Невеста не всерьез, или Истинная для дракона

24

С любопытством всматриваюсь в пейзаж за спиной кучера: величественный дом, художественные клумбы, деревья, высаженные по четкой схеме, это заметно невооруженным взглядом, высокая ограда. Здесь чувствуется вкус и богатство. И само поместье, хоть по размерам и не превосходит дядиного, однако выглядит изящнее, что ли.

«Держу пари, здесь обитает мадам, пора бы уже узнать титул и фамилию Эйдана, хотя бы к его матери смогу обратиться, как положено, имя мне она свое не пожелала назвать».

– Матушка, выходи, спасибо, что встретила, было приятно тебя увидеть, мы приедем с Анастасией на приветственный чай до бала, приличия соблюдем, не переживай, все, как ты любишь, – произносит тем временем Эйдан, подтверждая мою догадку.

Дракон снова лучится благожелательностью и хорошим настроением, а вот его мать не очень. Невольно ежусь под ее недовольным взглядом, мне кажется, если бы она могла, то уничтожила бы меня взглядом, испепелила на месте, а пепел развеяла бы тут же, не сходя с места. Дядя бы ей в благодарность пожал руку, а мачеха преклонялась бы.

Но вот разве можно так откровенно отбривать собственную мать? Не должен ли Эйдан быть более почтительным? Невольно чувствую себя виновной в происходящем.

– Вот, значит, как ты заговорил, сын, – кивает мадам, – что ж, я запомню. Я говорила твоему отцу, детей нельзя баловать, у Генриха никогда не было такой свободы воли, как у тебя, и к чему это привело?

– К тому, что я счастлив, а мой брат развлекается тем, что то ли окучивает мою поклонницу Офелию, то ли издевается над ней и косвенно и надо мной тоже? – отвечает вопросом на вопрос дракон.

«Да нет, я не при чем, – моя совесть успокаивается, – у них проблемы в семье глубже и начались они гораздо раньше моего появления. Я лишь очередной повод. Хотя это тоже неприятно».

– Если бы не посторонние, – Мадам бросает на меня еще один свирепый взгляд, наверняка объяснив самой себе, что виновата во всем именно я, а не ее младший сын, – я бы с тобой обсудила поведение Генриха, но сейчас не время и не место. Буду ждать на приветственном чае, сын, надеюсь, к тому времени ты наиграешься и одумаешься, – она кивает Эйдану и изящно выскальзывает из кареты.

Кучер все еще здесь, рядом, но он и вида не подает, что как–то заинтересован в разговоре, как будто он его и вовсе не слышал, даже ухом не повел. Хотя, может, и не слышал. Я видела и чувствовала мощь Эйдана во время шторма, когда он спасал корабль и всех нас, ему ничего не стоит сделать происходящее в карете достоянием только тех, кто в ней присутствует.

– До свидания, мадам, простите, мы так толком и не познакомились, не знаю вашего имени, – спохватываюсь в последний момент и прощаюсь с матерью Эйдана.

Вежливой быть не помешает, тем более когда я крошечный неразумный муравей в большом мире аристократов.

Мать дракона замирает на ступеньке кареты, а потом медленно оборачивается. У нее на лице нечитаемое выражение, но интуитивно я чувствую, что мои слова возымели совсем не тот эффект, на который я рассчитывала.

– Вы издеваетесь, Анастасия? Или мой сын подобрал вас на какой–нибудь сельской ярмарке, и вы и впрямь не знаете, с кем имеете дело? – спрашивает она, прищурившись. Уже хочу ответить, что и впрямь не знаю, но мадам продолжает. – Не нужно, просто не нужно больше слов. Вы отвратительны, но роль отыгрываете хорошо. Искренне надеюсь, что больше мы с вами никогда не увидимся, прощайте.

Дверь резко хлопает, отрезая нас с Эйданом от улицы, а я вздрагиваю.

– Я ведь взаправду не знаю, – произношу заторможенно, чужие оскорбления неприятны, они деморализуют, и я выбрала не лучшую защиту.

С такими, как она, нужно нападать, а не пытаться оправдаться и говорить правду. Я неправильно поступила, не ту линию выбрала.

– Прошу тебя, извини мою мать, она никогда не встречала такую, как ты, уж поверь. Хах, – смеется дракон, – не могу больше сдерживаться, ты бесподобна. Так искренне и незамутненно оскорбить мою матушку даже не мне по силам.

– Но я не хотела, я, наоборот, хотела сгладить углы, – снова оправдываюсь, но кому это интересно.

– Неважно, матушка не оценила бы в любом случае, любое твое прощание с ней воспринялось бы в штыки, не расстраивайся, – утешает меня Эйдан. – Матушку проводят, и мы отправимся дальше. Лучше расскажи свой план, сейчас самое время признаться, чем ты планировала заниматься в столице, и куда тебя подвезти. На причале тебя не встретили, ты солгала, да и как бы тебя кто–то встретил, если мы причалили не там, где должны. Но больше не нужно мне лгать, прошу, расскажи все, как есть, и я помогу, – договаривает дракон проникновенно, даже слишком проникновенно, резко меняя свое настроение.