Невеста на замену для Северного Лорда

3

Должна бежать…

Легко сказать, да трудно сделать. Мой мозг услужливо подсказал мне примерное расположение комнат в непривычном для меня доме, но территорию за периметром он не демонстрировал. Я не понимаю, где ближайшее поселение, не могу даже примерно прикинуть, в какую сторону двигаться. Но главная загвоздка даже не в этом, а в том, что на землях вокруг живут те, кто подчиняется Кнуту и его приспешникам. Сколько бы я не мнила себя владелицей территории, я ей являюсь именно что только номинально.

Те, кто поселились на этих землях, признают лишь силу. В чем–то Кнут прав, отец Бритты слишком привык цепляться за прошлое, слишком любил совершенно иные обычаи далеких благородных предков. И дочь растил по ним, видимо. И совершенно не учел тот факт, что она останется один на один с грубыми викингами, а не благородными мужами.

– Чего ты замерла? Новый обморок собираешься изобразить? – подает голос Ингунн.

Я, если честно, позабыла про старуху, все мое внимание заняли рассуждения о ситуации вокруг. Я даже порефлексировать о том, что я не помню свое личное прошлое, не могу, не время для страданий, но данных из нынешней реальности, к сожалению, тоже не хватает.

– Почему ты так груба со мной? Ты разве не должна меня слушаться? Этот дом пока что мой, – бросаю пробный камень, глядишь, узнаю что–то полезное из возмущений старухи.

– Да ты даже защитить этот дом не можешь! И нас всех погубишь! Ты никто, просто красивая девчонка, даже слишком красивая! – ярится Ингунн, но как–то без огонька, зато в ее голосе появляется горечь. – И что мой внук в тебе нашел, влюбился идиот, отправился на подвиги, чтобы завоевать сердце прекрасной девы, да и сгинул.

Между нами повисает неловкое молчание. Я не ожидала таких откровений, думала, услышу нечто более полезное и менее личное.

– Ладно, кхм, – прочищаю горло, с разожженным старухой огнем я наконец–то согреваюсь, – но одежду приличную и теплую ты мне принесешь? Я же не могу выйти из комнаты в этом.

– А что, госпожа, уже не можете выбрать сама? Перечитала книг и теперь подражает южным принцессам, которые даже пройти до вешалки с одеяниями не могут? – издевательским тоном растягивает гласные Ингунн и в конце своей речи машет мне за спину.

Оборачиваюсь и вижу выступающую из стены перекладину, на которой в аккуратный рядок висит одежда.

– Тогда оставь меня? – полуспрашиваю, боясь снова попасть впросак. – Кнут дал мне час, я бы хотела провести его одна.

– Легко! – фыркает старуха и шаркающей, но быстрой походкой удаляется из комнаты, не забыв прикрыть за собой дверь.

Я тут же подскакиваю на ноги, из–за резкой смены положения тела голова кружится в первый момент, но недомогание быстро проходит. И общее мое самочувствие стало гораздо лучше, только есть хочется.

Торопливо подбегаю к одежде, нужно выбрать что–то удобное и теплое, а потом… А, действительно, что потом? Выбираться через окно? Через дверь рискованно, здесь все знают Бритту, а вот Бритта знает не всех.

Оставляю в покое одежду и подхожу к окну – второй этаж, на улице зима, снег, может, что–то и получится, снег смягчит падение. Еды мне все равно не раздобыть, нужно пробовать уйти так.

Качаю головой, смотря на чистое заснеженное поле за территорией дома, там ведь даже прятаться негде, меня сразу поймают. Но оставаться здесь тоже опасно, я не хочу ничего подписывать, но меня вынудят силой. А даже если подпишу добровольно – не факт, что Кнут выполнит свое обещание и не тронет меня.

– Нет, нужно как–то хитрее, – бормочу себе под нос, и постепенно в моей голове оформляется новый план действий.

Одежду я все–таки меняю, выбираю штаны и длинную рубаху, подпоясываю все это дело и накидываю сверху меховой жилет. Умыться бы и расчесаться. И если с водой проблем нет, Ингунн не всю на меня вылила, то с остальным возникают трудности.

Подхожу к единственному столу в помещении и пытаюсь открыть его ящики, поддается только один:

– А вот и зеркало с расческой, – комментирую вслух, так легче не упасть духом и довести до конца мой план.

Перехватываю маленькое зеркальце и едва не роняю его, стоит мне взглянуть на собственное отражение. На меня смотрят мои глаза, настоящей меня, из другой жизни. Это одновременно и радует, и обескураживает. Эмоции сдавливают мое горло, и по щеке скатывается одинокая слеза. Я и Бритта очень похожи, буквально близнецы, тем больнее мне сейчас.

Провожу рукой по длинным шелковистым волосам, мои были такими же только темными, не светлыми. Эта маленькая, но важная деталь помогает мне не опрокинуться в пучину отчаяния, а закончить свои приготовления, подойти к двери и решительно открыть ее…