Невеста по ошибке. Долг клана Лисиц

Глава 10

POV Рэйден

Моя рука всё еще горела. Это было фантомное ощущение. Перчатка истлела, кожа зажила благодаря регенерации, но тепло её пальцев, переплетенных с моими, осталось. Оно въелось глубже, чем скверна, просочилось под кожу, в кровь, угрожая добраться до того места, где у нормальных людей бьется сердце, а у меня стоит ледяная Печать.

Я стоял посреди разгромленной секции архива, глядя на кучу пепла, оставшуюся от ящика «404». Стража уже оцепила коридор.

— Господин Советник! — ко мне спешил начальник охраны, бледный и трясущийся от страха. — Что произошло? Мы зафиксировали всплеск магии S-класса! Это нападение? Прорыв?

Я медленно повернулся к нему, маска безразличия привычно скользнула на лицо, скрывая бурю внутри.

— Это была плановая ликвидация нестабильного артефакта. Я обнаружил старый накопитель скверны, он требовал немедленного уничтожения. Угроза устранена.

— Но… почему вы не вызвали отряд зачистки?

— Потому что у меня не было времени ждать, пока вы доедите свои рисовые шарики, — отрезал я. — Очистить помещение, подготовить отчет о списании инвентаря. И… никто не должен знать, что здесь была Хасимото Юмэ.

Начальник охраны моргнул.

— Девчонка-архивариус? Но я видел, как она выбегала…

Я шагнул к нему. Воздух вокруг нас мгновенно похолодел на десять градусов, иней пополз по стенам.

— Вы никого не видели, капитан. Вы видели только меня. Хасимото Юмэ всё это время находилась в своей комнате. Вам ясно?

Капитан сглотнул, глядя в мои глаза. Он знал, что я могу сделать с человеком, который задает лишние вопросы. Заморозить кровь в жилах — это не метафора.

— Так точно, господин Советник. Никого не видел.

— Свободны.

Когда он ушел, я позволил себе выдохнуть. Плечи, напряженные до каменной твердости, опустились. Я отправил её к себе. Сказал «идти отдыхать». Она ушла, оглядываясь, с этой своей упрямой, дерзкой улыбкой. «Все только начинается», — сказала она. Глупая. Она не представляет, с чем мы связались. Она думает, что Масару — это просто злобный старик, но Масару — это спрут, опутавший своими щупальцами весь Двор. Я уничтожил доказательства, спас её от Скверны, но я оставил нас обоих без оружия перед Советом Кланов. И самое страшное — я показал ей свою слабость, позволил ей увидеть мои слезы.

Вечер в поместье Асано был тихим. Я сидел в чайном павильоне, глядя на сад камней. Тот самый, где несколько дней назад я чуть не умер от Ледяного Шторма. И где она спасла меня. «Не будь льдом. Будь человеком». Её слова звучали в ушах навязчивым эхом. Быть человеком… Какая роскошь. Я поднял пиалу с чаем. Жидкость внутри мгновенно покрылась тонкой коркой льда от прикосновения моих пальцев. Я сжал пиалу, и она лопнула, осколки впились в ладонь. Боли не было, крови тоже — рана тут же замерзла.

— Нервничаешь, племянник?

Голос дяди Масару был мягким. Я не обернулся, знал, что он придет. Масару сел напротив, расправив полы своего безупречного коричневого кимоно.

— Слышал, в архивах был небольшой… инцидент, — он налил себе чаю. Его чай остался горячим в отличии от моего. — Говорят, ты сжег секцию «Особо опасных». Ту самую, ключи от которой были только у меня.

— Там завелась плесень, — ответил я, глядя на луну. — Пришлось выжигать.

— Плесень… — Масару усмехнулся. — Или, может быть, призраки прошлого? Я предупреждал тебя, Рэйден. Не вороши старую золу. Можно испачкаться.

Он сделал глоток, внимательно глядя на меня поверх чашки.

— И еще говорят, что рядом с тобой видели ту девчонку. Хасимото.

Я сохранял каменное лицо, но внутри всё сжалось.

— У вас плохие информаторы, дядя. Я работаю один.

— Рэйден, Рэйден… — он покачал головой, как учитель, распекающий нерадивого ученика. — Ты всегда был плохим лжецом. Твоя мать была такой же. Слишком много сердца, слишком мало разума. Хорошо, что мы вовремя поставили Печать.

Я посмотрел на него. Впервые за много лет я смотрел на него без сыновнего почтения, которое вбивали в меня с детства. Я видел убийцу.

— Печать трещит, дядя, — тихо сказал я. — Лед тает.

— Это плохо, — голос Масару стал жестким. — Если Ледяной Дракон вырвется, он уничтожит не только тебя. Он уничтожит клан. А клан — это всё. Мы не можем допустить риска.

Он поставил чашку на стол.

— Девчонка мешает. Она — источник тепла, она размораживает тебя. Это опасно.

— Она здесь ни при чем.

— Неужели? — он прищурился. — Тогда почему ты защищаешь её? Почему ты взял её в архив? Почему ты надел на неё шелк и привел на Праздник? Ты влюбляешься, мальчик. И это приговор, для неё.

Я сжал кулаки под столом.

— Если с её головы упадет хоть волос…

— То что? — перебил он. — Ты убьешь меня? Своего наставника? Главу Совета? Попробуй. И завтра же Император получит доказательства того, что твой отец был безумцем, призвавшим Бездну, а ты — его бракованное семя, бомба замедленного действия. Тебя казнят, клан опозорят, а девчонку… о, с ней мои люди развлекутся, прежде чем скормить демонам.

Я молчал. Ярость билась в груди, требуя выхода. Я мог бы заморозить его прямо сейчас, превратить в ледяную статую, но он был прав. У него была власть. У него были связи. И у него были компрометирующие документы на моего отца, копии которых наверняка хранились в надежном месте. А у меня была только Юмэ. Беззащитная, упрямая Юмэ, которая верила, что мы победим.

— Что вы хотите? — спросил я глухо.

— Мне нужно, чтобы ты был идеальным оружием, Рэйден. Холодным. Бесстрастным. Управляемым.

Масару встал.

— Убери девчонку. Уволь её, выгони. Заставь её ненавидеть тебя так сильно, чтобы она сбежала на другой конец империи. Если она исчезнет из твоей жизни сама — я её не трону. Даю слово. Но если она останется рядом… я решу проблему по-своему.

Он положил руку мне на плечо.

— Подумай, племянник. Любовь — это слабость. А мы — Асано. Мы не можем позволить себе слабость.