Невеста Пламени. Адъютант

ГЛАВА 1.1

Гитара вновь зазвенела пронзительно и зло. Я изящно подхватила юбки, обнажая лодыжки и выбивая каблуками финальные аккорды. Толпа загудела, хлопая мне словно в трансе. Все вмиг забыли о шутках командира и его фиаско.

Только я по-прежнему чувствовала пристальное внимание. Не успела закончить танец, как артефакт, засекающий чужое воздействие завибрировал, и по коже ледяной змейкой скользнуло сканирующее плетение.

Командир оценивал мой магический уровень, хотя на моей руке красовалась Печать Пустой и волосы были белыми как снег - знак того, что у меня забрали всю магию до последней капли.

Плохо. Выходит, он что-то заподозрил.

Незнакомец неожиданно усилил плетение. Я с трудом удержала эмоции и не сбилась с ритма. Он даже не пытался замаскировать заклинание и идеально подгадал момент. Пустая не должна почувствовать проверку.

Он провоцировал меня, пытался подловить. И его Сила значительно выходила за рамки командира обычной городской стражи. Я чувствовала колоссальный магический потенциал.

Закончив танец, вскинула руки над головой, незаметно подавая сигнал жрецу. Он тут же принялся нараспев читать благословения и многозначительно трясти корзиной. А из-за его спины вылетела стайка детей в одеждах посвящённых. Они держали подносы с освящёнными булочками и сладостями.

– Да пребудет небесная благодать и вечная удача с теми, кто щедро жертвует на благие дела! – воскликнул жрец.

– Тётенька, тётенька, купите булочку и сегодня вам обязательно повезёт! – закричала малышка с белоснежными кудряшками.

Совсем кроха, а уже Пустая.

Кельраанта славилась своими магами. Здесь даже простолюдины рождались с Искрой. Но после того, как королевство захватил Ангаарх, это стало не предметом гордости, а проклятием.

Чтобы избежать разрушений Совет магов предложил выдать Ангаарху всех Одарённых. Взамен тот обещал не сжигать города, не убивать местных и не угонять их в рабство.

Теперь каждая семья платила налог на Пламя. Проще говоря, они отдавали свою магию, чтобы выжить. У детей забирали Дар, едва он раскрывался, и оставляли пустую телесную оболочку, обречённую на вечную боль.

Я прекрасно знала, как горят и чешутся шрамы, остающиеся после этого чудовищного обряда. Поэтому готова была на всё, чтобы остановить Ангаарха и уничтожить его. А для этого нужно найти Грешницу.

– Тётенька, купите конфету! – раздалось рядом.

Голос напомнил Лисёнка, мою младшую сестрёнку. Поддавшись порыву, я незаметно сунула в крохотную ладошку две серебряные монеты, хотя конфета стоила всего медяк.

– Одну отдай в храм, а вторую спрячь, – прошептала малышке.

В храме с детьми хорошо обращались, но всегда приятно иметь свои деньги. Я знала, что жрецы не отберут их.

В её голубых глазах вспыхнули восторг и решимость. Она ловко припрятала добычу и улыбнулась. У неё не хватало двух передних зубов, отчего мордашка казалась ещё потешнее.

– Спасибо за угощение!

Потрепав её по волосам, подошла к напарнику. Маркус уже спрятал инструмент и заканчивал пересчитывать заработанное.

– Мелли, мы богаты! – рассмеялся он, назвав меня поддельным именем. – Одна золотая монета, пятнадцать серебряных и сто тридцать медяков. Это лучшее выступление за всё время!

Ещё бы. Обычно мы отдавали треть храму: за ночевку, еду и защиту. Но сегодня я заплатила им золотом командира на месяц вперёд, а то и больше.

Сейчас шла карнавальная неделя, было много приезжих и гости щедро отсыпали монетки за красивое зрелище и благословение.

Спина горела. Я вновь почувствовала пристальный интерес командира.

Он неотрывно наблюдал за мной, и я едва сдерживалась, чтобы не обернуться или не попросить Маркуса проследить за ним.

– Мелли, может ещё потанцуешь немного? – с притворной мольбой воскликнул напарник и тряхнул кошелем.

Мы переходили ко второй части плана.