Невеста Первого Дракона. Серебряная метка

Глава 1. Меня должны были сжечь...

✨ В цикле “Невесты и их драконы” появилась новая история!

“Управляющая Академией невест. Дракон не по плану”

Можно читать отдельно.

Вас ждут: попаданка, Академия невест, сильная героиня, последний дракон, метка истинной и тот самый момент, когда мужчина пришёл выбирать послушную невесту… а получил женщину с характером.

Пепельный район пах гарью даже в те дни, когда никто ничего не жёг. Этот запах въедался в кожу, в одежду, в мысли — будто напоминал каждому, кто здесь жил: ты — остаток, ты — то, что осталось после огня. Люди с других окраин иногда называли нас этим словом в лицо, но злобы в нём не было. Скорее — печаль. Пепел ведь не выбирает, что ему остаться после пожара. Я привыкла к этому запаху за восемнадцать лет, хотя каждый раз мечтала, что проснусь — и воздух будет пахнуть чем-то другим. Травой. Дождём. Свободой. Сегодня я собиралась попытаться изменить свою жизнь в третий раз.

— Элия, — позвала сестра, — не тормози. Нам нужно успеть до полудня.

Арина всегда спешила. Даже когда некуда. Она была на два года младше меня, но часто казалась старшей — упрямая, быстрая, научившаяся хватать то, что жизнь забывала дать. Она поправила выцветший платок, придержала пустые кувшины и пошла вперёд так уверенно, будто знала, что вода сегодня достанется именно нам. Я смотрела на неё и думала, что ради Арины стоит пытаться снова и снова. Ради неё я ходила на тайные занятия к старому плетельщику, учила нити, которые не чувствовала, сражалась с разочарованием, пока руки не дрожали от усталости. Если я когда-нибудь смогу выбраться из Пепла, то только чтобы забрать её с собой.

Мы двинулись к распределительному пункту. Солнце било в глаза, рассеиваясь в пыли, а вокруг уже собиралась очередь. Люди стояли молча, как всегда в дни нехватки: разговоры были роскошью, которую позволяли себе лишь те, кто не думал о количестве воды в кувшинах.

— Если нам достанется опять жёлтая… — пробормотала Арина.
— Тогда прокипятим, — ответила я.
— Она пахнет так, что даже кипячение на неё не действует.

Я усмехнулась. В Пепле и вода могла быть характером.

Мы заняли место в хвосте. Я огляделась — узкие улочки, обугленные балки домов, неровные камни мостовой. На одной из стен проступали старые следы огня — даже спустя годы здесь хранились эти шрамы. Наш район не мог забыть, что когда-то на него обрушилось драконье пламя. В тот день я и потеряла родителей. Арина тогда была совсем маленькой. Она не помнила ночь огня — а я помнила слишком ясно. В груди неприятно сжалось.

Но внезапно земля под ногами дрогнула — настолько сильно, что кувшины зазвенели, голоса смолкли, дети вцепились в матерей. Вибрация прошла по мостовым, будто под нами промчалась огромная тварь.

— Не обвал… — прошептал кто-то. — Не похоже.

Свет ударил сверху — не солнечный, слишком яркий, будто вырезанный из белого пламени. Я на мгновение зажмурилась, прикрывая глаза ладонью. Воздух потяжелел, стал сухим и горячим, как перед грозой, только… без влаги. Я узнала это ощущение. Узнала, потому что когда-то оно уже пережигало мне кожу.

— Элия… — Арина вцепилась в мою руку. — Это…

Да. Это.

Я подняла глаза, хотя знала, что не стоит.

Дракон.

Не рисунок на тканях, не искажённые слухи, не страшилка для детей. Настоящий. Огромный. Свет падал на его крылья так, будто они были сотканы из треснувшего стекла, через которое просвечивало живое пламя. Тело — тёмное, словно вырубленное из обсидиана. Чешуя — не гладкая, а переменчивая: она переливалась, словно по ней пробегали волны жара. И — глаза. Глубокие. Осмысленные. Старше, чем все наши дома вместе взятые.

Но больше всего меня поразило другое.

Он снижался.

На Пепельный район.
На нас.
На меня.

Это невозможно. Потому что сегодня — День Выбора. И драконы выбирают Невест там, где живут Ядровые семьи — сильные, родовитые, благословлённые печатями пламени. Выбор — обряд, которому сотни лет. Пепельным туда вход закрыт. Мы — пустые. Бесполезные. Невидимые.

А дракон всё равно снижался, расправляя крылья, словно закрывал собой солнце. Толпа рухнула на колени почти одновременно. Кто-то закричал от страха, кто-то — от восторга.

Только я стояла.

Не из дерзости — отцепенела.

Дракон ударил крыльями, и пепел поднялся облаком, оседая на одежде, на волосах. Пламя, выбивающееся из его дыхания, коснулось моих щиколоток — и не обожгло. Это встряхнуло меня сильнее, чем если бы боль разорвала кожу.

— Первый дракон… — прошептал старик рядом. — Но он не должен быть здесь. Он не должен…

Первый? Нет. Не может быть. Первого дракона не видели столетиями. Говорили, он слишком силён, слишком древен и слишком опасен, чтобы покидать вершину Угольной Башни. Говорили, его пламя нестабильно, что он едва сдерживает свою двуединую форму. Говорили, он правит издалека — и этого достаточно.

Он точно не должен был прилетать в Пепел.

Но он был здесь.

И смотрел прямо на меня.

Я не могла отвести взгляд. Его крылья сложились, дракон наклонил голову — и воздух вокруг меня стал звенеть. Словно мир ждал его решения.

И тогда это произошло.

Что-то холодное, острое, как игла, сорвалось с его взгляда и ударило мне в запястье. Я вздрогнула, подалась назад, но было поздно — серебристое сияние разлилось по коже тонкой линией, превращаясь в узор.

Печать. На мне.

Я застыла.

— Элия… — Арина смотрела на меня так, будто я стала кем-то другим. — У тебя… она светится…

Но Пепельные не могут иметь печати. Никогда. Даже слабой. Даже случайной. А эта — цветом серебра, оттенком, который в легендах принадлежал только древним Невестам. Тем, что могли перенести Пламя Первых драконов.