках, упираясь на здоровые руку и ногу, выползти на широкую ветку. При первой же попытке пришлось воспользоваться ушибленной рукой, отчего перед глазами от боли пошли красные пятна. Лиса заскулила и попятилась обратно в избу.

Лёжа мёртвой там, внизу, на земле, она сыну не поможет.

– Вернись... – сквозь слёзы позвала Лиса.

Она демонстративно убрала кинжал в ножны и без сил упала на пол прямо у порога.

Над головой послышался шелест крыльев, но Лиса уже не стала на него реагировать. Когда крепкие руки обхватили её, чтобы помочь подняться, Лиса ухватилась за широкий ворот его рубахи и с мольбой в глазах прошептала:

– Пожалуйста, помоги спуститься. Он там один.

Мужчина покачал головой и опустился рядом с ней на колени.

– Милая, я знаю, что у тебя нет причин мне верить. Но твоего сына нет в моём лесу. Нет и не было. А тебе сейчас надо набраться сил. Как только ты сможешь идти, я помогу тебе спуститься и лично провожу куда пожелаешь, – он снова поднялся и взял Лису на руки, легко, словно она пушинка, отнёс на постель из звериных шкур и бережно опустил.

Или от тепла его рук, или от изматывающего страха Лиса, оказавшись на удобных мехах, быстро провалились в тревожный сон. И снова водоворот образов: Кост, сын, церковь...

Когда она открыла глаза, за окном уже было темно, комнату же освещал свет от тлеющих в жаровне углей. Вместе с тусклым светом до Лисы доносилось их тепло и приятный запах жареного мяса, почувствовав который Лиса поняла, насколько голодна. Она только в этот момент вспомнила, что с ночи, когда на свет появился её сын, она ничего не ела, так что сейчас была готова принять пищу даже из рук странного незнакомца, что сидел на полу возле жаровни и готовил такое ароматное мясо. Даже если мужчина и заметил, что она проснулась, то не подал виду, позволяя себя рассматривать.

В неровном свете узоры на коже незнакомца был почти незаметны, так что выглядел он почти как обычный человек. Если, конечно, не обращать внимания на его яркие зелёные глаза. Темнота не смогла умерить их огня. И только Лиса подумала о них, как мужчина поднял взгляд и улыбнулся.

– Здравствуй, – тихо сказал он и снова занялся едой.

Лиса же приподнялась на постели, удивлённо отметив, что смогла опереться на больную руку, почти не ощутив боль. Рука ещё была слаба, но явно шла на поправку.

Лиса осмотрела и ногу, в надежде, что сейчас сможет выбраться из странного дома на дереве, но та ещё болела, хоть и с неё опухоль почти сошла. В ближайшее время ей точно не светит оказаться на земле, так что она поправила рубаху, крепче затянув тесёмки на груди, и села поудобнее среди таких мягких звериных шкурок.