Невеста морского чудовища

Глава 8. Часть 1

Я шла, окруженная охраной, опустив взгляд. Казалось, если хоть на мгновение подниму глаза, магическая сила пронзит меня, порежет мне руки тонким лезвием. А я и так себе больно делала, куда еще больней? Не хотелось смотреть на свое прошлое, которое заморозится в каменных стенах моей памяти. И никакая пыль, сквозняки не разрушат ее красоты. Как же хочется запомнить лишь хорошее! Как страстно я хотела кинуть тягостное в воду, словно булыжник, чтобы оно навсегда скрылось от взора и мыслей под толщей воды.

Я проходила коридор памяти и боялась, что не сдержусь и все-таки посмотрю на портрет брата. Больше всего я боялась услышать из его безмолвного рта упрек: “Ты плохо боролась”. Десятый портрет, одиннадцатый, еще один. В груди закололо. Если бы мы только сумели поговорить, я бы узнала, что он думает, какой даст совет. “Старание – путь к совершенству. Где же твое старание, Ласта?” У самого портрета ноги будто утонули в полу, не давая мне идти быстрее. Шаги растягивались, идя в разрез с моим дыханием. Стены зашептали мне, затягивая на моей шее петлю. Четырнадцатый. Грудь словно иголками кололо каждый следующий шаг. Я не удержалась, и почти минув золотую раму, у самого края, обернулась. Брат смотрел на меня тепло, он видел, что я чувствую, даже когда я сама не понимала этого. В нарисованных глазах не было осуждения, ни единой капли. Я свернула за угол и лишь на лестнице сумела вдохнуть свободно. И тогда голос в моей голове стих.

Зал украсили в честь прибытия морских. Я впервые видела черные бутоны роз, искусно сплетенные в венках с фиолетовыми лентами. Каменный замок стал еще холоднее, утонув в мрачности и строгости, но содрогался от роскоши.

— Ее Высочество, принцесса Ласта. — Представил меня глашатай.

Я почувствовала на себе взгляды заинтересованных глаз. Матушка смотрела тепло, отец строго, а Валлен одарил насмешкой. Я вернула ему кривую улыбку. Пусть и не помыслит поймать меня сегодня на слабости!

Пожилой поджарый мужчина с короной на голове, усеянной россыпью черных жемчужин, следил за моими кривляниями, сидя подле птичьего короля. Вид его безжизненных глаз тяготил по-страшному. Я не посмела также испытывающе осмотреть его, быстро отвела глаза и присела на место рядом с матушкой.

— Держи спину ровно, — заученно проговорила она, разглядывая морского короля.

Она так хотела, чтобы я ему понравилась, чтобы все гордились, ставили в пример. Чтобы долго и с придыханием вспоминали меня.

— А глаза – долу, — шепотом закончила я присказку матери.

С ранних лет мне твердили: "Спину держи ровно, а глаза - долу. Украшение принцессы – осанка и скромность!" Не справившись с нахлынувшим чувством, добавила:

— Простите, матушка.

От моей кротости она растерялась:

— Что с тобой? — удивленно подняла она брови, повернувшись ко мне.

— Привыкаю к статусу невесты, матушка, — подарила мягкую улыбку я.

Она хмыкнула удовлетворенно и продолжила подслушивать завязавшийся разговор двух королей. Мне слушать их не хотелось вовсе. Бордовое вино билось о стенки бокала. Я гоняла его туда-сюда, наклоняя. Люди ели, шумя приборами. Разговоры наполняли зал, толпа то и дело взрывалась хохотом и визгами. Танцовщицы двигались под музыку. Я услышала, что танец назывался русалочьим. Они и выглядели как русалки, сошедшие с картин. Ленты на юбках, словно хвосты, развевались то в одну, то в другую сторону.

Отец снова звонко рассмеялся и похлопал собеседника по спине, будто брата близкого. И эта искра в его глазах заставила меня насупиться. Не буду я на него смотреть!