Невеста морского чудовища

Глава 17. Часть 6

Ригир неспешно вел за собой меч, обходя животное со стороны. Круг за кругом, не нападая и не защищаясь. Непонимание осело шепотом в людской толпе. Все ждали действа, игры, ждали того, что им подарил первый принц. Время тянулось, а Ригир все так же круг за кругом волочил меч по воде. Только зверь протянет к нему лапу, Ригир безынтересно толкнет ее ногой и пойдет дальше. Размеренные, расчетливые движения – не нападения, а скучающая насмешка.

Животное быстро подстроилось под этот неспешный танец. Новая лапа, и снова толкает ее ногой.

— Он что, вообще не будет биться?! — возмущенно воскликнул кто-то из толпы. Возмущения были напрасны, едва зверь снова выставил лапу, Ригир разрубил его мечом. Кусок звериной плоти – будто отсеченная часть червяка. Зверь же молниеносно выкатил наружу свою зубастую голову и укусил принца за руку.

Крена ахнула и схватилась рукой за живот, а затем посмотрела на перчатку сидящей поблизости принцессы. Ласта не могла отвести глаз от неожиданной перемены поединка. Ригир перекинул меч в левую руку и теперь стало понятно, для чего он обходил зверя по кругу десятки раз. Животное запуталось в собственных лапах, перекрутилось, будто крысиная королева. Ригир спокойно занес меч и отрубил зверю голову, так и не потешив публику зрелищем. Тело восьминога рухнуло, разбрызгивая по полю синюю кровь, которая тут же смешивалась с морской водой.

Щупальца еще двигались, когда Крена наклонилась и шепотом, пока мужчины обсуждали бой, произнесла:

— Пока в птице не началась война, таких зверей не было здесь. Они будто отравлены.

Ласта окаменела, не сумела повернуть голову, не сумела ответить. Мысли, такие незнакомые, чуждые птичьему роду, таились внутри.

— А если каждый из них одержит победу?

— Видела, как Ригир не шевелит правой рукой? — Ласта нахмурилась, вспоминая, и кивнула. — Если Хрута ранят, будут сравнивать их ссадины, синяки. А если нет…

— То Ригир проиграет, — закончила принцесса, рассматривая все еще пустое поле.

Крена горько усмехнулась:

— Хрута в мужья… — Она одарила его спину придирчивым прищуром. — Советовать не стану.

— Сама знаю, — проскрипела принцесса, так к ней и не повернувшись.

Слизняк мог стать ее мужем. От этой мысли Ласту передернуло. Она не желала ему смерти. Но быть его женой она не хотела еще больше.

Едва вдалеке показалась крохотная часть клетки, взорам людей открылась голова чудовищного зверя. Не животное, не человек. Между жизнь и смертью изголодавшееся худощавое тело билось о прутья, в надежде вырваться на свободу. Принцесса видела происходящее будто вспышки в голове. Вспышка - обжигающие воспоминания темного существа в лесу. Вспышка - клетка открывается и из нее выползает на жилистых длинных руках изуродованный зверь с человеческими глазами. Вспышка - лес. Вспышка - поединок. Вспышка - лес.

Был ли он на самом деле той темной тварью? Преследовал ли принцессу? Вел ли охоту? Да вот только стоял, поворачивая голову, жуткий монстр и крутил из стороны в сторону головой, словно искал кого-то. Длинный рыбий хвост отбивал недовольный ритм. Хрут прокрутил мечи-трезубцы и напал без раздумий, виртуозно разрезая плоть чудовища. Невозможный, глубокий рык разнесся по берегу.

Принцесса поморщилась и отвернулась, прикрывая лицо под капюшоном. Нос закололо, что пришлось до боли сжать его пальцами. Она вновь почувствовала подступающий, не поддающийся разуму, страх. Руки ее горели, но перчатка оставалась нетронута. Вспышки крутились в голове. Она однажды уже потеряла…

— Это же Хрут! — Возмутилась морская, видя метания птицы.

Но Ласта не слушала, взметнулась, побежала к старику-вестнику.

— Ему не дадут умереть! — Крена схватила принцессу за руку.

Но та не слышала, оттолкнула морскую и на ходу сорвала перчатку.

Зазвенел барабан, зверь в мгновение скорчился, норовя вернуться в клетку. А Ласта застыла. Осознание пришло резко. Оно холодило левую руку.

“Это же слизняк…”, подумала она.

— Что же ты наделала, — прошептала Крена, закрывая рот ладонью.